предыдущего, стремясь просочиться в любую брешь в обороне врага. Принимая все атаки копьем на щит, он гонял королевского гвардейца по всей арене.
— Победит Мартелл. — Тихо прошептал один из наших охранников, надеясь, что в общем гомоне его никто не услышит. Услышали.
— Почему ты так решил? — Спросил я громко, привлекая к себе внимание. С одной стороны стражи должны быть тихими, как молчаливые сестры, но с другой мне уже стало интересно кто выйдет победителем.
— Милорд, я…
— Нет, отвечай. — Прервала его Сери, улыбнувшись ему улыбкой настоящей львицы, увидевшей ягненка. Ее она давно скопировала у матери и постоянно продолжала улучшать. Немного помявшись, охранник все же ответил.
— Принц Ливен Мартелл королевский гвардеец уже десять лет. Я уже видел его поединки. Он порхает вокруг своих врагов, нанося беспрерывные атаки, пока те не упадут от потери крови. Тот воин лишь благодаря удаче смог победить сира Барристана. Вскоре он допустит ошибку и также будет лежать на песке.
Но его слова не сбылись. Бой продолжался уже десять минут, за которые дорниец сменил три копья и уже использовал четвертое. Ему приходилось постоянно передвигаться, чтобы обойти щит и нанести удары в бреши доспехов, а Серый рыцарь, как его уже окрестили трибуны, не давал до себя дотянуться. Стало ясно, что стратегию Ливена обернули против него — либо он дорнийским козлом прыгает вокруг своего противника, атакуя во всегда вовремя подставленный щит, либо опять прыгает, поскольку, когда он останавливается, его атакуют мечом.
«Бой пройдет до первой ошибки одного из них»
Ошибка произошла лишь через четверть часа, когда уже почти все на трибунах устали и почти прекратили следить за поединком. Принц Ливен споткнулся. Споткнулся о ту самую секиру, которую бросил в середине боя Серый рыцарь. Тот дураком не был, сразу сделав выпад мечом и отбив последний удар копьем, приставил лезвие к шее королевского гвардейца.
— Победу одерживает Феликс из дома Колд! — Разнесся над трибунами голос распорядителя, вслед за которым последовал громкий рев толпы. Даже здесь слышались проклятия тех, кто поставил на Мартелла и радостные крики рискнувших сделать ставку на черную лошадку.
Лишь поднятая ладонь отца заставила всех замолчать, а герольда подозвать победителя к королевской ложе.
— Сними шлем. — Сказал отец, чей голос и вид был сейчас величественней чем у короля, рядом с которым он сидел.
— Слушаюсь, милорд. — Голос рыцаря был очень глухим из-за шлема, но в воцарившейся тишине его было прекрасно слышно.
Под снятым шлемом я ожидал много, начиная от уродливого огра, со шрамами и язвами на лице, заканчивая старым рыцарем, с сединой в волосах. Но никак не парня, на вид не старше сына нашего конюха, которому недавно исполнилось пятнадцать. Подобный шок был виден на и лице матери, и на лице Сери.
— Сказали что ты из семейства Колд. — На лице отца не отразилось ни одной эмоции. Он лишь бросил недовольный взгляд на толпу, успокоив зародившийся ропот. — Ты второй сын Александра Колда?
— Да, милорд. — Его голос оказался очень сильным и мягким, невольно цепляя что-то внутри меня, даже когда он делал легкий поклон в сторону отца и короля. — Для меня честь, что вы помните моего отца.
— Александр один из моих лучших воинов, прошедший со мной войну Девятигрошевых королей и мятеж Рейнов и Тарбеков. — На лице отца появилась одна из его редких настоящих улыбок, которых я за свою жизнь видел меньше чем пальцев на руках. Если они не обращены в сторону мамы. — В Западных землях мало кто может быть соперником Кровавому дождю. Как он поживает?
— Хорошо, милорд. — Мягко улыбнулся рыцарь, удобнее перехватив шлем. Мне показалось или на секунду он дрогнул? Никто не вмешивался в этот разговор. Всем хотелось узнать, откуда взялся этот монстр, победивший двух королевских гвардейцев за раз, и они не желали навлекать на себя гнев отца, лорда Утеса Кастерли и десницу короля. — Сейчас он выращивает лошадей, чтобы в будущем вы, его величество Эйрис и ваши армии могли быстрее ветра скакать по всем Семи Королевствам.
— Хороший ответ. — Было видно, что парень отцу понравился, раз он столько с ним разговаривает. В прошлые турниры папа обменивался с победителями лишь несколькими фразами и отсылал их обратно. — Если у него получилось воспитать такого сына, то и коней он выведет хороших. Сколько тебе лет?
— Четырнадцать, милорд.
Судя по звукам, многие подавились своим вином при его ответе. Он и так был выше шести с половиной футов ростом, а ведь может еще сильнее вырасти. Это будет настоящая гора в будущем.
«Но в четырнадцать лет победить Барристана Селми и Ливена Мартелла…» — Посмотрев на него еще раз, в моей груди начали зарождаться странные чувства. Что-то среднее между восхищением и завистью.
— Такие успехи в молодом возрасте похвальны. — Если отец и был удивлен, то он этого не выдал, лишь знаками показывая виночерпиям подавать королю, который начал странно дергаться, больше вина. Я знал короля всего несколько дней и уже понимал что сейчас он может сморозить какую-нибудь глупость. — Какие у тебя дальнейшие планы на жизнь? Я могу предложить тебе место в нашей домашней гвардии и титул рыцаря за дальнейшую службу.
Взгляды многих присутствующих рыцарей сразу стали завистливыми, заставив меня невольно выпятить грудь. Наша домашняя гвардия состояла из лучших рыцарей Западных земель и была одним из сильнейших войск во всех Семи Королевствах. Ни один дурак не откажется от такой чести.
— Благодарю, милорд. Но я планировал повидать мир, для начала пройдя обучение в Цитадели.
— Кха-кха…
«Вот дурак и нашелся»
Вот сейчас поперхнулись многие, в том числе и я. С такими навыками и телосложением в мейстры… Идиот.
— Интересное решение. Если ты еще передумаешь, то тебе всегда будут рады в Утесе Кастерли. — Судя по всему отец, как всегда, понял больше меня и сделал какие-то свои выводы. — Можешь идти, Феликс Серый.
— Благодарю, милорд. — Поклонившись, сказал он, прижимая руку к
