Помню, в начале 1945 года мой отец, работавший машинистом паровоза в депо станции Сарны на Ровенщине, приносил картонные коробки с ленд-лизовской помощью, как уже говорилось выше, «перепадавшей тылу». До сих пор помнятся ароматные запахи тушенки в квадратных жестяных баночках с чуть припаянными небольшими ножиками для их вскрытия. Были там в посылочных коробках галеты, печенье, сахар и даже небольшие стаканчики с искусственным медом.
Заметный след в улучшении советско-американских отношений сделали четыре человека, являвшиеся ярыми антифашистами. Это, прежде всего, президент США Франклин Делано Рузвельт, его специальный представитель Гарри Ллойд Гопкинс, министр финансов Генри Моргентау и его помощник Гарри Декстер Уайт. Были и другие адепты курса на помощь, но о них в другом повествовании.
Надо признать, что, несмотря на противоположность политических систем США и СССР, годы Второй мировой войны их объединили в борьбе с гитлеровской и японской опасностью. Американцы понимали, что Германия, претендующая на мировое господство, проглотившая за год почти всю Западную Европу и заставившая ее работать на себя, может стать сверхдержавой, вооруженной человеконенавистнической идеологией – нацизмом и новым оружием.
Хотя Советский Союз они и рассматривали как чуждую им страну в политике и экономике, однако чувство реальной опасности, охватившее Америку, заставило принять за аксиому, что только СССР способен противостоять державам «оси» и некоторое время выстоять. Это было априори.
Конечно, в руководстве США были и такие силы, которые желали быстрейшего разгрома «коммунистического болота». Но они рисковали тем, что могли попасть в огромные тиски, сторонами которых являлись Германия и Япония, и оказаться в «кровавом болоте».
И все же большинство трезво мыслящих американцев во главе с президентом Рузвельтом понимали: надо создавать союз сопротивления нацизму и помогать Советской России.
Череда конференций на трехсторонних встречах глав союзных стран Великобритании, СССР и США дала возможность для установления рабочих диалогов. Одним из активнейших «переговорщиков» с американской стороны был правая рука президента США Франклина Делано Рузвельта – Гарри Гопкинс, больше всех из состава представителей «большой тройки» сделавший для сближения основных участников военного союза.
Гарри Ллойд Гопкинс (17.08.1890 – 29.01.1946), кто он – друг Советского Союза, попавшего в беду кровавой войны, или бесстрастный политик? Если судить по поступкам, он не показывал спину нашей стране, попавшей в кровавое лихолетье. Гопкинс исповедовал главный принцип дружбы – живи с людьми так, чтобы твои друзья не стали недругами, а недруги стали друзьями. И еще он доказывал своими поступками такой постулат, что лучше самая малая помощь, чем самое большое сочувствие.
После окончания колледжа работал с 1913 по 1933 год в различных благотворительных организациях, где и сблизился с Рузвельтом. В момент прихода Гитлера к власти в Германии Гопкинс получил пост директора Федерального управления помощи безработным, а с 1938 по 1940 год он являлся министром торговли.
Он был лоялен и безгранично предан президенту, но вместе с тем всегда отстаивал собственное мнение. В годы Второй мировой войны занимал посты советника и специального помощника президента. Для координации совместных действий в начале 1941 года был направлен в Лондон в качестве личного представителя Рузвельта.
Этот американец так понравился Черчиллю за смелость суждений и логически обоснованные выводы, что британский премьер-министр назвал его Мистер Корень Вопроса. Этот титул закрепился за ним, и он носил его до последних дней жизни.
Сразу же после 22 июня 1941 года встал вопрос о помощи СССР. Уже 31 июля 1941 года Гопкинс прибывает в Москву, встречается со Сталиным и другими руководителями Советского государства. Он хотел выяснить, «как долго продержится Россия». Советская сторона подробно ознакомила его с ходом и перспективами военных действий на советско-германском фронте. Ему представили список вооружения и материалов, необходимых СССР в первую очередь.
Советские руководители произвели на Гопкинса большое впечатление. В шифровке Рузвельту из Москвы он сообщал:
«Я очень уверен в отношении этого фронта… Здесь существует твердая уверенность победить».
Визит Гопкинса в Москву летом 1941 года историки рассматривают как явный прорыв в американо-советских отношениях. Суточный перелет Гопкинса, большую часть которого он провел в хвостовом отсеке самолета в кресле пулеметчика, безусловно, был поступком напористого чиновника и мужественного человека.
С именем Гопкинса связана основная идея материальной помощи СССР в рамках закона о ленд-лизе. Не случайно Сталин назвал его первым американцем, который пришелся ему по душе.
Гопкинс, в свою очередь, пришел к выводу, что со Сталиным возможно тесное сотрудничество в рамках антифашистского союза. Он увидел в нем потенциального союзника и трезво мыслящего политика, без которого победа над фашистской «осью» представлялась немыслимой.
По всей вероятности, впечатления Гопкинса от встреч в Кремле побудили Рузвельта начать «дипломатию ухаживания» за Сталиным.
Визит Гопкинса способствовал улучшению американо-советских отношений. И он же подготовил почву для проведения в Москве в октябре 1941 года конференции представителей СССР, США и Великобритании.
Именно Гопкинс убедил Рузвельта принять предложение Сталина о проведении конференции в Крыму, невзирая на то что Черчилль отказывался от места ее проведения, считая Ялту «самым неподходящим местом для встречи».
Велики его заслуги и в принятии решения американского руководства об открытии второго фронта.
В 1944 году состояние здоровья Гопкинса резко ухудшилось. Он несколько месяцев был прикован к постели. Вернулся к полноценной работе только к концу лета. Практически на его плечи легли основные параметры подготовки Ялтинской конференции.
Двенадцатого апреля 1945 года не стало Рузвельта. В телеграмме Сталину Гопкинс пишет: «Россия потеряла своего самого большого друга в Америке».
Второй визит Гопкинса в СССР, уже от имени нового президента США Гарри Трумэна, был достаточно продолжительным – с 25 мая по 7 июня 1945 года. Основное внимание на переговорах уделялось вопросам послевоенного урегулирования в Европе и участия Советского Союза в войне с Японией. Кроме того, обсуждались проблемы преодоления кризиса доверия в американо-советских отношениях и определения сроков проведения конференции в Потсдаме.
Гарри Ллойд Гопкинс умер 29 января 1946 года в возрасте 55 лет. Его сын Роберт, встретившись на панихиде после похорон с Трумэном, высказавшим слова соболезнования родным и близким почившего, заметил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
