Действуя по принципу «чем больше, тем лучше», Джон Эспланд сам себя загнал в порочный круг переработок и беспокойства – чем больше он уверялся в том, что усиленные занятия позволят лучше сдать экзамен, тем больший психологический ущерб наносил себе. Джон подавил ментальное состояние «доверься себе», так необходимое в критической ситуации, и в итоге он, способный и знающий специалист, оказался за бортом.
Для культуры, восхваляющей трудолюбие, гипермотивированные двоечники – находка, поскольку поддаются «натаскиванию». Их можно бросить на любую амбразуру, они готовы безропотно таскать вам каштаны из огня. Недаром мои взгляды на «преданность делу» вызывают такое неодобрение у менеджеров и спортивных тренеров, которые видят решение всех проблем своих подопечных в самодисциплине и мотивации. Многие из них и сами по сути гипермотивированные двоечники. Упорным трудом они добились права учить других, а сами так и не сподобились на сверхдостижения. Они распекают юное дарование за расхлябанность и лень, приговаривая: «Мне бы хоть половину твоего таланта, я бы стал олимпийским чемпионом!» А может, этому юнцу и не нужно без устали трудиться, чтобы ставить рекорды. Порукой ему служат интуиция и особенный, как у всех великих спортсменов, склад ума – он-то и нашептывает, что дело вовсе не в тренировках до седьмого пота. Это тренеру кажется, что чем ответственнее соревнования, тем больше надо готовиться и что побеждает тот, кто больше всех изнурял себя тренировками. Ему невдомек, что выдающийся спортсмен, как и любой великий исполнитель, не боится препятствий и не драматизирует их, а считает вещью вполне естественной. Глядя на тех, кто корпит над сверхурочными работами (что почему-то не приносит им плодов), лучшие из лучших, налегке поспешая домой после трудового дня, про себя думают: «Слава богу, что я не такой!»
А вдруг я тоже гипермотивированный?
А вы сами случайно не относитесь к гипермотивированным двоечникам? Вот несколько критериев, которые помогут вам вывести себя на чистую воду.
• Вы так подолгу пропадаете на работе, что при виде вас ваш двухлетний малыш спрашивает вашу жену: «Мам, кто этот дядя?»
• Вы жертвуете своими мечтами, потому что нужно помочь боссу, ведь он так рассчитывает на вас. На вопрос «Будет ли этому конец?!» вы с подкупающей искренностью отвечаете: «Каждый должен нести свою ношу!»
• Сколько вы ни вкалываете, а не испытываете ни удовольствия, ни радости самореализации. Ваше объяснение сему феномену: «Что поделать, это плата за успех».
• Вы истово верите, что «терпение и труд все перетрут».
• Вы трудитесь семь дней в неделю по 24 часа в сутки, а карьера все ни с места. Единственные плоды вашего трудолюбия – разваливающийся брак и подозрительное покалывание в груди слева.
• Босс снова просит задержаться, чтобы подготовить очередную презентацию. Скрепя сердце вы соглашаетесь, утешаясь тем, что это еще одно свидетельство вашей преданности компании.
• Вы постоянно жалуетесь на несправедливость: «Эти разгильдяи не показывают носа на службу раньше девяти утра, так за что их продвигают?» Когда смотрите футбольный матч по телевизору, вы сетуете: «Почему этот форвард еле шевелится? И за что ему платят миллионы?»
• Лучше всего работа у вас спорится, когда вы тренируетесь или учите других. Но когда вам поручают ответственное задание, все валится из рук.
• Вы прекрасно справляетесь со своим делом, но только не в том случае, когда за вами наблюдает босс или кто-то, на кого вам важно произвести впечатление.
• Про себя-то вы «знаете», что способны на гораздо большее, но вам все никак не удается показать класс и утереть всем носы.
Курс лечения
Но вернемся к Джону Эспланду. В какой-то момент он все же осознал, что еще усерднее готовиться просто не может. Я поинтересовался, как он настраивается на экзамен, и Джон снова принялся твердить, что зубрит без передышки и заучивает наизусть как можно больше законов. Мой клиент элементарно не понял вопроса: я спрашивал не о том, чем он набивает голову, а о том, как он это делает. О чем Джон думал, когда вошел в экзаменационную, когда сел за стол, когда открыл брошюру с вопросами. Больше всего меня интересовало, задумывался ли он о самой процедуре экзамена. «Как это? – не понял Джон. – Экзамен – это и есть выученный материал». Пришлось объяснить, что настрой перед сдачей теста, чувства и мысли испытуемого – насколько он бодр, энергичен, уверен в своих знаниях – не менее важны. И тут Джон признался, что за весь год упорной подготовки ни на секунду не задумался, как относится к самому испытанию.
Думаю, для многих из вас давно миновала пора всяческих экзаменов. Между тем я почти уверен, что связанные с ними переживания и по сей день остаются одними из самых болезненных в вашей жизни. Может, вам даже снится в кошмарах, как вы приходите на экзамен неподготовленными, или опаздываете, или вдруг оказываетесь перед экзаменатором голым. В сущности, презентация – почти то же самое, что и экзамен: определенный объем информации, которую нужно усвоить и внятно изложить «экзаменатору», то бишь клиенту. Бывает, что в трудовой жизни такого рода «экзамены» – квартальный отчет, аттестация, обоснование бизнес-плана – имеют куда большее значение, чем какой-то школьный экзамен по биологии. Любая успешная карьера есть череда испытаний, и то, как вы их выдерживаете, во многом влияет на ваше реноме и дальнейшие перспективы.
Джону я порекомендовал в корне изменить отношение к экзамену. В ожидании следующей попытки (а до нее оставалось полгода) готовиться ему следует не еще больше, как он намеревался, а, наоборот, меньше. Для уверенности пусть просто повторит материал. Главное, чему следует уделить внимание, продолжал я, так это поучиться правильно настраиваться на экзамен. Для этого я советовал ему перестроить распорядок занятий:
1) во-первых, выработать иное отношение к самому экзамену, а именно: «Я тщательно подготовился, я все знаю и готов это доказать»;
2) во-вторых, чередовать повторение материала и практическое выполнение отдельных заданий экзамена, причем на последнее тратить времени не меньше, чем на зубрежку законодательства штата Нью-Йорк.
Лучше усваивать знания небольшими порциями, втолковывал я Джону, чем высиживать часами напролет, не поднимая головы. На эти полгода я предложил такой распорядок подготовки: с утра пару часов посидеть за книгами, потом сходить на прогулку или в тренажерный зал, потом снова за стол, но только не зубрить, а проверить себя, выполнив тренировочный тест, аналогичный одному из экзаменационных заданий. Остаток дня лучше всего провести в кругу семьи и только вечером опять потратить немного времени на подготовку – еще раз потренироваться в выполнении теста, но ни в коем случае не забивать новыми знаниями свою бедную голову.
