— Что это было?
— Мы отдали тебе силы, — пояснил Стефан, и сразу же развернул свой ответ, заметив мой вопросительный взгляд. — Ты теперь часть нас и этого дома, мы должны тебя защищать.
— А если?..
— Кэтрин, — Эрик сделал шаг ко мне, перебивая, и я замолчала. — Ты… принимаешь нас?
— А у меня есть выбор?
— Есть, — вампир помрачнел, глядя мне прямо в глаза.
— Но вам он не по душе, верно? Слушай, Эрик, я не знаю, что из этого выйдет, но скажу сразу и всем, чтобы этот вопрос больше не поднимался — я готова попробовать, только не заставляйте меня пожалеть о своем решении.
И вновь напряженная тишина.
— Я есть хочу. Сильно, — в достоверность моих слов желудок громко заурчал и на лицах вампиров отразился такой испуг, что в пору звать лекарей.
— Тиез!
— Все уже готово, — отозвался домоправитель, и в гостиную въехал столик полный тарелок с ароматными блюдами, начиная от супа с горохом и беконом, и заканчивая ягодным сорбетом.
Решив, что для церемоний уже слишком поздно, я уселась на ближайшей место на диване и подкатившийся столик буквально заставил меня пискнуть от счастья. Все такое аппетитное, вкусное, боже, как есть то хочется!
— Расскажите мне что-нибудь, а то я чувствуя себя неловко, — шустро черпая ложкой в тарелке, попросила я, глядя на зачарованных вампиров.
Они все вместе сели на диван напротив и смотрели на меня не отрываясь.
В любой другой ситуации я бы возможно смутилась, или бы напротив, возмутилась, но поймав себя на странной мысли пожала плечами, заставляя Андора улыбнуться.
— Тебе правильно кажется, это естественно, — пояснил он, и Стефан повернулся к нему. — Ее беспокоит наше внимание.
— Наверное, стоит объяснить причину, — предположил темненький Де-Норд и продолжил, — Ты должна понимать Кэтрин, что наш случай едва ли не единственный в своем роде. Ранее известно лишь два похожих исхода, когда таали оставалась с вампиром, но тем не менее, наш случай все же беспрецедентный.
— Продолжай. Что же в нем такого… уникального? — уже поглощая глазами пирожок со сладким картофелем, спросила я.
— Один из этих случаев не имеет подтверждения, и скорее сходит за легенду, а второй не так… обширен. Таали осталась с одним вампиром, а не с его гнездом.
На секунду я отняла изумительную выпечку ото рта и спросила:
— То есть если я согласилась на предложение Сая, то это вышел бы повторный прецедент?
Челюсти мужчин, при упоминании вампира Маро, дружно скрипнули, но Стефан, первый отошедший от вспышки гнева, все же ответил:
— В некотором роде. Тот вампир не был одинок, как Маро. У него были братья.
— То есть, так чтобы со всеми, еще не было?
— Нет, такого еще не было, — он отрицательно покачал головой. — Сейчас нас кроет так убедительно, что отвести от тебя глаза сродни самоубийству. Поэтому заранее приношу тебе свои извинения, если мое внимание покажется тебе назойливым или не уместным.
— А я не буду просить прощения, — взял слово Джесман. — Это инстинкты, а я тот, кто я есть.
— Кэтрин, — северный вампир привлек мое внимание, и я обратилась взглядом к нему, продолжив жевать пирожок. — Со временем это немного ослабнет, но я хотел бы заранее обрисовать тебе твои перспективы.
— Звучит пугающе.
— Немного, но все же. Ты согласилась быть не просто нашей супругой, — от того, как он это сказал, у меня пробежались мурашки по коже, и я мысленно начала перебирать список трав, вновь заставляя Андора усмехнуться. — Ты наше сердце, эпицентр того, что может чувствовать вампир.
— Но вы же не чувствуете? Или я чего-то не понимаю?
Они переглянусь, заставляя меня подозрительно прищуриться, и Эрик продолжил:
— Теперь чувствуем. Все. И твои чувства тоже.
— Минуточку! — отряхнула пальцы от крошек, и схватилась за пузатую кружку с чаем. — Хотите сказать, что отныне вы не бессердечные вампиры? Я вас сломала?
— Ну что за предположения, — Стефан закатил глаза. — Конечно же, нет. Это… Это по-другому, Кэт. Помнишь, о чем я говорил тебе, когда мы впервые вошли в эту комнату?
Вспомнив разговор о том, что вампир сожалел о своих запертых чувствах, мечтая узнать их, наполниться ими, я кивнула.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мое желание сбылось. Ты будто шкатулку открыла, Кэти. Для каждого из нас.
— Но пока мы эмоционально не стабильны, — закончил за него Джес, и я увидела, как огоньки, которыми он играл, пока мы лежали в постели, прокатываются по фактурным плечам. — И тебе придется смириться с нашим вниманием.
— Отлично. У меня четыре клыкастые няньки.
— Все верно, — подтвердил Стефан и эти… носферату обворожительно улыбнулись, демонстрируя удлиненные клыки и сексуальные ямочки на щеках.
— Иии… что мы будем делать?
Словно ответом на мой вопрос, стал синхронный взгляд вампиров устремленный к окну.
— Прорыв, — Эрик поднялся резко, словно ему вкрутили стрелу в позвоночник.
Его кулаки сжались до хруста и взгляд глубоких синих глаз заполнился тьмой.
Глава 33. Великая тайна войны
— Джесман, остаешься с Кэтрин.
— Что?
— Прости, малышка, тварям плевать на наше… счастье, — выдохнул он, с грустью глядя на меня.
— Ни вы ли минуту назад, заявляли, что не можете меня оставить?
— Поэтому с тобой остается Факир.
Ледяная корочка выступила на пальцах Эрика, и я удивленно открыла рот, глядя на то, как ледяные узоры покрывают кожу.
Северный. Значит, я была права. Но что-то нехорошее кипело под ребрами, заставляя меня заупрямиться:
— Нет, я пойду с вами, со всеми.
— Это не обсуждается. Ты останешься в Хейсенвале.
— А если с вами что-то случиться?
— Ты не останешься одна, — мрачно пояснил он, но я уже поднялась, чувствуя, что наверстала все пирожки, которые не съела до этого.
— Не заставляй меня пожалеть, Эрик. Я иду с вами, и хоть я не совсем понимаю, что мне делать с тем, что произошло, я уверена, что твое самопожертвование здесь не уместно. Если рядом со мной вы себя контролируете лучше, значит я буду рядом.
— Кэтрин… — начал он, но я перебила:
— Сбегу. Пострадаю и вы себе этого не простите. Поэтому смирись с моим мнением, Эрик и не продолжай.
— В бой не вступаешь, — рыкнул Джесу, и я впервые увидела, как Эрик потерял контроль, выказывая свой гнев.
Внутренне я ликовала!
Переубедить вампира дорогого стоит, и у меня получилось, но Андор моих мыслей не разделял, не сомневаясь протягивая руку и вынуждая следовать за собой:
— Поедешь со мной.
— Хорошо.
Фестралы нетерпеливо били копытами, вновь вспарывая камни под ногами до горячей крошки и Холд, будто зная, что происходит, первый подставил мне свой бок, стоило спуститься по лестнице из дома.
— Как только приблизимся к прорыву, я передам тебя Факиру. Сидишь с ним, не кричишь, не плачешь, внимания не привлекаешь. Он сможет тебя защитить, но и ты не должна провоцировать тени на себя, поняла меня, Кэти?
— Поняла. А какие они?
— Смертельные. Это все, что ты должна знать, — хмуро сказал он, забираясь в седло и пришпорил зверя под нами. — Не рискуй, букашечка. В одном ты права — если с тобой что-то случиться, мы не сможем себе этого простить.
Набросив мне на плечи свой плащ, он накинул капюшон мне на макушку и будто невзначай, провел пальцами между лопаток.
— Если что-то пойдет не так, Джес увезет тебя.
— А если я не хочу?
— Он увезет тебя силой, Кэтрин. Поверь, тебе не понравиться, так что не ищи проблем.
Мы мчались, как и в прошлый раз, невероятно быстро. Оглядываясь по сторона, я видела, как другие братья Де-Норд несутся рядом с крайне серьезными лицами и глядя исключительно вперед, будто прислушиваясь и зная, что там, за сотни верст впереди.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
А потом я увидела купол.
Он впечатлял всегда, даже раньше я поражалась его величественностью и монументальностью, скрывающей за собой смертельную опасность, но стоило увидеть его край, там, где не живут люди, и я потеряла дар речи.
