В "Твин Пиксе" Гроссман и Шейбел описывают глубоко "эмпатичное и откровенное" изображение Лоры Палмер в "Огненной прогулке со мной" - характеристику, которая фиксирует "силу и мощь женщины, борющейся (на протяжении десятилетий и через временные и пространственные континуумы) как с мужскими силами, так и со стереотипами о женщинах, которые... опутывают ее" (Grossman and Scheibel 2020: 8; см. также Hallam 2018: 121). В книге "Невозможный Дэвид Линч" Тодд Макгоуэн аналогичным образом настаивает на том, что радикальное новшество "Огненной прогулки со мной" заключается не в том, что она оживляет "неподвижный образ" Лоры, а скорее в том, что она субъективирует Лору, доселе виртуальный объект желания, из телесериала. Важно отметить, что Макгоуэн утверждает, что Лора становится полностью реализованным субъектом в той мере, в какой фильм обнажает ее фундаментальную пустоту, "дыру внутри нее" (McGowan 2007: 131). Другими словами, субъективность Лоры - это пустота, которая остается несводимой к фиксированному и стабильному "я". Под различными идентичностями, которые она принимает или которые ей навязали - дочь, королева бала, подруга, проститутка, наркоманка, - скрывается пустота (w/hole), а не целостная (фиксированная или установленная) личность (McGowan 2007: 131-2). В свою очередь, Ниланд убедительно связывает это с родовыми рамками фильма, утверждая, что в "Огненной прогулке со мной" Линч "последовательно расстраивает мелодраматическую конвенцию, согласно которой женская добродетель требует видимости, [или] глазного доказательства истинности личности" (Nieland 2012: 89). И Ниланд, и Макгоуэн связывают эту пустоту с "падением", когда - подобно фигуре Круза в "Индустриальной симфонии № 1", помещенной на воздушные такелажи, с которых она драматически падает - границы ощущений (звука и изображения) нарушаются. В "Огненной прогулке со мной" связь между "аффективной непостижимостью Лоры и ее пространственной неопределенностью" (Nieland 2012: 90) показан в разговоре между Лорой и Донной (Мойра Келли) в гостиной Палмеров, который демонстрирует отсутствие привязки у Лоры и ее осознание этого. Донна спрашивает Лору: "Как ты думаешь, если бы ты падала в пространстве, ты бы замедлилась через некоторое время или двигалась бы все быстрее и быстрее?". Лаура отвечает: "Все быстрее и быстрее. Долгое время вы бы ничего не чувствовали. А потом вы бы вспыхнули. Навсегда. И ангелы тебе не помогут, потому что они все улетели" (Fire Walk with Me, выделено автором).
Мимолетное упоминание (мотива) "огня" определяет еще одну "проблему" в "Огненной прогулке со мной": в отличие от предыдущих работ - "Синего бархата" и "Диких сердцем" - "фильм не полностью выполняет [свой] контракт. [...] Красивое название остается бездейственным на экране, и даже на символическом уровне роль огня [...] минимальна" (Chion 2006: 144). Конечно, есть и тот волнующий момент, когда Лора в гостях у Гарольда Смита (Ленни фон Долен) произносит слова "огонь... ... пройди... со... мной", и еще один момент, когда возле "Дома у дороги" Лора сталкивается с Бревенщицей (Кэтрин Э. Коулсон), которая предостерегает ее: "Когда начинается такой пожар, его очень трудно потушить". Однако в последнем случае значение мотива огня меркнет по сравнению с вдохновенным сотрудничеством Линча и Бадаламенти над саундтреком Fire Walk with Me - как музыкальными композициями, так и звуковым оформлением, - которое "полностью обновляет" (Chion 2006: 142) мир "Твин Пикса". О прибытии Лоры в Roadhouse (он же The Bang Bang Bar) сообщает Круз, исполняющий на сцене песню "Question in a Blue World", которая сама по себе является своеобразной репризой исполнения Дороти Валленс песни "Blue Velvet" - "Blue Star". Но еще более поразительным является следующий фрагмент, в котором Лора и Донна направляются в "Силу и славу" - бар и место встречи проституток и дальнобойщиков за границей в Канаде. В этой замечательной последовательности звуковая дорожка смикширована таким образом, что грохочущая диегетическая музыка - "The Pink Room", написанная Линчем и исполненная Энди Амером, Дэйвом Яуреки, Доном Фальцоне и Стивеном Ходжесом, - полностью перекрывает диалог, настолько, что это (с некоторой долей язвительности) приводит к необходимости использовать субтитры (Rodley 2006: 187-9). Оглядываясь назад, можно заметить, что потрясающий саундтрек к фильму Fire Walk with Me (вышедшему в августе 1992 года) во многом способствовал появлению фильма "Возвращение", особенно в том, как он построен вокруг выступлений Roadhouse - Chromatics, Au Revoir Simone, Sharon Van Etten и других, - которые пронизывают большую часть его восемнадцати частей.
Серия открытий: После пожара Прогулка со мной
Идея "разрушительного" приквела берет начало в понятии Мари Мартен о "тайном ремейке" - кинематографическом переписывании, в котором "исходный фильм переделывается вторым фильмом, в котором [используется] логика конденсации", смещение и образность, выявляет его скрытое или подавленное [...] качество" (Martin 2015: 32) - и в особенности это касается концепции "разрушительного сиквела" Адриана Мартина. В последнем случае Адриан Мартин выступает против консервативной идеи о том, что сиквелы в первую очередь связаны с преемственностью и "последовательными, поддающимися отображению вымышленными мирами", утверждая вместо этого, что мир фильма - это открытое целое: "огромное скопление фрагментов, ощущений, ассоциаций [и] аллюзий" (Martin 2009: 49). Вместо консервативного ("целостного") сиквела Мартин выдвигает понятие "модернистского сиквела": "не просто продолжение оригинального фильма, а его острое "вбирание", [в] некотором роде комментарий или критика" (2009: 49), или (следуя работе Мари-Клэр Ропарс-Вюйомье) концептуализируя его как "диспозитив разрушения", который "создаст линии разлома в исходных текстах", и продолжит "двуличное отражение и разрушение идентичности" (2009: 51). При таком понимании радикальный жест сиквелизации в "Огненной прогулке со мной" заключается в том, чтобы проделать новые дыры в ткани повествования: не только оставить вопросы без ответа, но и усугубить их тайны и "усилить их разъедающую загадочность" (2009: 57). Это утверждение о фундаментальной противоречивости кино - идея о том, что "любой фильм - это ... рой взаимопроникающих миров" (2009: 50, выделено автором) - может быть проиллюстрировано на самом известном примере "Рики-бордов" Линча, "Bee Board" (1986-7), коробке с двадцатью монтированными пчелами, которую Линч подарил Росселлини. Bee Board представляет собой серию пчел, прикрепленных к энтомологической доске, каждая из которых помечена именем: "Ронни", "Хэнк", "Дуги" и так далее. Как описывает Грег Хейндж, процедура здесь "простая": единицы, которые считаются одинаковыми и рассматриваются как часть непрерывного, но ограниченного множества, воспринимаются по-разному, поскольку каждая часть роя индивидуализирована: "Целое [или множество] больше не преобладает над отдельными элементами" (Hainge 2015: 37).5
Понимание открытой дыры - на что недвусмысленно намекает
в приветствии HollyShorts - можно продолжить, ссылаясь на две другие короткие работы Линча и противопоставляя их друг другу. Первая - это закрытый набор из четырех последовательных 30-секундных рекламных роликов кофе "Твин Пикс Джорджия" - "Lost", "Cherry Pie", "The Mystery
