Он отвел глаза и отвернулся, сказав в свою защиту.
— Успокойся. Я всего лишь пытался поздороваться. Я не хотел тебя напугать.
— Напугать меня? Я не напугана. Я рассержена! Тебе никто не говорил, что это женские покои? Тебе нельзя здесь находиться! — взвизгнула эльфийка, как банши, и захлопнула дверь перед носом Флетчера. Он выругался от своей тупости.
— Ты идиот, — пробормотал он самому себе.
— Непохоже, что все прошло удачно, — сказал Рори позади него, с сочувствующим выражением на лице, когда он просунул голову через дверь общей комнаты. Флетчер чувствовал себя дураком.
— Почему ты не сказал, что это девичьи комнаты? — огрызнулся Флетчер, врываясь в главную комнату с покрасневшим лицом.
— Я не знал, честно! Хотя это приобретает смысл, сейчас, если подумать, с Женевьевой в этих комнатах и еще одной свободной…— Рори шел за ним.
— Все в порядке. Просто перед тем как учить кого-то, сам наберись ума, — сказал Флетчер и тут же об этом пожалел. Веселое выражение лица Рори поблекло, и Флетчер сделал глубокий вдох. — Извини. Ты не виноват. Не каждый день Собачий демон пытается перегрызть тебе горло. — Он выдавил улыбку и похлопал Рори по спине. — Ты что-то говорил про свободную комнату?
— Конечно! Так как ты приехал последний, все лучшие комнаты уже заняты. Я проверил, когда въехал. Она не очень клевая.
Они прошли по почти идентичному коридору, кроме лишней двери в самом конце. Ее как будто построили в самом конце, спохватившись. Она выглядела, как украшенный чулан.
Но внутри была просторнее, чем Флетчер надеялся, с удобной кроватью, большим шкафом и маленьким письменным столом. Он поморщился при виде дыры в стене; ему придется разобраться с этим позже. На краю кровати лежала сложенная форма; темно-синий двубортный жакет с подходящими брюками. Флетчер развернул ее и застонал. Она была потертая и изношенная, с медными пуговицами, болтающимися так свободно, что одна свисала на дюйм ниже того места, где ей положено быть.
— Не волнуйся. Я взгляну на нее после завтрака. Моя мама была портнихой, — произнесла Женевьева от дверного проема.
— Спасибо, — сказал Флетчер, хотя и не был уверен, что форму можно было спасти.
— Так какая она? — спросила Женевьева, ее глаза светились любопытством. — Она южанка, как я?
— Она… Я точно не уверен, — сказал Флетчер, избегая вопроса. Сейчас, когда он испортил девушке утро, он не хотел еще и сплетничать о ней. Лучше дать ей представиться остальным самой. У него все еще кружилась голова от присутствия эльфа в академии. Разве они не были врагами?
Ход его мыслей был прерван появлением беса, который вывалился из капюшона, чтобы изучить их новое жилище. Маленький демон хвостом смахнул форму на пол и довольно замурлыкал, перекатившись на спину и потершись о грубую ткань покрывала. Глаза Рори округлились при виде этого зрелища, и Флетчер про себя улыбнулся.
— Что за Собачий демон? — вслух размышлял Рори, пока они шли обратно в общую комнату. Скоро бес их нагнал, вскарабкался на плечо Флетчера и обозревал окружающую обстановку настороженным взглядом.
— Скоро узнаешь. Их нелегко описать. Если ваши Клещи — жукообразные демоны, то я бы сказал, что Собачий — это демон-собака, если это имеет смысл, — гордо ответил Флетчер, радуясь, что наконец-то знает о призывах больше, что кто-то другой.
— Наши демоны зовутся Клещами? — спросила Женевьева, протягивая руку и давая синему жуку усесться на ладони.
— Не уверен. Я слышал, что ректор использовал это слово, — ответил Флетчер, садясь за стол.
— О, ну ладно, я просто назову своего Малахи. Как малахит. Знаешь, из-за цвета, — сказал Рори, позволяя зеленому жуку ползти по руке.
— Мою зовут Азура, — объявила Женевьева, поднося демона к одному из факелов, так что Флетчер разглядел лазурную синь панциря существа. Флетчер помедлил, чувствуя неловкость, когда они оба выжидающе на него уставились.
— Как зовут твоего? — подтолкнул Рори, так как Флетчер тормозил.
— Я… У меня еще не было шанса дать ему имя, — смущенно пробормотал Флетчер. — Но я знаю, что это Саламандровый демон. Может, вы поможете мне придумать имя во время завтрака.
— Конечно! У него прекрасная окраска. Уверен, мы что-нибудь придумаем, — воскликнул Рори.
— Можем не зацикливаться на цветах? — сказал Флетчер, надеясь, что ему придет в голову что-нибудь пооригинальнее. — Он огненный демон. Может, используем это.
Когда Рори начал отвечать, в комнату вошла строго выглядевшая матрона с тяжелой корзиной постельного белья.
— Уходите! Мне нужно убраться. Можете подождать внизу с остальными вместо того, чтобы проказничать тут, — поругала она, прогоняя их вниз по лестнице.
— Нам не надо сообщить тем двум? — Женевьева посмотрела назад, когда они топали по продуваемой лестничной клетке.
— Нет, — выпалил Флетчер, надеясь избегать эльфийку по крайней мере еще несколько минут. — Экономка даст им знать, когда дойдет до их комнат.
Они пожали плечами и повели его вниз по длинному коридору, предлагая имена. Бес Флетчера с зевком отправился спать, не обращая внимания на дебаты. Флетчер начал удивляться, не позволял ли он своему демону быть ленивым, смотря, как Малахи и Азура кружили над головами своих хозяев.
Наконец, они достигли цокольного этажа, и повели Флетчера через атриум, извинившись перед Джеффри, который все еще полировал пол, по которому они шагали. Парень с печальной улыбкой закатил глаза и вернулся к работе.
Они прошли через большие двойные двери, противоположные главному входу. Потолок этой комнаты был в значительной степени ниже, но пространство все равно было огромным и эхом от стен отражало их шаги. Большие, не горящие люстры висели через равные интервалы над тремя рядами длинных каменных столов и лавок. В центре комнаты возвышалась статуя бородатого мужчины в искусных доспехах, вырезанная с ошеломляющим вниманием к деталям.
Флетчер был удивлен, обнаружив только двоих парней, сидящих здесь и с удовольствием уплетающих кашу. У одного были черные волосы и оливковая кожа; он, должно быть, был из деревни на границе Ахадской Пустыни в восточном Гоминиуме. Он был красив, с точеным подбородком и живыми глазами, окаймленными длинными ресницами.
Второй парень был круглолицый, с коротко стрижеными каштановыми волосами и красным лицом сердечком. Оба помахали ему, когда слуга вручил ему поднос с кашей, джемом и теплым хлебом. Когда он сел, они незамедлительно представились; парень покрупнее был Атласом, а второго звали Серафим.
— Вас только двое? Где второкурсники? — спросил Флетчер, озадаченный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
