Я — образцовый скаут, дисциплинированный и четко выполняющий приказы старшего в отряде.
О том, что на личном кладбище больше двух тысяч трупов — не знает никто. Из них полторы сотни — погибли при личном контакте. Остальных успешно ликвидировала в первые полгода. Тогда дебилы еще не контролировали столовые и допускали случаи массового отравления. А токсины Трау — страшная штука. Никакие антидоты не помогут. Вот мы и уничтожали ублюдков при каждом удобном случае.
Я знаю, как выживать в концентрационном лагере, когда за косой взгляд убивают. Как планировать возможный побег, как идти к нему крохотными шажками. И я помню, как у меня на глазах убили маму. Я все это сохранила внутри себя. Очень глубоко, куда никогда не смогут забраться ваши грязные лапы.
Я помню. Я ничего не забыла. И четко иду к поставленной цели, опираясь на чужую тупость, жадность и предсказуемость. Вы убили два миллиона сто семь тысяч. Вы убили меня, последнюю из семьи Блютих. Но даже мертвая я представляю для вас угрозу.
Потому что я здесь. И я никуда не уйду.
Глава 8
Моя злая шутка с приглашением вояк на волейбол бумерангом вернулась в пятницу. Вызов к ректору, в кабинете сидят еще три спесивые рожи. Лично пока с ними не пересекалась, но на сайте Академии ключевых преподавателей и управленцев проштудировала, поэтому могу назвать “ху из ху”.
Первым — старший по связям с общественностью. Все, где как-либо мелькает про Академию, завязано на него. Он же скандалы гасит, если такие возникают. С отдельным полицейским участком на учебной территории этот же тип контактирует.
Вторым — декан информационных и логистических систем. Я на его кафедре факультатив подрезала. Вся компьютерная безопасность под его присмотром. На мой взгляд, паршиво он обязанности выполняет, переложив большую часть головной боли на задротов-студентов. Но мне так даже лучше.
Третья — мымра из попечительского совета. Мутные схемы с деньгами, распределением бонусов и подарков, которые руководство Академии аккарутно тянет из родителей студентов. Обширные личные связи среди разнокалиберных политиков, чиновников и прочих жуликов. Обычно именно эта неприятная дама первой поднимает хай, если где-то всплывает дерьмо. Потому что любой черный пиар бьет по личному кошельку, а это никому не нравится.
— Госпожа Блютих, мы бы хотели узнать, где ты была неделю назад, вечером в четверг.
— Ездила в Дасти-молл, госпожа Новак.
— Зачем?
— Прокладки покупала. Там на развалах можно со скидкой найти.
Мымра презрительно кривится:
— Мне кажется, магазины на кампусе предоставляют все необходимое.
— Я беру упаковку за полкредита, у нас похожую продают за четыре с половиной. Мне проще потратить вечер раз в месяц и скататься на барахолку.
— Здоровьем рисковать не боишься?
Вредная крыса. Не с моими доходами по местным точкам шопиться.
— Что покупаю — держат нормально, не натирают, раздражения от них нет. Меня устраивает.
Ректор пытается перенацелить беседу на более важные вопросы:
— Мы поняли. Планшет с собой брала?
— Нет. В наземке легко украсть могут. Да мне он в магазинах и не особо нужен. Карта в комм залита, туда же купоны забрасываю.
— Доступ в Информнет есть с ручного браслета?
— Отключен за неуплату. Пока не продляла, жду второе полугодие, тогда постараюсь отложить на абонентскую плату… Могу я узнать, чем вызваны личные вопросы?
Похожий на пупса декан-компьютерщик кривится:
— В воскресенье на выступление волейбольной команды пришли курсанты военных училищ. Я бы не назвал их поддержку игрокам адекватной. Нам даже пришлось финал перенести по времени и успокаивать толпу. Особенно досаждали старосте твоего курса… Мы обнаружили на форумах анонимное приглашение и обещание… — закопавшись в кучу текста на экране, пупс находит нужное: — Вот, “много сисек и классные жопы”… Полиция утверждает, что сообщение было прислано из города в одиннадцать вечера, в четверг.
— Прошу прощения, но я в девять уже была в общежитии. И не пользовалась нашей сетью для серфинга. Не помню, во сколько легла, может сразу после десяти. У меня очень большая нагрузка по учебе, постоянно недосыпаю.
— Да, да. Мы твой планшет уже проверили…
Будто я не знаю. И не дура — сообщение отправила при помощи отложенного сервиса. Поэтому — меня там не было, в момент обсуждения выложенных фоток вояками видела пятый сон. Дальше разбирайтесь сами.
— И все же, госпожа Новак, а почему по этому вопросу позвали именно меня?
— Ты же общалась с солдатами, когда летела на практику. Мы подумали, что могла прислать им приглашение, они передали его дальше.
— Ребята, с кем я летела, вернутся домой только следующим летом. Сейчас связи с ними нет. Но, если вы оцениваете такую возможность, я бы лучше спросила виновницу переполоха. Слышала в столовой, как Катажина хвастала знакомствами с лейтенантами космофлота. Может, она где неосторожно про спартакиаду рассказала?
Умение поглядывать, что в публичных помойках постят потенциальные враги — бесценно. Даже не нужно лично самой ковыряться. Программку настроила, бота подвесила под чужим аккаунтом, тебе потом на временный ящик выжимка приехала. А там — интересно. И полуголые фоточки с летнего отдыха. И похвальба полученным барахлом от очередного воздыхателя. И селфи с бравыми ребятами, кто способен на трибунах отжигать.
— Можешь идти. Дальше мы сами разберемся.
— Хорошего вечера.
Не думаю, что просто визит курсантов вызвал бы столь резкую реакцию. Но кто-то из бритых дебилов слепил нарезку наиболее пикантных поз во время игры и залил в Информнет, прилепив кучу сальных комментариев. Ролик получил вирусную популярность и гуляет по Лире и окрестностям. Катажина по итогам заработала прозвище “раскоряченная жопа”. Наверное, родители уже пообещали кары небесные руководству Академии за допущенный бардак. Дочке точно пистон вставили, наша спортивная звезда в столовой сидит с мрачным видом. И меня больше не достает. Надеюсь, найдет себе потом другую жертву, мне совершенно некогда ей гадости регулярно устраивать.
* * *
Петра сдержала данное слово. В очередную пятницу я разгребла дела и полетела вместе с соседкой в пригороды на арендованном такси. Медицинский центр “Здраво и добра кондиция”. Все виды косметологических услуг. У нас с Петрой платиновая карта — можно заказать что угодно и ни в чем себе не отказывать.
Половину дня убила на то, чтобы составить список проблем, которые мне могут исправить. Посчитала — прослезилась. Почти девяносто разных шрамов и разнокалиберных отметин. Это не считая похрустывающего временами колена, отбитых почек и прочего. В итоге — к вечеру воскресенья мне чуть поправили спину, убрав самые грубые рубцы, подрихтовали следы ранений и подшаманили общий тонус. Когда собирались домой, приглашали в
