Бэбкок не отвечал. Шевлин снова взглянул на улицу. Отсюда до зданий прииска оставалось не более двух сотен ярдов, но как только всадники минуют конюшни, они окажутся как на ладони перед засадой. И любому из них практически гарантирована смерть.
— Бэб, а Джо Холидей там?
— А что, если так?
— Помнишь, как Джо вытащил тебя из-под взбесившегося бычка… спас твою шкуру. Теперь ты позволишь убить его? — Бэбкок нервно затоптался на месте. — Послушай, как следопыт ты ни в чем не уступишь индейцу. Было время, когда тебя никто бы не заставил пойти на драку с завязанными глазами. Прежде чем что-нибудь предпринять, разведай обстановку! — Шевлин не сомневался, что Бэбкок обеспокоен, и продолжал развивать успех. — Бэб, хочешь получить полсотни долларов? У меня они есть, и я ставлю два против одного, что в начале улицы ты обнаружишь пятьдесят, а то и сто вооруженных горняков.
— Ты блефуешь.
— Давай проверим.
— Проверь его, Бэбкок, — впервые вступил в разговор Бразос, — и я ставлю еще полсотни долларов, что ты проиграешь. Они есть там.
— Черт возьми, — воскликнул Бэбкок, — я не могу их остановить! Рэй их как следует накрутил. Им теперь море по колено.
Ведя лошадей шагом, всадники тем временем приближались, плотной шеренгой перегородив улицу. И по мере их приближения те всадники, что стояли между домами, двинулись им навстречу.
— Глядите! — вскричал Бразос.
Почти напротив конюшни отряд внезапно прекратил свое безмолвное шествие.
Квадратной глыбой отделившись от ресторана, на улицу вышел человек с зубочисткой в зубах и встал посреди дороги — темный, немой, неприступный силуэт.
Это был Вилсон Хойт.
Глава 10
У Хойта было две кобуры, в каждой по револьверу, и еще один револьвер заткнут за пояс. В руках он держал многозарядный дробовик системы Кольта.
Он не сказал ни слова — просто встал на виду, предоставив наступавшим возможность самим оценить соотношение сил. Каждый знал, что, вместе бросившись вперед, они могут затоптать его лошадьми, вопрос заключался в том, кто при этом погибнет? Сколько выстрелов он успеет сделать, прежде чем его опрокинут на землю? Расстояние между ними обеспечивало изрядный разлет заряда, а тяжелая картечь могла свалить человека. Если с такой дистанции шериф сделает хотя бы два выстрела, то выведет из строя от трех до шести человек и успеет еще отскочить с дороги и продолжить стрельбу.
Наблюдая за прибывшими, Майк хорошо понимал, что они чувствуют. Их приблизительно сорок. Погибнут лишь двое или трое. Но кто именно?
Неожиданно Хойт спокойно заговорил, проявив при этом достаточно проницательности, чтобы не смотреть в сторону Холлистера. Рэй принадлежал к тому типу людей, которые чувствуют себя обязанными утвердиться любой ценой, даже если затеянная ими потасовка будет стоить кому-то жизни. Хойт сознательно старался возложить ответственность на остальных.
— Волт Келли, — произнес шериф, — забирай свою команду и уезжай туда, откуда пришел.
— Уйди с дороги, Хойт!
— Не валяй дурака, Волт, — ответил Хойт, не повышая тона. — Я выполняю свои обязанности. Разве ты слыхал, чтобы я уволился?
Майк вышел из конюшни.
— Поворачивайте обратно, парни. В том конце улицы все уже готово к вашей встрече, они ждут не дождутся, когда вы приедете.
Взгляды всех обратились к нему. В глазах одних горела ненависть, в глазах других стоял вопрос, некоторые даже смотрели с надеждой. В любой толпе есть несколько человек, которые в деле участвуют поневоле и жаждут, чтобы кто-нибудь остановил событие, пока оно не зашло чересчур далеко. Эти люди возлагали надежды на Хойта, и теперь еще появился Майк.
Но Холлистер не мог слишком долго оставаться безучастным.
— Все подлая ложь! — закричал он. — Там никого нет! Вперед!
В толпе началось смятение, Хойт поднял дробовик.
— Если, парни, среди вас есть друзья Волта Келли, то пусть попрощаются с ним… И еще с двумя.
Хойт допустил ошибку. Они еще могли отойти назад толпой, но теперь он назвал конкретного человека, и к тому же лучшего среди них. Это меняло дело. Да и Волт Келли лишился возможности отступиться.
— Черт возьми, Хойт! — крикнул он. — Уйди с дороги. Я еду!
— А как насчет Арчи, Волт? — спокойно подал голос Шевлин.
Волт всю жизнь был Арчеру Келли и за отца, и за старшего брата. Теперь имя Арчера заставило его поколебаться.
Тут сквозь толпу ринулся всадник. Это была Ева Бэнкрофт, ее лицо побелело от ярости.
— Ах вы, трусливые койоты! — вскричала она срывающимся на хрип голосом. — Вперед, Рэй! Мы им покажем!
Она пришпорила лошадь и понеслась навстречу смерти. Прыгнув, Хойт попытался ухватиться за уздечку, но лошадь промчалась мимо и поскакала по улице.
Рэй двинулся было за ней, но потом натянул поводья.
Ева Бэнкрофт во весь опор неслась по дороге, ее оружие сверкало в свете фонаря. Заждавшиеся рудокопы не могли видеть, что перед ними женщина. На всем скаку она врезалась в плотную стену свинца, который вышиб ее из седла, раздирая тело горячими стальными когтями. Падая, Ева обернулась, крик боли и отчаяния вырвался из ее груди и эхом разнесся по городу.
Из темноты, где притаились рудокопы, раздался чей-то полный ужаса вопль:
— Это женщина! Господи, мы убили женщину!
Взгляды скотоводов устремились к неподвижному телу, лежавшему посреди улицы в сотне ярдов от них. А потом все как один посмотрели на Холлистера. Каждый знал, что Ева Бэнкрофт рванулась вперед потому, что верила Рэю и звала его за собой.
Он сидел на лошади, глядя на ее труп так, словно не мог поверить в случившееся, и едва ли заметил, как всадники один за другим развернулись и ускакали. Рэй втянул ее в борьбу и в решающий момент отступил, позволив ей броситься вперед.
Хойт вышел из оцепенения.
— Холлистер, прочь отсюда! Если я еще раз увижу тебя, пристрелю как бешеную собаку. Убью на месте.
Горожане, еще с вечера исчезнувшие как по волшебству, теперь начали появляться на улице. Две женщины подошли к телу Евы. Никому не надо было объяснять, что девушка мертва. Невозможно въехать в такую стену огня и остаться в живых.
Шевлин подошел к Хойту.
— Я пытался остановить ее! — произнес шериф с горечью. — Черт возьми, я пытался!
— Никто не мог бы остановить ее, — сказал Майк. — Только Рэй.
Разбившись на группы, прохожие обсуждали событие. Бен Стоув на улице не появлялся.
— И он вроде бы тут ни при чем, — продолжал Хойт. — Просто сидел и смотрел.
— Он начал было, — сообщил кто-то. — Но так ничего и не сделал… совсем ничего.
Майк собрался уходить, но Хойт остановил его.
— Думаешь, на этом все кончится?
