не так. Оставшаяся в одиночестве Бестия не только почти не пострадала от падения, но и чрезвычайно быстро вернулась в сражение. На высокой скорости, прикрывшись Щитами и пластуя перед собой воздух, она вихрем налетела на Айрунга, и тот был вынужден уйти в глухую оборону. Олег только и мог разглядеть, что мелькание своего посоха, используемого сейчас вместо боевого шеста, и всполохи самых примитивных чар из арсеналов адептов Воздуха.
— А где маг⁈ — вдруг вспомнил Олег и завертел головой в поисках недобитого чародея.
Пальцы же словно сами собой принялись сплетать потоки в заготовку под заклинание. Медитация не прошла впустую, и он ощутил в себе достаточно сил, чтобы принять в битве несколько более деятельное участие. Например, разобраться с куда-то запропастившимся вражеским колдуном.
Противник обнаружился совсем не там, где Олег ожидал его увидеть. Пылевое Облако заставило чародея покинуть подготовленную позицию, и теперь он стоял в тени скал в нескольких саженях от укрытия Чимира. И со зверским выражением лица примеривался для удара Голубой Жемчужиной.
Холодея от мысли, что мог прозевать удар столь мощным заклинанием, Олег пробкой из бутылки выпрыгнул из своего убежища и покатился по пыли. Тут же грохнуло, и над головой полетела шрапнель перемолотого в мелкий щебень камня. Ни Щит, ни сотворённые магией стены не смогли устоять перед чужим колдовством. Мархуз знает, какой ранг был у этого адепта Воды, но, по крайней мере, плетением Жемчужины он владел мастерски.
Вот только для победы над Олегом этого было недостаточно. Чимир на одних инстинктах открылся Земле и так усердно познаваемому Огню, соединил обе Стихии в одном потоке, влил его в заготовленную структуру и… не поднимаясь с колен, плюнул в сторону врага. Комок слюны стал материальной компонентой чар, уже в воздухе трансформировавшимся в нечто гораздо более смертоносное и могучее. В Плевок Вулкана. Небольшой пульсар, по сути сгусток магмы, смёл только формирующееся вражеское защитное заклинание, пробил поле амулета и накрыл фигуру врага жарким как сам тасс пламенем колдовского огня.
— Передавай поклон Кали, гадёныш! — прорычал Олег и медленно поднялся.
Противник ещё шевелился, но он уже выкинул его из головы и теперь обеспокоенно искал взглядом Айрунга. Всё-таки его противником была Бестия, а тех не зря считали убийцами магов. Голем вполне мог выкинуть какой-нибудь смертоносный сюрприз…
Но нервничал Чимир зря — как раз в этот момент Айрунг добивал механического воина в рукопашной схватке. Чары Разгона, помноженные на мощь посоха, уравнивали возможности противников, а опыт реальных схваток и отточенный ум Истинного мага были слишком серьёзным преимуществом. На глазах у Олега друг сначала с помощью артефакта обрушил на спину голема кучу камней, а когда тот потерял равновесие, в длинном выпаде воткнул пяту колдовского оружия в ту часть корпуса, где располагался магический движитель. Удар сопровождался концентрированным выбросом энергии Земли, после которого раздался скрежет выворачиваемой наизнанку брони, полетел ворох искр из раненого механического сердца, и… Бестия мёртвым грузом повалилась на бок.
Олег уже собирался поздравить друга и бывшего Наставника с победой, но тут у того в руках со звоном лопнул не выдержавший нагрузок посох, и он произнёс совсем другие слова.
— Да чтоб ты сдох, Айрунг!! Чтоб Тёмный Оррис тебя Кали подарил!!! Ты чего наделал⁈ Ты знаешь, сколько он стоил⁈ — заорал Чимир.
Злость от потери подарка льера Бримса заставила забыть об усталости, боли и слабости. Хотелось только ругаться и богохульствовать. Проклятье, с его жалованием, тратами на учёбу и семью, он сможет купить что-то похожее хорошо, если через пару лет. Пару лет!
Его напор был столь силён, что Айрунг даже растерялся. Как-то обескуражено повертел в руках обломок посоха, зачем-то осторожно пристроил его на ближайший камень и… ответил приятелю непристойным жестом тарков. И на этом конфликт был исчерпан. Олег свою жизнь и жизнь немногочисленных близких ценил гораздо выше любого оружия, и все его крики были не более чем отходняком после пережитых эмоций. Каждый ведь переживает по-своему. Он вот орал и матерился, Айрунг же хоть и молчал, но его заметно потрясывало. Да и немудрено, сегодня они прошли по грани. Капелька удачи, и у убийцы вполне могло получиться задуманное. Во всяком случае, будь Чимир один, то сейчас его душа уже летела бы на встречу с предками.
— Кто ж тебя так не любит из наших? — спросил Айрунг, спустя некоторое время.
В компании с Олегом они пытались разобраться с личностью нападавшего, изучили ещё дымящиеся останки вражеского чародея и покопались внутри превратившихся в металлолом големов, но внятного ответа так и не нашли. Механические воины вроде бы нолдского производства, но командовавший ими человек — хотя бы это они выяснили совершенно точно — к числу граждан островной республики не принадлежал. Во всяком случае им не приходилось слышать о членстве в Ложе магов темнокожих женщин — какоказалось Олег в горячке боя ошибся с полом противника.
— Или не из наших… — пробормотал Олег, чем вызвал у друга тихий смешок.
— Ну здесь-то, по крайней мере, понятно, — сказал Айрунг с намёком.
Чимир помянул мархуза. Да, список его прегрешений перед Длинноухими велик. И они вполне могли попытаться устроить на него покушение при первом удобном случае. Узнали про его отлучки на остров и послали наёмницу хотя бы из того же Братства Отрекшихся или из числа своих людских выкормышей. Их, Тьму им в душу, не жалко… Но големы, долбанные нолдские големы!
— Ладно, чего мозги крутить, двигаем к пузырю. Хотя что-то мне подсказывает, если его команда не прибежала на устроенный нами фейерверк, с ними явно не всё в порядке, — сказал Айрунг решительно, похлопав Олега по плечу. Немного помедлил и добавил: — И давай смотреть в оба. В нашем нынешнем состоянии ещё одну неожиданную атаку мы можем не пережить.
Олег понятливо кивнул. Что бы там ни говорил Айрунг, но новое нападение не переживёт именно адепт Земли. Участие в бою отложило восстановление его способностей почти на седмицу, и до этого дня следовало забыть о Даре. Если он, конечно, не хочет стать инвалидом с перекорёженной энергетикой или вовсе сгинуть от ярости неподконтрольной Стихии…
Однако, как вскоре выяснилось, опасались они зря — обошлось без новых драк. Хотя бы просто потому, что оба Истинных мага были единственными разумными на всём острове, кто мог самостоятельно передвигаться. Едва оказавшись в лагере, они обнаружили удручающую картину: «Ленивый бочонок» догорал у подножия скал, тело его капитана с дырой в груди валялось между
