того реже заглядывали гости с Нолда, занятые обслуживанием самого крупного в этой части света артефакта, следящего за применением запретной магии.
Не то, чтобы последнее обстоятельство гномов сильно радовало, но и возражать самому могучему государству Торна они не могли. Слабый не спорит с сильным, слабый соглашается и терпеливо ждёт своего часа. И угрюмые бородачи дождались. Однажды, мархузовы Истинные оступились на кривой дорожке Большой игры, и звезда их влияния стремительно покатилась под откос. Для подгорных жителей наступило время расправить плечи и немного показать зубы. В качестве же первого шага было решено избавиться от недреманного ока нолдских надзирателей.
Вообще следящий артефакт внешне представлял собой каменную пирамиду в четыре сажени высотой, облицованную пластинами из обсидиана. Какие энергетические структуры и плетения вложены внутрь, никто кроме Истинных не знал. Впрочем, чтобы разломать устройство, много ума не требовалось. Команда из двух десятков гномов с зачарованными на крепость молотами, разнесла бы мархузову постройку вдребезги, никакие защитные заклинания бы не помогли. Но задуманная акция носила демонстративный и статусный характер, а потому простые решения здесь не подходили. Требовалось нечто знаковое и громкое. Как, например, испытание возможностей нового гномьего оружия — сухопутного бронехода.
По случаю двух столь знаменательных событий на перевал прибыла весьма представительная комиссия из лучших инженеров, кузнецов, механиков, алхимиков и руноплётов. Присутствовал даже один из старейшин — достопочтенный Зигмунд Хитромудрый. Все были возбуждены и взволнованы, предвкушая грядущее действо. И лишь один гном из этой разношерстой толпы не мог позволить себе просто наслаждаться зрелищем. Именно он стоял у истоков всего происходящего, и любая неудача грозила немалым уроном его авторитету.
— Нервничаешь, Сухарт? — Зигмунд покосился на замершего истуканом сородича и панибратски хлопнул его по плечу. — Расслабься, ты ошибки если и допускаешь, то незначительные. И всегда идущие на пользу клану. Клянусь Отцом гор!
Сухарт криво ухмыльнулся.
— И поэтому мне всегда поручают дела, где шансы на удачу редко превышают риск провала, — проговорил он подчёркнуто нейтральным тоном. — Знаете ли, сомнительное удовольствие быть этаким специалистом по чрезвычайным ситуациям!
— Не просто специалистом, Сухарт, не просто. Почти министром! — Старейшина, чтобы подчеркнуть значимость сказанного, даже поднял указательный палец. А потом добавил гораздо тише: — И то ли ещё будет…
Последние слова Сухарт предпочёл не заметить, целиком сосредоточившись на медленно приближающемся рокоте от работающих движителей. Бронеходы были уже на подходе.
Первоначальная модель сухопутного броненосца выглядела как вооружённая метателями и обшитая металлом самобеглая повозка, но на деле всё оказалось гораздо сложнее. Магические движители выдавали недостаточно мощности, все механизмы нуждались в тотальной переделке, да и вообще, колёсная боевая машина плохо подходила к использованию в горах. И тогда, под ответственность Сухарта, из архивов извлекли чертежи шестиногих големов. Многорукие тела заменили башнями с максимально облегчёнными пушками, переделали управляющие блоки и добавили два дополнительных движителя. В итоге получилось нечто вроде гигантского уродливого паука, совершенно не приспособленного для транспортировки экипажа, но вполне подходящего на роль самоходного орудия. Инженеры обещали и транспортный вариант, но дальше обещаний дело пока не пошло.
Тем временем оба построенных бронехода показались из-за скального выступа и, медленно переставляя лапы — благодаря особым чарам механические конечности, когда требовалось, буквально прилипали к камню — направились к заранее отмеченным точкам. Весь подъём от подножия гор до перевала занял у машин почти сутки, и Сухарт считал это неплохим результатом. Там, где они прошли, ведь даже козьих троп нет: одни отвесные сказы, да непроходимые ущелья! Быстрее только на пузыре.
— О, ползут… — объявил вдруг старейшина и почти сразу добавил: — Ну и страшные штуковины, тебе скажу!
— От них требуется не красота, — глухо ответил Сухарт, за что заработал ещё один покровительственное похлопывание Зигмунда.
Сухарта внутри передёрнуло, но внешне не дрогнул ни один мускул. На кону стояла его карьера, и портить отношения с влиятельным старейшиной было неразумно. Во всяком случае пока!
Среди зрителей началось оживление. До обещанного действа осталось всего ничего, и гномы торопились спрятаться в заранее подготовленных укрытиях. Потому как испытания тем и отличаются от рядовой проверки, что в любой момент могут преподнести опасный сюрприз, вроде взрыва или отлетевшего не туда осколка.
На своём месте остались лишь Сухарт со старейшиной — их защищали чары лучших руноплётов клана. Зигмунд видимо собрался это как-то прокомментировать, но тут один из бронеходов вдруг со скрежетом остановился и без паузы выстрелил из пушки. Несмотря на шумоподавляющие плетения, которыми был увит ствол орудия, грохот был страшный. Но даже он мерк на фоне взрыва начинённой алхимической смесью бомбы, с первого раза попавшей аккурат в основание пирамиды. Эхо заметалось между скал, и Сухарт даже забеспокоился об угрозе обвала. Но обошлось.
Артефакт Нолда заволокло дымом и пылью, поэтому оценить последствия выстрела не получилось. Когда же второй бронеход влепил снаряд точно в центр завесы, то о судьбе следящего устройства и вовсе оставалось лишь догадываться.
— Сколько у них зарядов? — заорал Зигмунд, прижав ладони к ушам.
Чувствовалось, что старейшина давненько не покидал уютной тиши подземных чертогов и к столкновению с реальным миром оказался не готов. Вон как надсаживается!
— По восемь у каждого. И перезарядка займёт не меньше десяти минут, — гораздо спокойнее ответил Сухарт и кивнул в сторону пирамиды: — Только они не понадобятся…
Поднятые взрывами мелкий щебень и пыль быстро оседали, и уже можно было увидеть приличных размеров воронку на месте каменного артефакта. Если же воспользоваться моноклем с простейшим Кристаллом Чистоты, то картина дополнится зрелищем распадающегося на части многосоставного заклинания.
— И это облегчённые пушки⁈ — воскликнул Зигмунд, вдоволь полюбовавшись обломками. — Какие же тогда их корабельные аналоги?
Сухарт в очередной раз промолчал. Несмотря на то, что труд гномьих корабелов потеряли именно некроманты, нашлись долбанутые Молотом Отца идиоты, которые решили обвинить во всём куратора верфей. Из простого желания осадить слишком высоко взлетевшего наглеца. Разумеется, реальных обвинений Сухарту не предъявили, но неприятный осадок от этой истории остался. И любые намёки на неё вызывали у гнома раздражение.
— Ты уже знаешь, что Совет старейшин решил принять предложение Светлых эльфов о военном союзе? — неожиданно спросил Зигмунд почти нормальным голосом.
Сухарт вздрогнул.
— То есть как уже решил⁈ Я же лично докладывал о нежелательности любых союзов с Длинноухими! — медленно роняя слова, проговорил он. — Умирать за Перворождённых других дураков не нашлось, что ли? Или пример Нолда ничему никого не научил⁈
— Ты не всё знаешь, — сказал старейшина,
