Ее руки тряслись, и она едва держалась на ногах, – умоляем вас… пощадите.
Попытка оспорить приказ лишь разозлила Лонгрена.
– Мы будем полезны вам, правда… Все, что хотите, мы…
– Я хочу, чтобы вы сражались, – твердо повторил король. Наоми нервно сглотнула. На лице ее отчетливо читались тревога и нежелание наблюдать за происходящим.
– Пожалуйста, – на глаза девушки навернулись слезы. – Я не хочу умирать… пожалуйста… позвольте стать полезной.
Лонгрен сощурился, размышляя, затем кивнул и приблизился к светловолосой. Что-то в его движениях насторожило Мисору. Лисица затаила дыхание.
– Полезной? Хорошо…
– Б-благодарю вас, благодарю! – Девушка подняла просветлевшее лицо и выдавила из себя улыбку. Волна страха еще не схлынула и заставляла голос дрожать.
Лонгрен осторожно взял девушку за руку, в коей та сжимала нож. Несчастная с трепетом и благоговением смотрела на мужчину, чувствуя тепло, исходящее от его ладони. Уже в следующее мгновение Лонгрен повернул ее кисть и подался вперед. Клинок по рукоять вошел в живот. Девушка беспомощно приоткрыла рот, машинально хватаясь за руку короля. С губ сорвался отчаянный стон. Лонгрен вынул кинжал, стряхнув с руки ослабевшие пальцы. Вторая рабыня вскрикнула от ужаса и пошатнулась. Несчастная упала и скорчилась. Тянулись минуты, все ждали, что король прекратит это, но он просто наблюдал. Ранение в живот самое отвратительное из возможных. Ты обречен, но не умираешь сразу. Могут пройти часы, даже несколько дней. Если враг оказывался милосердным – он всегда добивал, но Лонгрен хотел мучить. Он наслаждался болезненными стонами жертвы, врывающимися в тишину, где застыл парализованный человеческий страх. Вот что бывает, когда говоришь королю «нет», когда думаешь, будто достоин большего, и не берешь то, что предлагают.
– П-пожалуйста… – просипела девушка. Она силилась закончить мысль, но не могла, язык не слушался. Содрогаясь всем телом, она смотрела на короля слезящимися глазами. – П-помогите…
Лонгрен остался глух к ее просьбе. Он поднял с колен следующую девицу и протянул ей окровавленный кинжал.
– Надеюсь, ты не хочешь быть полезной мне как-то еще.
Девушка отрицательно качнула головой и взяла в руки оружие. Ужас застыл на лице ее соперницы, что отказалась сражаться ранее. Она утерла слезы и вцепилась в рукоять обеими руками. Рассчитывать на милость короля было бессмысленно. Мисора старалась сделать вид, что происходящее ей безразлично, будто такая манера поведения могла уберечь от страшной участи. Она то и дело разглядывала тени и муравьев, что пробегали у колен, иногда взбирались на ноги и бесстрашно бегали по ним, словно по камню или бревну. Рано или поздно ее тоже поднимут, но еще есть время оценить потенциальных соперниц.
Несколько минут девушки бесцельно ходили по кругу, выставив клинки и выжидая. В конце концов та, которую подняли позднее, кинулась вперед, выставив перед собой кинжал. Она попыталась ударить им соперницу, но та чудом уклонилась. Несколько минут девушки пытались пырнуть друг друга острием, несколько раз даже оставили друг на друге порезы, однако больше уклонялись и топтались на месте. Они двигались неумело, были скованы собственным страхом. Страхом не просто умереть, но и отнять чужую жизнь. Мисора знала, что первый раз самый трудный. Если убьешь один раз, то во второй уже не станешь сомневаться. Сражающиеся же оттягивали неминуемое, будто ждали, что король все прекратит, однако тот лишь мрачнел.
– Вы не стараетесь, – бросил он, и Мисора расслышала в голосе угрожающие нотки. Она взглянула на девушек: от вида таких обреченных лиц сентиментальные дамы обычно плакали. Но Мисоре было не до этого. Лучше подумать, как сберечь собственную шкуру, чем соболезновать другим. Она даже обрадуется, если противницы порешат друг друга.
Завязался бой не на жизнь, а на смерть. Одна из девушек стала агрессивнее размахивать кинжалом. Она наступала, издавая дикие вопли, как молокосос-новобранец в рядах армии, которого из-за его же тупости убьют первым. Ее противница пятилась, не пытаясь ответить, видимо, испугавшись внезапного наступления. Она отступала, пока не споткнулась о камень, и, выронив кинжал, растянулась на земле, вскинув руки, будто призывала смерть. Светловолосая тут же бросилась на нее и вонзила кинжал в грудь. Несчастная дернулась. Светловолосая яростно вскрикнула и нанесла еще один удар, чтобы добить наверняка. Девушка под ней обмякла, а победительница осталась сидеть верхом, тяжело дыша и цепляясь за кинжал, как за спасительную ветку. Мисора разглядела на ее лице мелькнувшее облегчение, даже нечто, похожее на радость.
«Вот оно как? Стоит понять, что ты, а не тебя, и убийство приносит удовольствие».
– Пожалуйста… – все еще стонала раненная в живот, но все делали вид, будто ее больше не существует.
Светловолосая отстранилась от тела и с надеждой посмотрела на короля. Лонгрен сделал несколько широких шагов и ухватил за плечи следующую девушку. Мисора не успела опомниться, как уже стояла на ногах. После многих дней пути она чувствовала слабость, но страх перед возможной гибелью взбодрил. Мисора собрала остатки сил, она не должна проиграть. Король толкнул ее в сторону трупа.
– Подними кинжал и сражайся.
Светловолосая отчаянно всхлипнула отползая. Она испуганно посмотрела на Мисору, и та поняла, что девушка выдохлась. Покойница лежала в пыли, устремив в небо остекленевший взгляд. На лице застыла гримаса ужаса. Интересно, кто встретил ее после смерти? Геул или Шаах? Мисора наклонилась, забрала кинжал из мертвой руки и крепко стиснула рукоять. С ее уст вновь сорвалась едва слышная строчка:
– На поле брани растерзано тело, тело воина в качестве дани…
Светловолосая поднялась на ноги, сжимая окровавленный кинжал обеими руками. Она следила за Мисорой, ожидая, что та нападет, но женщина оставалась на месте. Важно дышать ровно и не давать страху брать верх над разумом. Страх не позволяет мыслить, а в сражении необходим холодный рассудок.
«Когда растешь в стране вечной войны, – размышляла Мисора, – начинаешь думать о том, как убить и быть убитым. Человеческая жизнь здесь ничего не стоит».
Она тоже наблюдала за движениями светловолосой, но чувствовала, как Лонгрен сверлит их взглядом. Король начинал скучать, но думать следовало не об этом.
Светловолосая кинулась вперед, решив быстрее покончить с этим. Она действовала так же нелепо, как и до этого, выставила перед собой кинжал и пошла в лобовую атаку. Реакция Мисоры превосходила человеческую, так что, отведя в сторону руку противницы, она схватила ее за запястье, потянула на себя и воткнула кинжал ей под челюсть. Не так уж и сложно. Все произошло меньше чем за минуту. Светловолосая распахнула глаза, кинжал, не достигший цели, выпал из ее руки. Она захрипела и потянулась к глотке. Мисора вытащила оружие и бросила взгляд на короля. Лонгрен следил пристально. Он ждал зрелища, хотел больше
