А чего он ждал? Он ничем не заслужил места в ее сердце.
Но тут открылась дверь ее квартиры, и Лейла, рыдая, бросилась ему на шею:
— Рашид, слава Аллаху, ты в порядке… в порядке… Я чуть не сошла с ума, когда разговор прервался и я не смогла дозвониться до тебя. Я подумала, ты попал в катастрофу…
Рашид прохрипел сорвавшимся голосом:
— Прости, что напугал тебя.
— Главное, что все в порядке. Я… я сказала правду, Рашид.
О том, что он должен забыть ее слова любви.
И она заслужила услышать его правду.
— Как я смогу забыть самое большое счастье, когда-либо испытанное мной в жизни? Счастье, память о котором будет выжжена клеймом в моем разуме до конца моей жизни? Момент, о котором я буду думать на смертном одре как о самом значимом в моей судьбе?
Лейла отпрянула:
— Почему ты говоришь об этом в прошедшем времени? Ты решил, что я?.. Рашид, я просто хотела сказать, что не ждала от тебя взаимности, говоря о любви. Я просто говорила, что чувствую сама. Я посчитала, что признанием давлю на тебя, потому что прошел уже месяц, а ты… ты не…
— Ты решила… — глаза Рашида засияли неземным светом, — решила, что из-за твоих признаний я передумал делать предложение?
— Я не знала, что думать. Поэтому заподозрила худшее. Ты же знаешь, что за день был вчера.
— Вчера был ровно месяц с нападения. Но сегодня утром, в этот час, если быть точнее, исполняется ровно месяц с моего первого предложения.
— Т… то есть…
— То есть именно в это время я и собирался приехать к тебе, чтобы снова попросить… нет, умолять тебя выйти за меня замуж. И не потому, что я хочу тебя и считаю это долгом чести. А потому, что моя жизнь не имеет смысла, если в ней нет тебя.
И он притянул ее к себе и крепко сжал в объятиях, которые обещали, что он никуда ее больше от себя не отпустит.
Минуты молчания показались ему более тягостными, чем раны, нанесенные его телу во время сражений.
Притянувшись к его губам за поцелуем, Лейла запустила руки в его волосы, которые уже начали отрастать, и прошептала полным страсти бархатным голосом:
— Моя жизнь пуста без тебя, Рашид. Без тебя я не жила. Я люблю тебя всем сердцем.
Несколько часов спустя, все еще окутанная негой страсти и отголосками сильнейшего беспокойства, Лейла потянулась и легла на бок, прижавшись к горячему твердому телу Рашида.
— Так ты говоришь «да»?
— То есть сотни раз произнесенного слова тебе не хватило? Мне показалось, весь Чикаго слышал его вместе с тобой.
— Скажи в последний раз, теперь, когда к тебе вернулось хладнокровие.
— Ты так еще и не понял, что с тобой хладнокровие ко мне никогда не вернется?
Он прижал ее к себе с такой нежностью, что на глаза Лейлы накатились слезы.
— Лейла, скажи это. Еще раз «да». Окончательно и бесповоротно.
— Да, Рашид. Раз и навсегда.
И он поцеловал ее и снова вовлек в водоворот страсти.
Но на этот раз все было по-другому. И хотя она уже давно принадлежала ему, на этот раз Лейла почувствовала себя так, словно уже стала его женой.
На кухне Рашида кипела работа. Он протянул Лейле соус песто, который готовил, пока она варила спагетти.
— У тебя есть какие-то особенные пожелания к свадебной церемонии? Я бы предпочла совсем не большой праздник.
Его рука застыла на полпути, когда он услышал эти слова.
— Пока еще не время думать о церемонии. Твой ответ — лишь половина пройденного пути для меня. Теперь мне предстоит встреча с твоей семьей.
— Какое они имеют отношение к тому, что происходит между нами? Единственное, что от них требуется, — приехать к нам на свадьбу. Это я им позволю, если будут вести себя по-человечески. И ты меня не переубедишь, Рашид. — Впервые за время их знакомства Лейла увернулась от его рук, когда он попытался обхватить ее лицо. — Моя семья не будет иметь никакого отношения к нашей жизни. Это окончательное решение.
— Если бы это зависело только от меня, я бы принял твои условия, но ты — принцесса…
— Ты опять начинаешь?
Рашид крепко обнял Лейлу и нежно погладил по голове:
— Я знаю, что ты считаешь это неважным. Но это не так. Традиции очень ценны, как бы глупо тебе это ни казалось. Теперь дело касается не только нас двоих. Скоро у нас появятся дети. И я хочу, чтобы они появились в атмосфере принятия и взаимопонимания, царящего в семье. И поскольку сам принцем я не являюсь…
— Ни один принц мира в подметки тебе не годится!
В глазах Рашида засверкала счастливая гордость, на губах заиграла улыбка.
— Твое одобрение и твоя любовь значат для меня все. И все же я хочу получить их согласие. Ты принадлежишь к могущественному монархическому клану, и мне не хотелось бы начинать со ссоры с его членами. И я завоюю их признание.
— И что ты собираешься для этого делать?
— Согласно древним традициям, твоя семья подвергнет меня суровым испытаниям. И только если я выдержу их с честью, они согласятся отдать тебя мне в жены.
— Я не против свадебных традиций, если речь идет о готовке традиционных блюд или оформлении зала в восточном стиле. Но я отказываюсь участвовать в глупых архаических мероприятиях, в которых мне придется почувствовать себя трофеем. Как-то это не сочетается с моей степенью в области управления бизнесом информационных технологий. Чем я тогда буду отличаться от глупой девицы, мечтающей выйти замуж и в результате занимающей место в жизни мужа чуть повыше козы, но, очевидно, ниже его лучшего скакуна и любимого клинка?
— Ну, в моем случае речь пойдет о частных самолетах и многомиллионных корпорациях, — подразнил Лейлу Рашид. — Мы просто подыграем твоей семье, чтобы избежать осложнений.
— Ты, правда, собираешься участвовать во всем этом… цирке?
— Да, собираюсь, красавица. Я сделаю все, чтобы твоя семья поняла, как сильно я боготворю тебя и на что готов, чтобы оберегать тебя всю жизнь. Я докажу им, что готов на все, чтобы отблагодарить за честь, которую ты оказала мне своим выбором.
Он не оставил ей никакого выбора.
Глава 9
Когда Рашид решил принять участие в борьбе за трон Азмахара, он понял, что возвращение в Зохаид неизбежно. Но даже в самых смелых своих мечтах он не представлял себе, что вернется в страну вместе с Лейлой, ставшей для него целой вселенной.
— Итак, кто ожидает нас во дворце?
— Я сообщил королю Атефу, думаю, он уже рассказал о нашем приезде всем остальным.
Лейла усмехнулась:
— Хочешь совет? Не называй его королем в лицо. Он передал трон Амджаду и, похоже, пытается забыть десятилетия неудачного царствования.
