думаете, что снежный голем с пагубным пристрастием к сладостям может выдвинуть против величайшего злодея, которого когда-либо знал волшебный мир? Наверное, только свою абсолютно пустую тыкву;
> я еще совсем недавно жил на грязном чердаке в почти рабских условиях, созданных моими дядей, тетей и идиотом Дубиэлем.
Возможно, я сам серьезно не поменялся за время пребывания в Ховкрафтсе, но вот злодеи в моей жизни явно стали серьезнее.
Когда мы приблизились к залу с разорителем с двумя с половиной головами, то сначала замедлили шаг, а потом и вовсе остановились, чтобы прислушаться и убедиться в том, что рядом с нами все еще никого не было. В конце концов, Снейк мог появиться когда угодно и где угодно… А если бы это оказался не он, а кто-нибудь похуже! И ПОЧТИ ТАК И ПРОИЗОШЛО!
– Вы не пройдете! – внезапно закричал из темноты самый уродливый из всех пиглинов, которых, к сожалению, допустили на факультет Нижнего мира.
– ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ, НИЛ НОСКА?
– Носке, – поправил он меня.
– Я знал, что надо было выбросить его за борт еще в самом начале, когда у нас была такая возможность! – сердито промычал Роб, приближаясь к Нилу с высоко поднятыми ветками, чтобы нанести ими хороший удар.
Однако массивные руки Нила без труда отразили удар снежного голема и оттолкнули его прочь.
– Мне надоело, что факультет Нижнего мира постоянно теряет очки из-за вас троих! – прокричал Нил. – Потому что знаете, что приходится делать остальным, чтобы не уйти в минус? Соблюдать все правила и делать уважительное лицо даже перед теми, кто этого не заслуживает! ДАЖЕ ПЕРЕД УЧИТЕЛЯМИ, КОТОРЫЕ БРЫЗЖУТ СЛЮНОЙ, КОГДА РАЗГОВАРИВАЮТ!
– Зачем ты занимаешься травологией, если в Ховкрафтсе нет экзаменов? – спросил я Нила.
– Чтобы убедиться в том, что я становлюсь лучше как волшебник. А ты как думаешь?
– Что с такими рассуждениями тебя должны были отправить на факультет Тайги… – ответил я.
Пока до Нила доходил смысл моих слов, Гармония, судя по всему, уставшая от того, что ее считают всезнайкой, которая учит все, но ничего не применяет в жизни, произнесла:
– ФИКУС ТОТАЛУС!
И Нил повалился на бок – зеленый, как настоящий фикус, с ветками и листьями, торчащими отовсюду.
Как только Нил перестал быть препятствием на нашем пути, мы аккуратно двинулись к двери зала с разорителем. И невольно дернулись от того, что увидели, ВЕДЬ ДВЕРЬ К РАЗОРИТЕЛЮ ОКАЗАЛСЬ РАСПАХНУТА НАСТЕЖЬ!
– СНЕЙК ОПЕРЕДИЛ НАС! – констатировала всезнайка.
Мы вбежали в комнату и убедились в этом собственными глазами.
Разоритель мирно храпел в углу, и ничто не могло потревожить его сон. А это значит, что кто-то нарочно усыпил его и оттащил от люка, чтобы пробраться внутрь. Но мы не могли понять, что могло заставить это чудовище спать таким крепким сном. До тех пор, пока не увидели рядом с ним ЖАБУ В ОГРОМНОЙ ШЛЯПЕ, КОТОРУЮ Я УЖЕ ТОЧНО ГДЕ-ТО ВИДЕЛ И КОТОРАЯ ОДНИМ СВОИМ ВИДОМ И ОТСУТСВИЕМ ВСЯКОГО СЛУХА НАВЕВАЛА УЖАСНЕЙШУЮ ДРЕМОТУ И СКУКУ!
– Когда Харви говорил, что разоритель чувствителен к музыке, он что, имел в виду ЭТО? – прошептал Роб.
Как бы то ни было, ЭТО сработало. И Снейк (или кто там опередил нас) пробрался в люк, оставив жабу в гигантской шляпе петь безвкусные песни о любви рядом с самой большой из двух с половиной голов разорителя.
– Спасибо за помощь, я не забуду тебя! – прошептал я жабе, пока мы тихо спускались по ужасно скользким ступенькам на еще более глубокий уровень замка.
– Осторожно, ребята… Умоляю вас, будьте осторожны… – прошептала Гармония, аккуратно спускаясь вниз и затаив дыхание. Прямо перед ней простиралась очень длинная шаткая лестница, которая устремлялась так глубоко в подземелье, что ни один из нас не видел ее конца.
– Конечно-конечно, Гармония, – автоматически ответил я.
Если честно, мои мысли были заняты другим: я так отчаянно пытался вспомнить, где видел эту жабу с ее унылым пением, что на полпути к подземелью споткнулся о собственную ногу и стремительно полетел вниз. Точнее, мы полетели, потому что, падая, я инстинктивно схватился за Роба, из-за чего тот тоже стал падать и инстинктивно схватился за Гармонию. В итоге бедняжка приняла на себя почти все шишки, так как была легче всех, и из стороны в сторону ее швыряло гораздо сильнее, чем нас.
– А-А-А-А-А-А-А-А-А! – орали мы с каждой секундой все громче.
Хотя, честно говоря, мы с Робом кричали скорее за компанию, чтобы поддержать Гармонию, потому что она явно страдала больше всех, принимая удары от нас и всех поверхностей, попадающихся на пути.
– Помогите мне остановиться, помогите остановиться! – закричала Гармония.
– ДА КАК? – спросил я.
– Используйте палочки! – приказала всезнайка.
Я уверен, что, если бы мы были чуть умнее, то прочитали бы одно или два подходящих заклинания, но Гармония, очевидно, не рассчитывала на то, что мы их знаем и тем более сможем прочитать правильно, поэтому просто попыталась воткнуть палочку в каменную стену обрыва.
И ЭТО СРАБОТАЛО! Хотя, конечно, не так, как мы думали. Я оказался единственным, у кого получилось зафиксировать палочку в форме пальца на месте, далее на моих шнурках повис Роб, а Гармония обеими руками цеплялась за его левую веточку.
– Гармония, ты сейчас сломаешь мне руку! – недовольно прокричал ей Роб.
– Но если я отпущу ее, то упаду!
– Держись, я сейчас попробую подтянуть тебя к Ларри! – пообещал Роб.
Но не прошло и двух секунд, как ГАРМОНИЯ С КРИКОМ ПОЛЕТЕЛА ВНИЗ С ПРАВОЙ ВЕТОЧКОЙ РОБА В РУКАХ! Почти в тот же момент левая веточка Роба тоже не выдержала и сломалась, а сам Роб ПОЛЕТЕЛ ВСЛЕД ЗА ВСЕЗНАЙКОЙ В ПРОПАСТЬ! Немного погодя, я тоже выдернул свою палочку в форме пальца из стены и полетел вниз. ДА, ЭТО БЫЛ ЖЕСТ ДРУЖЕСКОЙ СОЛИДАРНОСТИ!
– А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! – завопили мы в который раз.
Мы кричали дольше, чем длилось само падение, потому что вокруг было так темно, что мы не сразу поняли, что какая-то огромная скользкая лоза смягчила наше падение и спасла от смерти в подземельях Ховкрафтса.
– Как мило с твоей стороны!
– Какое чудесное растение! – воскликнул Роб, будучи не в силах подняться на ноги после пережитого.
– Строго говоря, морской огурец – это животное, – не удержалась всезнайка.
– МОРСКИЕ ОГУРЦЫ – ЭТО ЖИВОТНЫЕ? – изумленно спросил я.
– Да, Ларри, хотя перед нами не совсем типичный образец, потому что на него наложено заклинание гнева. Поэтому он такой огромный и поэтому…
Но Гармония не смогла закончить мысль, так как морской огурец уже взялся за свое и начал на наглядном примере показывать свой гнев.
– ОН ДУШИТ МЕНЯ, ПОМОГИТЕ! ЭТОТ БОЛВАН МЕНЯ ДУШИТ, ПОМОГИТЕ-Е-Е-Е-Е! – закричал Роб.
– Как я и сказала… – попыталась продолжить Гармония.
– НА ПОМО-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О-ОЩЬ!
– Роб, послушай меня: заклинание гнева заставляет морской огурец атаковать того, кто представляет собой какую-то опасность, поэтому тебе лучше перестать кричать и нервничать, и тогда он тебя отпустит, – объяснила Гармония.
– НО Я ЕДВА МОГУ ДЫШАТЬ! – продолжал шуметь Роб, пытаясь выбраться из крепких объятий морского огурца. Впрочем, тщетно.
Я закрыл глаза и попытался продолжить думать о певчей жабе, которая осталась на входе убаюкивать разорителя. И, несмотря на то что ее пение здорово действовало мне на нервы, вдруг вспомнилось, что…
– ОНА БЫЛА В ИЗВИЛИСТОМ ПЕРЕУЛКЕ! – воскликнул я, счастливо избавленный от мучительных попыток вспомнить, которые занимали мои мысли до сих пор.
В этот момент морской огурец разошелся подо мной, и я упал в один из еще более глубоких гротов подземелья.
В ЦЕЛОСТИ И СОХРАННОСТИ!
– Роб, Гармония была права! – закричал я.
Сразу после этого морской огурец освободил и Гармонию.
– Роб, расслабься и выслушай меня! – крикнула всезнайка наверх, где морской огурец все еще держал обмякшее тело снежного голема.
– Я НЕ МОГУ, Я НЕ МОГУ! ЭТОТ ДИКАРЬ МЕНЯ УДУШ… – ответил Роб, задыхаясь от страха.
– ПОДУМАЙ О СЛАДОСТЯХ, РОБ! ПОДУМАЙ О ГОРАХ СЛАДОСТЕЙ, КОТОРЫЕ МЫ СМОЖЕМ ВЗЯТЬ
