Да, нужна была крепость у портала, но на этом всё, активного противостояния не было, а твоя возня со шпионами, да еще и побочная по сравнению с поисками дурацкой книжки, курам на смех, Конрад, иначе не скажешь. К тому же, твоё реноме.
— А с ним-то что? — мрачно буркнул я.
— То самое, — не менее мрачно среагировал минотавр, — У тебя была замечательная репутация в Управлении, тебя никто не считал вампиром в полном смысле этого слова. Но после того, как ты уничтожил Канадиум…
— Ух, ё… — понимание обрушилось мне на голову как хулиганистый кирпич с крыши.
Старина Конрад, живой, веселый и практически безвредный. Рядом с кем-то уровня Ваккуша, я — солнечный добрый одуванчик. Но стоило мне загреметь в подобную историю — всё. Злобный бездушный вампир, притворявшийся нормальным парнем. Коварный, немыслимо жестокий, хладнокровный массовый убийца, показавший своё истинное лицо.
— И тебе было выгодно поддержать эту легенду, — наконец, догадался я.
— Выгодно, — невозмутимо пожал плечами минотавр, — Как и тебе. Но в итоге меня тоже убрали. Провели это всё как запланированную злонамеренную диверсию, противоречащую директивам Центра. Так что рассчитывай на хорошее отношение только со стороны своих постоянных друзей. Ульяна, Джоггер, Глазов, сам знаешь. Для остальных ты монстр.
— У тебя была готова Старри, Оргар, даже не отрицай, — вздохнул я, — Ты получаешь пенсию, на которую можно прожить, ни в чем себе не отказывая, где угодно, а я? Что получаю я?
Мне был дарован долгий пристальный взгляд.
— То, что хотел всегда, Арвистер, — наконец, родил бывший директор Управления, — Ты теперь свободен.
— Прежде, чем я начну ликовать и полезу к тебе целоваться, можно подробности? — что-то глаз начал дергаться…
— Всё просто, Конрад, ты и Алиса теперь… парии, если так можно выразиться. Вампиры очень сильно мне «благодарны» за подобное пятно на своей репутации, так что уверяю, тебя у Черного Трона ждут только на представлении своего «птенца». В остальном, вы оба невидимы, не слышимы и никак не соотноситесь ни с Управлением, ни с Магнум Мундусом, — тяжело и увесисто ронял слова Оргар Волл-третий, — Ваши статусы теперь только на бумаге, пока речь не зайдет о юриспруденции. Проще говоря, вас не видят, не слышат и не знают.
— Не платят зарплату, лишили льгот, прекра… стоп! — похолодел я, — Кровь?!!
— Крови больше не будет, — отрезал минотавр, — Сами, давайте, разбирайтесь.
— Да ты издеваешься… — выдохнул я, — Хочешь сказать, что я внезапно лишился всех своих привилегий, допусков и льгот, которыми мог пользоваться еще, как минимум, двадцать лет, пока живу в Омниполисе и ращу Алису?!! Даже крови⁈
Морда моего бывшего начальника приобрела виноватое выражение.
Глава 8
Сладкий воздух свободы
Стать первым во всех мирах свободным вампиром… нельзя сказать, что я об этом мечтал. Никак нельзя. Хотя бы по той причине, что давным-давно неплохо устроился, а в последнее время шикарно даже устроился. Свобода, господа, понятие относительное, не бывает истинно свободных. Смерть, налоги, желание иметь более мощный компьютер, семья, друзья, знакомые, обязательства и долги — вас ограничивает всегда и всё. Меня, как Блюстителя, ограничивало куда меньше, чем среднего жителя Омниполиса.
А теперь…
Теперь всё куда сложнее.
— Нет, ученик, ничем тебе помочь не могу. В алхимии не используется кровь обычных разумных, разве что изредка и по паре капель.
Первый блин комом!
— Конрад, уходи.
Ладно, на ангела надежд почти не было, но он же рядом!
— Не-не-не, с этим мы связываться точно не будем! Ты что⁈ Нас не поймут, вообще не поймут! Никто не поймет!
Политу со Стенькой вычеркиваю. Какая жаль, я так надеялся.
— Нет, чувак. По случаю — ваще без проблем, тебя выручим или себя выручим, прямо по-братски, но на постоянку? Не, мы не дойные куры.
Ребята из «Всех святых» тоже отказались, оставляя меня чуть ли не в отчаянии. Дома литра два крови, это нам на пару недель, и то, если спокойно жить, а не как обычно. Надвигается задница, большая и неприятная.
Смех в том, что у вампира просто не существует легальных способов раздобыть кровь, если он не работает на Управление, а я, как бы, теперь не работаю, так что даже смотаться в какой-нибудь мир, и набрать там запас на полгодика-годик — уже преступление и как бы не из тягчайших. Зарядка Камня-Кровавика из той же оперы, даже хуже. С ней-то я вопрос могу решить, так как являюсь счастливым знакомым вечно голодного волчера, который обоссытся от счастья, если узнает, что сможет нахаляву жрать и валяться на диване, заряжая мой Камень… но проблемы это не убирает. Наоборот, добавляет!
Ладно, сытый волк дешевле денег, лучшего варианта не придумаю, он гениален, но вот кровь…
Так ничего с разбегу не придумав, я достал из кармана некую штуку, на которую принялся пристально смотреть. Дело было к вечеру, завтра должна была прийти Петра Кестер с документами, так что я грустно пил ликер с кофе в «Отвернувшемся слоне» и смотрел на штуку. Прекрасно мне знакомую, но совершенно пока еще чуждую эту миру. Пройдет время, и она покорит его, поработит и изменит… но пока, вот такие вот небольшие вещицы в корпусе стоимостью с хорошую грузовую машину, будут привилегией очень узкого круга избранных в Омниполисе. Подарок Оргара Волла-третьего, мне и Алисе.
Хотелось бы сказать, что прощальный, но триста лет в строю — это триста лет в строю. Если мой рогатый шеф и ушел на покой, то лишь потому, что такое развитие событий было им предусмотрено заранее, шансы, что он будет просто отдыхать — равны нулю. А значит, выданная мне штука рано или поздно оживёт.
— Конрад? — ко мне за стол плюхнулась упругим задом Палея, одна из официанток Валеры, — Чего это у тебя такое? Граната?
— Сама ты граната… секс-граната, — поправился я, — Это телефон.
— Чёёё? — не поверила мне юная
