Не каркай, Генри, — буркнул я. — Меньше всего мне хочется встретить здесь мумию.
Мы продвигались вперед медленно, но уже увереннее. Шаги гулко отдавались в тишине коридора. Стив по-прежнему шел первым, внимательно осматривая пол и стены на предмет ловушек — нажимных плит, растяжек, чего угодно. Я шел за ним, Морган замыкал.
Пройдя метров пятьдесят по этому прямому, освещенному участку, мы вышли к пустоте. Коридор обрывался. Перед нами разверзлась широкая пропасть. Насколько она была глубока, сказать было невозможно — свет не достигал дна, теряясь в чернильной тьме. Шириной же она была метров пять-шесть, не меньше. Преодолеть ее прыжком было нереально.
— Вот тебе и гробница, — хмыкнул Морган, осторожно заглядывая вниз. — Похоже, Дрейк решил отсеять тех, кто боится высоты. Или не умеет летать.
Перебраться на другую сторону, где виднелось продолжение коридора, можно было только одним способом. Из стены под нашими ногами и из противоположной стены торчали каменные выступы — небольшие плиты или бруски, расположенные на разной высоте и на разном расстоянии друг от друга. Они образовывали некое подобие моста, но крайне ненадежного и прерывистого. Некоторые выступы казались большими и прочными, другие — маленькими и хлипкими. Шагнуть не туда — и полетишь в бездну.
— Мост… — пробормотал Стив, мрачно оценивая конструкцию. — Рискованно. Камни могут быть старыми, расшатанными.
— А у нас есть выбор? — спросил Морган. Он уже прикидывал, как лучше перебраться, возможно, используя веревку.
— Погоди, Генри, — остановил я его. — Смотри.
На стене, рядом с началом этого «моста», была вырезана надпись. Небольшая, всего несколько слов:
'Золото манит, но сталь верней.
Лишь шаг за шагом, не веря ей'.
— Загадка, — констатировал Морган. — Опять загадка. Дрейк без них шагу ступить не мог. Что это значит? «Золото манит»… Самые большие, самые надежные на вид выступы — это ловушка? Подпилены, или просто не выдержат вес?
— Возможно, — кивнул я. — «Но сталь верней». Сталь… Что он имел в виду? Оружие? Или что-то еще?
— «Лишь шаг за шагом, не веря ей», — задумчиво повторил Стив. — Ей — это кому? Удаче? Или видимости? Не верить тому, что кажется очевидным?
Я внимательно всматривался в каменные выступы, торчащие над пропастью. Большие, широкие плиты действительно выглядели заманчиво — на них удобно ставить ногу, они казались прочными. Маленькие же бруски, расположенные иногда в неудобных местах, доверия не внушали. Но слова Дрейка… «Золото манит»… «Не веря ей»…
А что насчет «стали»? Я пригляделся к маленьким, невзрачным выступам. И заметил кое-что интересное. У основания некоторых из них, там, где они входили в стену, виднелись темные полоски или пятна, отличающиеся от цвета камня. Присмотревшись еще внимательнее, я понял — это металл! Возможно, железные скобы или штыри, которыми эти небольшие выступы были дополнительно укреплены, вбиты в стену. Они были почти незаметны, покрыты пылью и патиной времени, но они были там.
— Сталь! — воскликнул я, указывая на один из таких маленьких выступов с металлическим креплением. — Вот что он имел в виду! Не сами выступы, а то, как они закреплены! Большие камни могут быть ловушкой, просто вставленными в стену без раствора. А эти, маленькие, но укрепленные сталью — вот путь! «Сталь верней»!
Логика казалась железной. Дрейк снова играл на психологии, на очевидности. Большинство выберет то, что кажется надежным. Но истинный путь — там, где есть скрытое подтверждение прочности.
— Рискнем? — посмотрел я на своих спутников.
Морган пожал плечами.
— Твоя логика звучит убедительно, капитан. И выбора у нас все равно нет. Кто первый?
— Я пойду, — решил я. — Если я ошибаюсь… что ж, значит, не надо было воскресать. Стив, Генри, смотрите внимательно, на какие камни я ступаю. Идите точно за мной.
Я глубоко вздохнул, собираясь с духом. Подошел к краю пропасти. Первый укрепленный «сталью» выступ был чуть ниже и правее. Не самый удобный шаг, но вполне достижимый. Я осторожно поставил на него ногу, перенес вес тела. Камень под ногой даже не шелохнулся. Крепкий.
Следующий укрепленный выступ был чуть дальше и выше. Пришлось подтянуться, балансируя над темной бездной. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели. Один неверный шаг — и все. Но я сосредоточился на цели, на следующем камне со следами металла у основания.
Шаг. Еще шаг.
Приходилось тщательно проверять каждый выступ, прежде чем полностью перенести на него вес. Некоторые из них слегка покачивались, заставляя замирать на месте. Большие, заманчивые плиты я обходил стороной, даже если они были расположены удобнее.
«Золото манит…»
Морган и Стив шли за мной след в след. Тишину нарушало только наше тяжелое дыхание да изредка срывающиеся вниз мелкие камешки, звук падения которых терялся в глубине пропасти.
Это была самая долгая переправа в моей жизни. Пять или шесть метров над бездной казались вечностью. Но вот, наконец, и противоположный край. Последний шаг на твердую поверхность коридора. Я сделал его и обернулся. Морган был уже рядом, его лицо было напряженным, но в глазах плясали азартные огоньки. Стив, как всегда невозмутимый, ступил на твердый пол последним.
— Фу-у-ух, — выдохнул Морган, проводя рукой по лбу. — И не лень ему было все это сооружать. Вот проблем Дрейк нам подкинул, ничего не скажешь. Что дальше, капитан? Надеюсь, танцы не предусмотрены?
Я усмехнулся.
— С Дрейком можно ожидать чего угодно, Генри. Пошли, посмотрим.
Мы двинулись дальше по коридору, который здесь снова становился прямым и ровным. Напряжение после переправы через пропасть понемногу спадало, уступая место растущему нетерпению.
Коридор оказался недлинным, метров через двадцать он расширился и вывел нас в небольшое круглое помещение.
Зал был странным. Небольшой, метров десять в диаметре, с гладким каменным полом и куполообразным потолком. Но самое необычное — это стены. Они были облицованы какими-то плитами, отполированными до зеркального блеска. Весь зал отражался в этих стенах множество раз, но отражения были искаженными, вытянутыми или сплюснутыми, они плыли и кривились, создавая головокружительный, дезориентирующий эффект. Тусклый свет, попадая в зал, многократно преломлялся и отражался, наполняя пространство неясным, мерцающим сиянием и глубокими тенями.
В самом центре этого зала отражений, на невысоком каменном постаменте, стоял небольшой ларец. Тоже каменный, темный, без каких-либо украшений или замков. Просто гладкий прямоугольный ящик.
— Вот оно! — вырвалось у Моргана. Забыв об осторожности, он с горящими глазами шагнул к центру зала, к манящему ларцу. — Наконец-то! Что там, как думаешь, капитан? Золото?
