Странная ситуация, ведь эти люди с малого возраста воспитывались на возвышенных идеалах. Они всю свою жизнь сталкивались с прекрасными образами, созданными лучшими представителями человечества. Казалось бы, такие люди должны были впитать в себя с детства чувство прекрасного. Но на деле все выглядело иначе. Особенно странно, по мнению Саммерса, выглядела ситуация, когда некоторые из них пытались учить людей ценить прекрасное. Саммерс живо представил себе подобную ситуацию. На экране телевизора выступает очередной деятель искусства. Чаще всего вызывающе одетые, а иногда просто небритые, они рассуждали о достоинствах и недостатках каких-либо произведений искусства, делились со зрителями своими взглядами на жизнь. Возможно, таким образом, эти люди пытались выделиться из толпы. Этого Саммерс никак не мог понять.
Однако сейчас он занимался расследованием ужасного преступления, и у него не было времени на подобные рассуждения. Саммерс показал жетон и представился:
— Лейтенант Саммерс, криминальная полиция. Мне необходимо поговорить с руководством радиостанции.
— Что именно вас интересует?
— Мы сейчас расследуем серьезное преступление. В момент преступления перед пострадавшим находился радиоприемник, настроенный на волну вашей радиостанции. Так как преступление очень запутанное, следствие пытается всесторонне изучить его обстоятельства. Мы не исключаем, что ваша передача каким-то образом могла повлиять на пострадавшего человека. Поэтому, я хотел выяснить у вас два момента. Во-первых, велась ли магнитофонная запись радиопередач сегодня ночью с половины второго до двух часов десяти минут. Во-вторых, имеются ли возможности как-то исказить радиосигнал и внести в него дополнительную, или скрытую информацию.
— Лейтенант, мы понимает важность и сложность работы полиции, поэтому всегда охотно сотрудничаем с вами, — ответил Давид Малкинс. Лицо его приняло серьезное выражение, от раздраженности не осталось и следа. — Правда, чаще приходится общаться с полицией нравов. Мы ведь работаем в прямом эфире. А это, как вы понимаете, накладывает определенные обязательства. Особенностью нашей работы является постоянный диалог со слушателями, возможность простому человеку высказать в нашем эфире свое мнение по любому вопросу. На наш взгляд, это неотъемлемый атрибут демократии.
— Согласен с вами, — кивнул Саммерс.
— Поэтому на первый ваш вопрос мне ответить легко, — продолжил Давид Малкинс. — Запись велась и ведется постоянно, каждую секунду работы в эфире. Ведь любой человек в нашем эфире может допустить неосторожное высказывание в чей-то адрес, или одобрительно отозваться о приеме наркотиков, или что-то в этом роде. Некоторые даже специально делают провокационные заявления. Поэтому возникают конфликты, и чтобы защитить себя, мы постоянно записываем передачи… А вот на второй ваш вопрос ответить затрудняюсь, — я не очень хорошо разбираюсь в технических вопросах. Предлагаю пройти в технический отдел. Там знающие люди все объяснят.
Саммерс вместе с владельцем радиостанции прошли в технический отдел. Небольшая комната отдела была заставлена всевозможной электронной аппаратурой. На агрегатах в такт звучащей музыке мигали разноцветные огоньки и двигались стрелки индикаторов. Посреди, на большом столе, стоял большой магнитофон с вращающимися катушками. Перед ним сидел молодой человек в наушниках, его ботинки на толстой подошве отстукивали чечетку в такт со звучащей музыкой. Саммерс, усмехнувшись про себя, обратил внимание на неопрятную одежду звукооператора. «Все они тут одним миром мазаны, — успел подумать он, — все, кроме, пожалуй, охранника. Тот просто молодец».
Малкинс дотронулся до плеча оператора. Он снял наушники и удивленно посмотрел на своего шефа и на Саммерса. По его глазам было видно, что он продолжает жить музыкой, и находится в «образе». Владелец радиостанции представил полицейского. На лице звукооператора появилось выражение крайнего удивления.
— Мистеру Саммерсу нужны записи передач сегодняшней ночи, — распорядился Давид Малкинс.
Звукооператор поднялся и достал из металлического шкафа нужную кассету.
— Мистер Саммерс, вам приготовить копию кассеты? — спросил владелец радиостанции.
— Нет, мне нужна именно эта кассета, — ответил полицейский, подумав, что при перезаписи может быть утрачена часть сигнала.
— Мистер Саммерс, надеюсь, вы понимаете, что нам самим эта кассета очень…
— Да, обещаю вернуть сразу после анализа ее содержания, — ответил лейтенант. — А как насчет второго вопроса?
— Рой, — обратился владелец радиостанции к звукооператору, — можно ли к сигналу, поступающему из студии, добавить другой, посторонний сигнал.
— Без проблем, — бодро ответил звукооператор.
— Каким образом? — насторожился Саммерс.
— Элементарно, с помощью вот этого микшера, — ответил звукооператор, показав на устройство, напоминавшее стол с многочисленными кнопочками, ручками, лампочками…
— Что такое микшер, и что он делает? — спросил Саммерс.
— Микшер — обозначает смеситель, — начал объяснять звукооператор. — Он предназначен для смешивания любых электрических сигналов. С микрофона, магнитофона, или с любого другого устройства. Вот этими ручками можно устанавливать уровень любого сигнала, иначе говоря, устанавливать громкость звучания. Вот, собственно говоря, и все.
— Значит, так легко можно вносить изменения в наши передачи? — Растерянно спросил владелец радиостанции. — Что же мы тогда записываем на магнитофон?
— Нет, мистер Малкинс, — усмехнулся Рой, — после микшера сигнал со всеми подключениями поступает на магнитофон, а затем на усилитель и в эфир.
— Понятно, — удовлетворенно констатировал Саммерс. — Значит, если было дополнительное подключение, то оно должно быть зафиксировано на магнитофонной ленте? Я правильно вас понял?
— Да, именно так.
— А возможно ли подключение после магнитофона? — поинтересовался Саммерс. — Например, сразу к усилителю, или сразу к антенне.
— А зачем? — растерянно спросил звукооператор.
— Просто так, в порядке предположения.
— Можно, только это очень сложно. К чему такие сложности? Ведь, можно значительно проще…
— Мне необходимо убедиться, что не было дополнительных подключений, — сказал лейтенант. — Где этот ваш усилитель?
— В отдельном помещении.
— Необходимо туда попасть и все проверить, — заключил Саммерс.
Помещение, где располагались усилители — основной и резервный, было закрыто массивной дверью, ключ от которой находился в сейфе у владельца радиостанции. Осмотр усилителей и подходящих к ним проводам не выявил ничего необычного, да и задерживаться около них было опасным для здоровья. Затем Саммерс вместе со звукооператором поднялись на крышу, к антенне радиостанции. На крыше тоже не удалось обнаружить ничего подозрительного.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
