В 1957 году на животноводческих фермах в колхозах преобладал ручной труд. Только 5 % всех работ проводились с помощью машин и механизмов. В совхозах, по данным 1959 года, из 782 000 рабочих, 746 000 работали вручную и 36 000 (около 5 %) – с помощью машин и механизмов [19] . При таком положении быстрого увеличения производства, конечно, нельзя было ожидать. За 1958 год производство мяса в стране увеличилось лишь на 300 000 тонн, то есть меньше чем на 5 % [20] . А Хрущев рассчитывал на рост в 60–70 %.
Неудачный старт вызвал резкое недовольство Хрущева и его помощников. От всех обкомов требовались решительные меры, чтобы в 1959 году резко увеличить производство мяса. В этой обстановке Первый секретарь Рязанского обкома КПСС А. Н. Ларионов дал смелое обещание. В конце 1958 года в Рязани была созвана областная партийная конференция, на которой он призвал сделать большой рывок в развитии животноводства и добиться за год увеличения производства мяса в 2,5 раза, а заготовок мяса в 2 раза. Эти предложения были приняты областной конференцией и опубликованы в местной и в центральной прессе [21] .
Такие обязательства были слишком высокими, но именно поэтому Хрущев обратил на них внимание и обещал личную помощь в их выполнении и перевыполнении. По неофициальным сведениям, Ларионову он обещал пост Председателя Совета министров РСФСР. Уже через неделю после областной партийной конференции Ларионов собрал в Рязани совещание передовиков сельского хозяйства, на котором поставил еще более сложную задачу – за один год увеличить производство мяса в колхозах в 5 раз, в совхозах почти в 4 раза и перевыполнить план продажи и государственных поставок мяса в 3 раза! Рязанская область, которая в 1958 году продала государству 48 000 тонн мяса, обещала в 1959 году продать 150 000 тонн.
В редакции «Правды» не хотели публиковать эти новые обязательства Рязанской области, против этого выступал и сельскохозяйственный отдел ЦК, который считал их завышенными и нереальными, однако по личному указанию Хрущева обязательства Рязанской области были опубликованы в «Правде» 9 января 1959 года. В связи с этим Хрущев требовал и от других областей резко увеличить данные ими ранее достаточно скромные обещания развития животноводства. На январь 1959 года намечался XXI Съезд КПСС, на котором предстояло обсудить семилетний план развития СССР, очень внушительный по сельскому хозяйству. Хрущеву нужен был серьезный успех уже в первом году «семилетки», поэтому под его давлением многие области теперь пересматривали свои плановые цифры. Ставропольский край принял обязательство увеличить в 1959 году производство мяса в 2,5 раза, то же сделал и Краснодарский край. Московская область обещала поднять производство мяса в 2 раза, как и Белорусская ССР и т. д.
Хрущев действительно стал оказывать Рязанской области особое внимание – он не жалел похвал на Съезде КПСС в адрес «славного почина» рязанцев. Область не успела еще приступить к выполнению своей грандиозной программы, как на нее посыпались награды и поощрения. В феврале 1959 года она была награждена орденом Ленина, для вручения которого в Рязань приехал Хрущев.
Однако преумножить за год столь значительно количество ферм и поголовье скота и хорошо откормить скот для увеличения привесов было действительно невозможно. Заготовки мяса в стране обычно начинаются осенью – сразу стало ясно, что они никак не смогут превзойти прошлогодние показатели в 5 раз. А чрезмерная реклама в прессе и пристальное внимание Хрущева делали отступление невозможным.
Чтобы увеличить производство мяса в области в 4–5 раз, нужно было отправить на мясокомбинаты почти всех коров и свиней с колхозных ферм – а это преступление. Тем не менее Рязанский обком распорядился списать на мясо не только прирост поголовья 1959 года, но и значительную часть молочных коров из так называемого «маточного поголовья». Десятки тысяч коров и свиней были в принудительном порядке закуплены в личных хозяйствах колхозников и у рабочих совхозов и добавлены к поставкам. При этом областные организации часто расплачивались с колхозниками не деньгами, а тем более не по рыночным ценам на скот, а долговыми расписками. Но и этих мер было недостаточно. Тогда начали скупать скот в соседних областях, вплоть до Урала. На рынках, в колхозах и совхозах за наличные деньги покупали скот, который затем в Рязанской области продавали государству по ценам в 3–4 раза меньшим. На эти операции шли деньги, выделенные на сельскохозяйственные машины, кредиты и прочие фонды. И все же пятикратного увеличения не получалось – ведь и в соседних областях положение было напряженным положение из-за повышенных обязательств. Когда практика закупок скота у соседей была раскрыта, руководители областей распорядились выставить на границах с Рязанской областью вооруженные милицейские пикеты, которые отбирали у рязанских «заготовителей» незаконно купленный скот. Некоторые из них пробирались с коровами ночью, минуя большие дороги.
Тогда Рязанский обком обложил мясными налогами не только колхозы, совхозы и частные хозяйства. Задания по производству мяса были даны всем учреждениям, школам и даже отделениям милиции. Все срочно разводили кроликов. А на заводах и в различных учреждениях люди часто просто собирали деньги, шли в магазин, покупали мясо (по 1,5–2 рубля за килограмм), а потом несли на заготовительные пункты, где государство брало его по 25–30 копеек за килограмм. Эти же операции производились и с маслом. В результате во всей области мясо, масло и молоко быстро исчезли из магазинов, а поголовье скота к концу 1959 года резко сократилось.
Но руководители торопились отпраздновать «победу». 16 декабря 1959 года, за несколько дней до очередного пленума ЦК КПСС, во всех газетах было опубликовано письмо Рязанского обкома КПСС, облисполкома и обкома ВЛКСМ Н. С. Хрущеву. В письме сообщалось, что Рязанская область полностью выполнила свои обязательства, увеличила производство мяса в 4 раза и продала государству 150 000 тонн мяса – в 3 раза больше, чем в 1958 году. Одновременно она обещала в 1960 году продать еще больше – 180 000–200 000 тонн.
За выдающиеся достижения Президиум Верховного Совета СССР присвоил Первому секретарю обкома Ларионову звание Героя Социалистического труда с вручением ордена Ленина. Весь пленум в декабре 1959 года прошел под знаком неумеренных восхвалений Ларионова, особенно со стороны Хрущева. Даже в школьные учебники срочно вписывали новые абзацы, превозносившие «подвиг» Рязанской области.
Восхваления продолжались и в 1960 году. Но в то же время сельское хозяйство Рязанской области разваливалось. Поголовье скота, резко сократившееся в 1959 году, продолжало уменьшаться. Колхозники и рабочие совхозов, у которых «временно» под расписку были взяты коровы и свиньи, отказывались выходить на работу до тех пор, пока им не дадут либо коров, либо полную денежную компенсацию по рыночным ценам, которые в 1960 году выросли в 2–3 раза. Приходилось возвращать коров, отбирая их теперь у колхозных и совхозных ферм. Денежные ресурсы колхозов были исчерпаны, и нечем было оплачивать взятые в банках кредиты. Сельскохозяйственные работы в области даже в полеводстве шли с большими трудностями, и урожай ожидался очень плохой. Об обещанных 180 000 тонн мяса не могло быть и речи – область была не в состоянии продать государству и половины обычного годового плана, то есть могла сдать не более 30 000 тонн мяса, в 6 раз меньше обещанного. Только на 50 % был выполнен и план производства зерна. Многие колхозы просто разорились. Скрыть катастрофу было уже нельзя, и в конце 1960 года в Рязанскую область прибыла специальная комиссия ЦК КПСС для проверки положения дел. Она подтвердила полный крах сельского хозяйства области. За день до намеченного пленума Рязанского обкома КПСС Герой Социалистического труда СССР А. Н. Ларионов покончил жизнь самоубийством, застрелившись в своем кабинете.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
