Кривлюсь.
И правда, редкая дрянь.
Зато через несколько больших глотков меня уже не смущает то, что мы с Малфоем до сих пор стоим плечом к плечу.
И что Малфой смотрит на меня так пристально, словно хочет прожечь дыру.
- Что? - отставляю бутылку на подоконник и пытаюсь вздернуть одну бровь, но, по-моему, у меня это не очень выходит.
- Ничего… Гарри, - вдруг выдыхает Малфой.
Все происходит в один миг - он делает шаг вперед, запускает руку мне в волосы и резко, быстро притягивает меня к себе.
Я не успеваю ни сообразить, ни среагировать на это, а когда в следующую секунду губы Малфоя накрывают мои, мир перестает существовать.
Из груди будто резко вышибает весь воздух, и я забываю, как дышать.
Нереальность, невозможность происходящего захлестывает с головой. Накрывая, словно лавиной, сметающей все на своем пути.
Это похоже на взрыв, и я - в эпицентре. По телу будто пробегает разряд, и, не думая о том, что творю, я отвечаю на поцелуй.
Все отходит на второй план. Мир теряет очертания и растворяется, остаются только мягкие губы, язык, и руки - одна на затылке, другая на талии, - властно прижимающие к себе, не оставляющие путей к отступлению.
Никогда у меня еще не было ничего подобного. С девушками - все не так. Все по-другому.
Мысли мечутся в голове, сердце начинает стучать так сильно, будто хочет выпрыгнуть из груди. Я поднимаю руки, желая только одного - сплести их на шее у Малфоя, или, еще лучше, запустить под его рубашку. Почувствовать сильное, гибкое тело, самому прижаться к нему еще сильнее, слиться в одно целое…
Но вместо этого я упираюсь ладонями ему в грудь, отталкиваю от себя, разрывая восхитительнейший из поцелуев.
- Что ты творишь, хорек! - кричу, срываясь, твердо помня даже в алкогольном бреду, что это - неправильно. Невозможно.
Кричу, и чувствую, что к низу живота уже приливает кровь, и в джинсах становится тесно.
Что еще немного - и я сорвусь, сам наброшусь на Драко, чтобы хоть еще раз, хоть на секунду почувствовать всю невероятную гамму эмоций.
Малфой встряхивает головой, как кот, попавший под брызги. Вид у него взъерошенный - волосы растрепаны, бледные губы чуть порозовели, на скулах выступил лихорадочный румянец.
И взгляд - такой ошарашенный, будто он сам не понимает, что произошло.
Я выхватываю палочку, и он тут же мгновенно вскидывает свою. Реакция у Малфоя, даже сейчас, что надо.
Он стоит передо мной - пьяный, но, тем не менее, мгновенно подобравшийся, почувствовав опасность. Пожалуй, он даже не сомневается - я сейчас обездвижу его, сотру память, или просто нападу.
Но я только качаю головой, и аппарирую. Просто, совсем не по-гриффиндорски, сбегаю.
Ноги совсем не держат, и я падаю на пушистый ковер, не дойдя двух шагов до своей кровати.
Лежу, бездумно уставившись в потолок. Кровь шумит в ушах, губы еще помнят жадный поцелуй, и, если закрыть глаза, можно представить, что одна рука снова стискивает мой затылок, а вторая бесстыдно залезает под рубашку, гладит живот, спускается ниже.
Не в силах больше терпеть, я расстегиваю джинсы, удивляясь своей эрекции - после такого количества выпивки-то…
Когда я сжимаю руку на члене, то не могу сдержать стона.
Не отдавая себе отчета, я яростно двигаю рукой, стараясь сохранить, удержать в своей памяти мимолетную, пугающую близость. Не проходит и минуты, а я уже бурно кончаю и обессиленно запрокидываю голову, хрипло дыша.
Дожил…
Стараясь ни о чем не думать, произношу, как могу, очищающее заклятье. Кажется, даже правильно.
Мысли текут вяло и лениво, словно снулые рыбины. Я отстраненно думаю о том, что надо встать, раздеться, дойти до кровати… но засыпаю, прежде чем пытаюсь подняться.
Глава 11.
- Ну же, Драко… - холодный голос, растягивающий слова, звучит так тихо, что кажется, будто это не человеческая речь, а змеиное шипение.
Фразы, произнесенные этим страшным шепотом, ввинчиваются в уши, заставляя леденеть и покрываться от ужаса липким холодным потом.
Палочка, стиснутая в сведенных судорогой пальцах, начинает дрожать.
Я не могу сделать то, чего от меня хотят. Но и не выполнить приказ невозможно.
Бледнолицый обладатель пугающего голоса знает это, и наслаждается происходящим. Он пьет мой страх, как я, бывает, смакую изысканное вино.
- Сделай это, - интонации становятся напряженными, и я, уже успевший выучить все оттенки голоса Темного Лорда, безошибочно понимаю, что он начинает злиться.
Сглатываю, с отвращением чувствуя, что по виску катится капля пота. Измученный пленник, корчащийся на полу, приподнимает веки и кривится, видя мое лицо, но красные от лопнувших сосудов глаза смотрят спокойно и открыто.
Он уже знает, что ему не уйти живым, и ждет смерти, как избавления.
Против воли вспоминаю ночь на Астрономической башне, и в ушах снова звучит слабый старческий голос: «Драко… вы же не убийца».
Стискиваю зубы. Собираюсь с силами. Я должен, иначе убьют меня…
Мерлин, если бы у меня хватило сил и мужества отказаться! Если бы я мог…
- Авада кедавра! - лорд все-таки теряет терпение, и зеленая вспышка, вылетевшая из его палочки, превращает человека в сломанную куклу, а затем Волдеморт поворачивается ко мне. - Драко… ты снова меня разочаровал.
Он не повышает голоса, но выражение горящих огнем глаз не предвещает ничего хорошего.
Лорд снова вскидывает палочку - и следующее проклятие летит уже ко мне, чтобы взорваться в моем теле ослепительной, сводящей с ума болью.
Я вырвался из сна рывком, комкая одеяло и судорожно хватая ртом воздух. Лихорадочно огляделся, и расслабил окаменевшие мышцы, только когда понял, что нахожусь в собственной спальне. В лондонском доме.
Заполошно колотилось сердце, я весь взмок и тяжело дышал, как после долгой пробежки.
Очередной кошмар.
С того момента, как я перед шестым курсом получил от лорда задание, мне столько раз снились кошмары, что пора было к ним уже и привыкнуть.
Они прекратились только в середине июля, когда я осознал, в полной мере, что Волдеморт мертв и можно немного расслабиться или, по крайней мере, вдохнуть полной грудью. Поток новых забот закружил с головой, и, казалось, вытеснил из сознания пережитое.
Но, видимо, это была всего лишь временная передышка.
Сегодняшний сон был таким реальным, что при одной только мысли о том, что стоит заснуть, и он явится снова опять, я содрогнулся.
И какого боггарта мне приснилось… это?
Засыпая, я думал о Поттере.
И о том, что произошло на кухне в доме Снейпов.
