— Он начал было, — сообщил кто-то. — Но так ничего и не сделал… совсем ничего.
Майк собрался уходить, но Хойт остановил его.
— Думаешь, на этом все кончится?
— А разве что-нибудь изменилось? — спросил Шевлин. — Девушка, которой бы жить да жить, мертва, а ситуация осталась прежней. Поверь мне, Хойт, я знаю, что говорю. Посади Бена за решетку, потом собери полдюжины самых честных граждан и прими решение.
Хойт колебался, мрачно глядя перед собой.
— Арестовать Стоува? Он же меня и нанял.
— Он нанял тебя, чтобы ты занимался делом.
Шевлин ушел. Он решил вернуться на участок. Завтра будет новый рабочий день, и ему есть над чем подумать — а где найдешь лучшее место для размышления, если не в забое, с лопатой в руках?
И тут он вспомнил о Берте Перри. Тот уехал с участка в город, но Шевлин его нигде не видел… А город не такой уж большой, если только у него здесь нет девушки, у которой Берт мог остаться.
Шевлин почувствовал, что сыт по горло и самим городом, и его обитателями. Ему не нравилась Ева Бэнкрофт, но она была молода и верила своему избраннику. Отвергнуть такую преданность… Какая печальная история и какой конец! Майка отнюдь не радовало случившееся.
Все, что ему хотелось теперь, это уехать прочь, туда, где горы сливаются с небом и сосны цепляются за облака. Он старый волк, рыщущий среди холмов в одиночку, и ему пора бы свыкнуться с таким положением вещей. Незачем заглядывать в глаза девушке. Его удел — закончить жизнь в глухом каньоне, злясь на раны, которые болят и отнимают силы.
Что он делает здесь? Хотел только, чтобы добрый старик покоился с миром, похороненный не как участник дуэли, а как безоружный, погибший невинно. Потому что его друг Элай не терпел насилия, сам же Майк, в противоположность ему, прокладывал себе дорогу кулаками.
Оседлав вороного, он покинул город. Избегая дорог, предпочел бескрайние просторы поросших травою холмов и скакал по склонам, на которых не было следов ни лошадей, ни людей.
На подступах к каньону ему все же пришлось вернуться на дорогу, и тут его лошадь внезапно отпрянула. Доверившись животному, Майк натянул поводья и тихо сидел в седле, прислушиваясь к звукам ночи. Сначала ничто не нарушало предутренний покой, а потом зашуршала листва. Сквозь кустарник, достигавший седла, через который он только что проехал сам, шла лошадь.
Майк затаился и ждал. Ему не терпелось попасть на участок, и помеха его раздражала. Небо приобрело бледно-серый цвет, предвещая скорую зарю.
И тут он увидел лошадь без седока. Она подняла голову и уставилась на него. Потом тихо заржала, и его вороной заржал в ответ. Сжимая в руке винчестер, Майк замер, готовый в любой момент выстрелить.
Ничего не случилось.
Шевлин выехал на обочину. На белой полосе дороги впереди что-то темнело. Шевлину приходилось часто встречать темные предметы в ночи, и он сразу догадался, что перед ним убитый. Так как лошадь не подавала больше признаков беспокойства, Майк спешился и подошел к распластавшемуся на земле телу.
Став на колени, он перевернул беднягу на спину. Потом чиркнул спичкой и взглянул в широко раскрытые невидящие глаза Гиба Джентри.
Чиркнула еще одна спичка. Рубашка на груди Гиба в том месте, куда вошла пуля, чернела от спекшейся крови. В свете яркого неровного пламени Майк разглядел и кое-что другое.
Упав с лошади, Гиб какое-то время полз и преодолел около пяти футов, его рука тянулась к зарослям кустов.
Снова посветив себе спичкой, Шевлин посмотрел туда, куда указывала рука, и увидел нетвердо выведенные на песке буквы: «Шевл берегись. Лон К… « Последнее слово разобрать не удалось.
Шевлин встал и огляделся. За несколько минут, прошедших с тех пор, как он увидел лошадь, стало заметно светлее, местность постепенно обретала очертания. Полчаса, отделяющие ночь от рассвета, проявили бледно-серый пейзаж с пятнами темных кустов. Лишь две-три запоздалые звезды тускло блестели на небе.
Шевлин осмотрел лошадь Джентри. На крыле седла виднелось пятно крови. Пройдя по дороге чуть дальше, Майк обнаружил то место, где испуганное животное рванулось при выстреле, здесь тоже темнело пятно крови. Джентри выпал из седла, проехав не более десяти ярдов.
Шевлин сдвинул на затылок шляпу и повернулся лицом навстречу холодному утреннему ветру. Он обыскал все вокруг. Других следов не обнаружил. Либо притаившийся снайпер был уверен в точности выстрела, либо не рискнул приблизиться и удостовериться в убийстве.
Гиб Джентри мертв. Как это вписать в общую картину? Джентри — правая рука Стоува. Кому потребовалось его убить? Как владелец транспортной конторы, он еще необходим для того, чтобы перевезти золото. При трезвом взгляде на вещи его смерть казалась несвоевременной.
Шевлин не доверял Стоуву и не сомневался, что он со временем расправится с каждым, кто стоит с ним в доле, но только когда человек станет ему не нужен. Как понимал Майк, Джентри пока не исчерпал себя… И зачем убивать его здесь?
За ним могли ехать из города и, если его убили по заказу, за ним, очевидно, следили. Но, насколько знал Шевлин, Джентри расстался с жизнью не в том месте, куда обычно ездил.
Так что же получается? Джентри убили по ошибке. В темноте перепутали с кем-то другим.
С кем? Ответ очевиден. С ним, Майком Шевлином.
Что ж, версия придает смысл посмертному посланию Гиба. Он ехал предупредить его. Ганфайтер застрелил не того.
Лон К… Шевлин не знал такого имени. И все же Гиб, очевидно, очень старался сообщить его.
Шевлин стер сапогом нацарапанные на песке слова. Потом положил тело Гиба на седло, привязал, а поводья закинул за луку. Лошадь Джентри сама вернется домой.
Когда Майк приехал на участок, в каньоне царили темнота и безмолвие. Он расседлал вороного и оставил пастись на поросшем травою склоне возле источника. Прислушиваясь, постоял в темноте, потом пошел в хижину и лег спать.
Когда он открыл глаза, солнце светило в распахнутую дверь. Снаружи стоял Берт Перри, глядя в каньон. У него было странное выражение лица, настолько странное, что Майк даже удивился.
Перри уже не казался ему таким легкомысленным и беззаботным, как раньше. Он держал винчестер так, что в любой момент был готов вскинуть его и сразу же выстрелить.
Не в силах обуздать любопытство, Шевлин опустил ноги на пол. Кровать скрипнула, и Перри тотчас обернулся.
— Кажется, я видел оленя, — объяснил Перри, опуская винтовку. — Нам бы пригодилась оленина.
— Неплохая идея! — воскликнул Майк. — Может, мне пойти поохотиться?
Перри усмехнулся.
— Уже устал убирать породу? — Он сразу же оценил состояние Шевлина. — Похоже, тебе бы не мешало еще поспать. В котором часу пришел?
