Пол снова посмотрел на нее, как на идиотку.
— Я же говорил, что твой дружок.
— То есть?
— Диллон Гейнор.
— Не верю, — ответила Джейми, хотя все начало укладываться в целую картину. Ведь Диллона выгнали из школы, все об этом шушукались, но никто не знал точно, что было тому причиной.
— А ты спроси у своего брата.
— Кузена, — поправила она машинально. — И Диллон мне никакой не дружок, он просто привез меня сюда.
— Да, ты точно не во вкусе Киллера. Кроме того, он не отдал бы тебя мне, — он схватил Джейми за руку. — Давай найдем уголок поукромней и я научу тебя, как пить текилу.
— Уверена, что могу обойтись без инструкций, — сказала она и огляделась вокруг. Те, кто их встретил, куда-то исчезли. Возле старого желтого кадиллака не было никого, кроме них двоих.
— Куда все подевались? — спросила она.
Пол ухмыльнулся и начал гладить ей плечо.
— Не волнуйся, крошка. Я о тебе позабочусь.
Может, это она была во всем виновата. Ведь достаточно было взглянуть на красное лицо Пола, чтобы понять, что он очень пьян. Он не заставлял ее пить текилу, только подсовывал бутылку для очередного глотка. Сначала текила показалась ей горькой, но потом по ее телу разлилось приятное тепло. Она помнила, что сама уселась на заднем сидении машины Диллона, и ее не раздражало то, что Пол осыпал ее быстрыми влажными поцелуями, а затем запустил руку ей под блузку. Почему же она ожидала, что он остановится, когда, в конце концов, она сказала «нет»?
Она неподвижно лежала, распластанная под его тяжелым телом, в то время как он, ругаясь и кряхтя, тискал ее груди и скользил языком по зубам. Наверное, ей следовало выпить больше, чтобы полностью отключиться или чтобы получить удовольствие от того, что с ней делали. Вместо этого она трезвела с каждой минутой и ей становилось все противней. Он же сначала обещал, что ей это понравится, потом обозвал холодной сучкой и стал обвинять ее в том, что она сама виновата. В конце концов, он замолчал, зажал ей рот и расстегнул брюки.
Он сорвал с нее простые хлопковые трусики, и это было больно, но потом пришла другая, настоящая боль, когда он начал с силой толкаться в нее, подминая под себя ее хрупкое тело. Ей показалось, что внутри у нее что-то рвется, когда из его горла раздался низкий стон, и он лишил ее девственности.
Ее более опытные подружки утверждали, что чем больше это длится, тем лучше. Теперь она поняла, что ее обманули. Это длилось целую вечность. Пол толкался в нее и пыхтел, а она неподвижно лежала под ним и плакала.
Наконец, Пол издал глухое мычание и вышел из нее, навалившись всей своей тяжестью. Отдохнув минуту, он сел и начал застегивать брюки, глядя на нее из-под опухших век.
— О Боже, почему ты плачешь? — спросил он. — Терпеть не могу девчонок, которые все время плачут. Они делают это только затем, чтобы обратить на себя внимание. Только меня не проведешь. Даже не мечтай, что из-за такой глупости я буду с тобой встречаться. Шарлин, как всегда, ко мне вернется. А если нет, ты уж извини, я найду себе кого-нибудь получше.
Нашарив на полу машины джинсы, Джейми кое-как натянула их на себя и забилась в угол кадиллака. Потом она увидела на кожаном сидении кровь и устало подумала, что Диллону это не понравится.
Она посмотрела на Пола, но сквозь пелену слез увидела лишь его расплывчатый силуэт. Потом на нее напала икота, и он посмотрел на нее с отвращением.
— Прекрати! — прошипел он. — Давай обойдемся без сцен. Возьми, — он протянул ей бутылку с текилой. — Выпей и перестань реветь.
От запаха текилы ее замутило. Она слепо толкнулась в дверцу, но та не открылась. Тогда она вылезла сверху и, пошатываясь, побрела в сторону деревьев, где ее вывернуло наизнанку.
Когда все закончилось, Джейми упала на землю и зарыдала. Она понимала, что слезы уже не помогут, но ничего не могла с собой поделать. Она свернулась в клубок и плакала.
Потом она услышала голоса и чей-то пьяный смех. Она села и смахнула с лица слезы, боясь что ее хватятся и начнут искать.
Джейми знала, что эта ночь обернется для нее кошмаром. Диллон вернулся с девушкой и, скорей всего, хотел воспользоваться задним сидением своей машины.
— Эй, парень, оставь нас наедине, — сказал Диллон.
Пол что-то пробормотал в ответ, значит, он еще оставался в машине. Потом она услышала его голос.
— Уже ухожу. В следующий раз, когда попросишь меня позаботиться о девчонке, найди кого-то поопытней. С этими девственницами беды не оберешься.
— Ты о чем толкуешь? — обманчиво спокойным тоном спросил Диллон.
— Как о чем?! — вскинулся Пол. — Она все время ревела. Ты знаешь, как тяжело трахаться, когда девчонка плачет? Ну и намучался же я! Кстати, извини за заднее сидение, — смущенно добавил он. — Мог бы предупредить, что у нее это в первый раз.
На минуту воцарилась тишина.
— Киллер, ты делаешь мне больно! — вдруг взвизгнула девушка. — Отпусти, а то у меня будут синяки!
— Эй, Диллон! — донесся издалека голос Нейта.
Джейми не могла больше этого слышать. Она вскочила на ноги и побежала. Она надеялась, что выбрала правильное направление. Рано или поздно она выбежит на дорогу, а там ее кто-нибудь подберет. В течение этой ночи с ней случилось уже столько ужасного, что она перестала бояться ездить автостопом.
Шоссе было дальше, чем она рассчитывала, и Джейми показалось, что она бежит по кругу. А потом она услышала звук автомобиля и кинулась в ту сторону.
Она выбежала на дорогу в тот момент, когда мимо проезжала автомашина. Джейми оказалась в свете фар. Ей даже не пришлось голосовать, потому что автомобиль резко затормозил и она увидела Нейта за рулем.
— Садись, золотко, — сказал он как ни в чем не бывало, и это в какой-то мере ее успокоило. Если бы он начал ее жалеть, она бы разрыдалась снова.
Джейми обошла машину и села. Автомобиль был ей незнаком, и у Нейта еще не было водительских прав, но она не стала задавать вопросов, просто застегнула ремень безопасности и закрыла глаза.
Нейт ехал очень быстро. От него несло пивом, и ее снова затошнило. Она поклялась себе, что до конца жизни не возьмет в рот ни капли спиртного. И она никогда больше не будет мечтать о том, что такой плохой парень, как Диллон Гейнор, достоин любви.
Хотя порядочный с виду Пол Джеймсон оказался гораздо хуже.
Она тут же напомнила себе, что сама во всем виновата. Это она его спровоцировала. Если бы она сразу стала возражать, ничего бы не случилось. Кроме того, наверное, Диллон что-то ему сказал. Ведь он вручил ее Полу как спелое яблоко, небось еще и подначил… А потом она напилась, и все ее протесты, видимо, выглядели неубедительно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
