И тут им оказаться не было ни малейшей возможности. Если только… Существовало одно лишь объяснение.
Флинт Коллингсвуд Маккензи, ты умер и вознесся на небо!
Потом он вспомнил, как сияние этих глаз, каскад волос и волнующий шепот болезненно томили его чресла, и догадался: видимо, сбылись пожелания недругов, которые спали и видели его в аду.
Флинт несколько раз мигнул — зрение прояснилось, но рыжеволосой нигде не оказалось. Поистине, разыгравшееся воображение может свести человека с ума, подумал он с облегчением. Попробовал сесть, но тут вновь возникла рыжеволосая, опять уложила его на пол, обернула вокруг головы мокрое полотенце и велела не шевелиться.
— Ты?..
Флинт сбросил с головы полотенце и вскочил на ноги. Нет ничего такого, что нельзя бы было объяснить и исправить. Он подбежал к кровати и нахлобучил шляпу — ведь со шляпой на голове мужчине думается гораздо легче. Когда-то Флинта осенила догадка, что женщины нащупали слабую струнку у противоположного пола и поэтому требуют в своем присутствии шляпу снимать, чтобы лишить мужчин преимущества.
— Увязалась за мной! — сердито взревел он.
— Да, увязалась. Ехала в том же самом дилижансе. — Гарнет была настроена очень решительно, и это еще сильнее взбесило Флинта. Он сел на кровать, скрестив на груди руки.
— Я же сказал тебе «прощай»! Так какого черта тебя понесло вслед за мной?
Гарнет спокойно сложила одежду на комод.
— Ты забыл рубашку и брюки, которые мне одолжил.
Взбив подушку, Флинт откинулся назад. Он почувствовал удовольствие, даже был польщен, что вдовушка не оставляет его в покое. Решительная женщина. К его удивлению, тяга к ней пересилила гнев. Значит, не так просто порвать эту связь. Вот дьявольщина! Флинт припомнил, что только раз или два ему захотелось повторить ночь с девчонкой. Он заложил руки за голову.
— Хочешь меня убедить, что это была единственная причина?
— А какая могла быть еще? — невинно спросила Гарнет.
— Ладно уж, иди сюда, вдовушка Скотт.
От этих слов в груди у Гарнет екнуло и задрожали ноги, но она не сдвинулась с места.
— Если хочешь меня, ковбой, подойди сам.
Пока Флинт вставал и шел через комнату, горячая волна ударила ей в виски, пронизала каждую жилку, взбудоражила кровь. Их взгляды встретились, и они долго-долго не отрывали друг от друга глаз. Потом Флинт протянул руку. Гарнет чувствовала, как задрожала ее рука в его широкой, чуть шершавой ладони.
— Раз уж гналась за мной в такую даль, могла придумать причину и получше. Стоили ли старая рубашка и рваные штаны такого путешествия?
Он расстегнул ей блузку, пальцы скользнули внутрь, и губы потянулись к губам. Поцелуй был неспешным, долгим, всколыхнул чувство из самых глубин естества, и Гарнет отдалась ему без остатка. Губы Флинта казались твердыми и влажными, нетерпеливый язык заставлял сердце бешено колотиться.
— О Боже, Флинт, — задохнувшись, прошептала она, когда он наконец оторвался от ее рта. — Как я хочу… — Но не успела договорить, потому что он снова овладел ее губами.
Она почувствовала его жаркое прикосновение, когда широкие ладони легли на ягодицы и крепче прижали ее тело к возбужденной плоти. Копчики пальцев посылали стрелы желания, и они насквозь пронзали ее тело.
— Выкинуть бы твою задницу отсюда к чертовой матери, да уж больно она хороша, — прошептал ей на ухо Флинт.
— Только для тебя, — так же на ухо ответила Гарнет.
Его руки устремились вверх по спине, расстегнули лиф, начали его стягивать, и кисти Гарнет запутались в складках рукавов. А в следующий миг она почувствовала божественное прикосновение его пальцев к груди.
Флинт начал торопливо срывать с себя одежду, так что послышался треск разрываемой ткани. Потом схватил ее за плечи, отклонил назад и взял сосок в рот. Гарнет застонала и запрокинула голову — горячие волны желания накатывали одна за другой.
Она почувствовала свои руки свободными, только когда Флинт снял с нее лифчик, обнажив налитые груди. Он щекой прижался к одной, провел по коже языком и стал развязывать поясок на юбке. Мгновение спустя та упала на пол вместе с панталонами.
Обнаженная Гарнет горела под его неспешным, изучающим взглядом. Но вот Флинт сдернул с себя остаток одежды, и она так же откровенно и жадно посмотрела на возлюбленного. Его тело показалось ей совершенным — ноги и торс были вылеплены на редкость гармонично.
— Почти совсем зажило. — Гарнет провела пальцем по свежему рубцу на плече, потом наклонилась и легонько коснулась губами. — А это откуда? — Она показала шрам на груди. — По виду старый.
— Старый, — согласился Флинт, подхватывая ее на руки и направляясь со своей ношей к кровати.
И там, на простынях, его обнаженное тело стало ее единственным укрытием. На этот раз поцелуй оказался жарким, как пламя.
— Сладкая, — пробормотал он. — Выпил бы всю.
— Пей! Я так тебя хочу! — вскрикнула Гарнет, ощутив на груди язык.
От сосков влажный след устремился ниже — к животу и к самому сокровенному.
— Ты что? — Она подняла голову, но когда его губы коснулись заветной плоти, не в силах перенести сладостного ощущения, застонала. Тело забилось в чувственном экстазе.
Когда дрожь поутихла и она открыла глаза, то встретилась с внимательным взглядом Флинта.
— Ты сама об этом просила. — Его погрубевшие пальцы коснулись ее сосков, и Гарнет ощутила новый всплеск страсти. То же испытал и Флинт. Взяв в рот сосок, он накрыл ладонью темный треугольник внизу ее живота. Гарнет судорожно вздохнула и развела ноги. На нее вновь нахлынула такая волна страсти, что она почти потеряла голову.
— Ну пожалуйста, Флинт, пожалуйста, — взмолилась она.
— Что ты? — Флинт поднял глаза. — Чего ты от меня хочешь?
— Сам знаешь. — Его рука продолжала сладостную ласку, и Гарнет застонала. — Возьми меня. Люби меня скорее.
Она попыталась обнять его за шею и снова прижать к груди голову, но Флинт поймал ее кисти и намертво притиснул к кровати.
— Я тебя не люблю. — Он накрыл ртом сосок и не отпускал до тех пор, пока Гарнет не принялась змеей извиваться под ним. — Ну-ка, рыжая, повтори. Ты знаешь, как надо сказать.
Гарнет смотрела на него широко раскрытыми глазами. На лбу Флинта выступил пот, все его мышцы напряглись.
— Пожалуйста, сделай это!
— Что сделать? Нет уж, рыжая, ты скажи!
Гарнет изогнулась под ним и обхватила ногами его бедра. Дольше Флинт выдержать не мог. Он приподнялся на локтях и через мгновение овладел ею. Женщина тут же уловила его ритм, и их сплетенные тела одновременно взлетели к вершине страсти. Испытав неземное наслаждение во второй раз, Гарнет вскрикнула, а флинт, на несколько секунд обмякнув, прислушивался к собственному прерывистому дыханию. Наконец он откатился в сторону и лег на спину. Гарнет приподнялась на локте и посмотрела ему в лицо.
