Амджад отстранил ее и укоризненно поднял указательный палец:
— Никогда. Слышишь, никогда больше не говори этого.
Лейла посмотрела на Маарам:
— Но твоя хозяйка, кажется, не против, что тебя обнимает младшая сестра, которую ты не видел много лет.
— Я говорю не о ней. А о мужчине в два раза больше ее, который прячет за спиной сжатые кулаки. И твои оправдания родственной связью могут не сработать с этим каменным изваянием, которое ты притащила с собой домой. Он может отрубить мне голову только из-за того, что я — мужчина и ты коснулась меня.
Для обсуждения предстоящего события влюбленные пары направились в апартаменты Амджада и Маарам. Рашиду все сложнее было игнорировать леденящее беспокойство, проникающее ему под кожу и уже окутавшее холодком даже его кости. Ему начало казаться неправильным то, что все идет настолько гладко.
И он оказался прав.
На следующий день Маарам и Алия убедили всех женщин, что нельзя торопиться со свадебной церемонией, поскольку недавно женился Джалал. Свадьба состоится только через месяц. И спорить оказалось бесполезно.
И с этого самого момента каждый день стал для Рашида тиканьем бомбы замедленного действия, неминуемо приближающим момент взрыва.
Глава 11
— Рашид, милый, улыбнись. Попробуй.
Лейла сидела на коленях Рашида в апартаментах дворца Азмахара, где полным ходом шла подготовка к свадебной церемонии.
— Сейчас не время просить меня об этом.
Она тяжело вздохнула:
— Слушай, я еду к маме, а не собираюсь выполнять смертельно опасное задание.
— Ты считаешь, есть разница?
— Но ведь ты сам на этом настоял. На том, чтобы моя семья принимала участие.
— Я имел в виду тех родственников, чей яд не смертелен.
Лейла рассмеялась:
— Я — кобра, хоть и лишь на четверть.
— Этот ген пролетел мимо тебя.
— Говорят, такого не бывает.
— Бывает. Этот ген прекратил существование на твоей матери и тетке.
Лейла обхватила его лицо.
— Знаешь что? Ты станешь несравненным королем.
Сердце Рашида сжалось. Тема его кандидатства слишком тяжела для того, чтобы обсуждать с Лейлой.
— Давай не будем меня сажать на трон раньше времени. Не надо, душа моя. Не навещай ее. Я не хочу, чтобы подобные заботы омрачали твой разум. Ни сейчас, ни когда-либо еще.
— Именно поэтому я и еду к ней. Я хочу избавиться от разъедающей мою душу горечи. Она уйдет, только если я повидаюсь с матерью. Поговорю с ней обо всем. — Лейла ласково играла с каждым дюймом его великолепных волос, которые уже немного отросли. — Еще я чувствую острую необходимость рассказать ей о том, чего достигла самостоятельно, и сообщить, что выхожу замуж за мужчину, который стоит миллиона потенциальных мужей, которым она пыталась меня сосватать.
— Скорее айсберги появятся в пустынях Азмахара, чем она поменяет свое мнение обо мне.
Смех Лейлы нежно защекотал каждый нерв его напряженного тела.
— Она должна будет признать, что на сегодня ты — достойный выбор, учитывая ее властолюбие. Не важно, что она сделала со мной. Она все равно любила меня по-своему. И что бы она ни натворила, она остается моей матерью… и я люблю ее.
Итак, она едет. А ему предстоит провести двое суток сходя с ума.
Рашид поднялся, взял Лейлу на руки и направился в спальню:
— Но перед отъездом я должен тебя взять.
— Мне следовало наказать тебя за соблюдение глупых традиций и отказ от секса. Но я слишком изголодалась по тебе.
— Не так сильно, как я.
Он положил ее на пушистый кремовый ковер, сорвал с нее одежды и сбросил одежду сам. Десять дней воздержания привели их к невероятному возбуждению с первого соприкосновения. Он сразу вошел в нее глубоко, погружаясь в волшебное наслаждение ее влажной податливой плоти.
Совсем скоро его толчки стали быстрее, и одновременный оргазм закружил их феерическим хороводом. Рашид излил свое семя в ее глубины, благословляя вселенную за дар, который он получил в виде силы ее любви и всепоглощающего желания.
Чувствуя, как Лейла извивается от наслаждения в его объятиях, на мгновение он почувствовал слепое желание сделать ее своей пленницей… Он мог заставить ее никуда не уезжать.
Ее губы пробежались по его шраму. Она прошептала его имя, слова любви, возвращая Рашиду способность мыслить.
Все это перестанет иметь значение, если она не будет дарить ему себя добровольно, с наслаждением. Он позволит ей уехать.
И он поцеловал ее в последний раз, пытаясь передать с этим поцелуем мольбу о том, чтобы она никогда не перестала любить его.
Рашид оказался прав. Ей не следовало ездить к матери.
Лейла поняла это с первой секунды. Ее мать стала еще невыносимее. Ссылка на солнечной Ямайке пробудила в ней худшие качества.
Оказалось, что до нее уже дошли главные новости. И теперь она смотрела на дочь через разделяющее их стекло холодным взглядом, полным презрения.
— И что? Ты решила, что произведешь на меня впечатление? Расскажешь о том, чего достигла, и за служишь мое одобрение?
Сердце Лейлы сжалось от тоски. Она всегда была готова отдать все, чтобы получить то, что имеет большинство людей. Мать, которая всегда становится на сторону ребенка.
— Мой бизнес прекрасно развивается, и я выхожу замуж за мужчину, который станет монархом родного королевства твоей матери.
— Знаешь, что бесит меня больше всего? С момента твоего рождения — сокровища клана аль-Шалаан — вся моя жизнь была посвящена тебе. Я сделала все, чтобы не дать развиваться генам, унаследованным тобой от клана аль-Шалаан.
— Ты собиралась сделать из меня чистокровную аль-Мансури.
— Даже и не думала. В их роду недоумков уже хватает. Посмотри хотя бы на своего дядю Недала и его тупых сыновей. Телом и душой я всегда принадлежала клану аль-Рафа. И из тебя хотела сделать королеву, а не второсортную принцессу, какой была сама. Я день и ночь трудилась над тем, чтобы организовать для тебя брак, ведущий к престолу.
— Тогда тебе должна понравиться ирония судьбы. Тебе не удалось выдать меня замуж ни за одного из бездельников, единственным достоинством которых было наличие королевской крови. Зато я сама нашла мужчину, который станет королем, потому что он этого заслуживает, как никто другой.
— Насчет иронии спорить не буду. Ты отказала многим мужчинам, которые жаждали получить тебя из-за того, что ты — наследница клана аль-Шалаан, но в результате все равно выходишь замуж по этой причине.
Неужели ее мама допускает…
— Но все предыдущие претенденты были достаточно честны для того, чтобы не скрывать своих намерений. А этот отброс последней ветки клана аль-Мансури, неприкрыто демонстрирующий враждебность ко всем вышестоящим персонам, манипулирует тобой и скрывает истинные мотивы.
