Катюшка тараторила с самого утра, и один раз Полине даже пришлось выставить ее за дверь, чтобы не мешала, но мера оказалась временной – ловкой мышкой сестра вновь пробралась в комнату и продолжила задавать вопросы, совершенно не требуя ответов. Оля тоже иногда заглядывала, но ее визиты были прохладны и молчаливы. Наверное, своими мыслями, суть которых не являлась тайной, она не хотела портить праздничный настрой, а настрой у невесты, несмотря на театральность свадьбы, был именно праздничным.
Андрей, как и обещал, договорился с одним из загсов, и ждать пришлось чуть больше недели. Полина не стала спрашивать, как ему это удалось, – мысли кружили вокруг других проблем. Платье, платье, платье! Вот что занимало ее в эти дни. Еще ресторан, меню, музыка… Она с легкостью абстрагировалась от оставшихся сомнений и нарочно развила бурную деятельность, которая, по ее мнению, не могла не задеть папочку. И вообще, если уж она выходит замуж, то не мешайте и не приставайте с глупостями. Ее жизнь и ее выбор.
Свадьба будет скромной, но со вкусом. Минимум мишуры и максимум стиля. Столь значительное событие непременно должно доставить удовольствие… угу… значительное… ха!
– А ты вещи уже собрала? А вы сегодня их заберете? А Андрей видел твое платье?
Нет, он не видел. Зачем? Будто его мнение кого-то интересует! Полина на миг задумалась и про себя признала, что ей бы хотелось шокировать его своим бесподобным видом. Впрочем, она его и шокирует, куда ж он денется!
– Наверное, вам подарят кучу здоровских вещей.
– Кто подарит-то? – улыбнулась Полина. – Гостей будет мало.
Да, пролетели денечки, пролетели… Через несколько часов она станет женой Андрея Стрельцова.
Какие чувства терзают душу?
Волнуется ли она, как и положено каждой порядочной невесте?
Готова ли принести клятву, что будет уважать и любить мужа и в горе, и в радости?
Да она сейчас вообще готова пообещать что угодно! Чего уж теперь скромничать и теряться? А душа… Душа в порядке! Полина победно улыбнулась и взяла вешалку с прямым приталенным белоснежным платьем. Возможно, она совершает ошибку, а возможно, и нет, но – не решившись, не узнаешь. А потом, она ничего не теряет, к тому же ей достался весьма харизматичный жених и ей действительно интересно, каково это жить в фиктивном браке… с ним.
Дверь еле слышно скрипнула, и появилась Оля.
– Приехали девочки из салона, пора уже одеваться и готовиться…
– Ага! – Катя сорвалась с места и вылетела из комнаты. У нее тоже приготовлено сногсшибательное платье, и ей нужны макияж и укладка.
– Еще есть время передумать, – на всякий случай «в самый последний раз» сказала Оля. – Мы тебя поддержим, а с папой я поговорю сама.
– Ты ничего не понимаешь, – улыбнулась Полина. – Зови девчонок!
* * *
Они договорились встретиться около загса. Андрей прохаживался перед высокими ступеньками, изредка поглядывая на часы. День стоял яркий, солнечный, уже чувствовалось скорое приближение весны и тепла. На сухом асфальте, рядом с пустой бетонной клумбой, напоминающей древнюю вазу, кто-то нарисовал розовым мелом две слипшиеся ромашки и неровное солнце с тонкими руками-лучиками и улыбкой. Милая картинка – простая, искренняя, добрая. Может, и настроение оттого было прекрасным, а сердце бодро отстукивало веселый ритм.
– Все же надо было купить букет, – сказал Андрей, глядя на Макса. Тот развалился на скамейке и взирал на друга с любопытством и беспокойством.
– Она же тебе сказала, что закажет сама.
– Жених должен дарить цветы невесте. Это правильно.
– Не верю, не верю, – замотал головой Макс, запахивая полы куртки, – ты женишься… Женишься!
– Сколько можно, – равнодушно отмахнулся Андрей и посмотрел на дорогу. – Опаздывает, но звонить я не буду…
– Правильно, обойдется. Не явится, и ладно, поедем в «Гангстер» пить пиво. Светка про тебя вчера спрашивала… эх, каких людей теряет страна! – Макс почесал затылок и не то застонал, не то вздохнул.
– Если она не явится, то ее папочка затянет на моей шее удавку.
– Не факт, кто его знает, вдруг он тебя пугает?
– Вот когда ты попадешь в такую ситуацию, тогда и будешь гадать, пугают тебя или нет. А вообще, женитьба – это ерунда. Как оказалось.
– Кого ты обманываешь? – усмехнулся Макс. – За тобой теперь денно и нощно будет следить частный детектив. Да для тебя свадебная церемония приравнивается к обету воздержания! Не-е-е, я бы не смог… кругом такие девчонки! Через месяц – жара, это ж голые животы, брючки на бедрышках, – он встал и, резко проведя ладонью чуть выше ширинки, наглядно продемонстрировал, где нужно искать эти самые сексапильные животики и возбудительные бедрышки, – грудь, попки, готовность в каждом взгляде, призыв в каждом движении… – Макс, усиленно виляя тяжелой нижней частью тела, копируя манекенщицу, которая, видимо, перебрала шампанского, прошелся до противоположной скамьи. – И такие, и сякие… дыхание частое, мысли горячие…
– Эй! – окликнул Андрей, еле сдерживая рвущийся на свободу смех. – Что-то рано у тебя весеннее обострение началось, иди лучше к моим родителям, они там, наверное, уже по потолку бегают…
– Не, – Макс выпрямился и с опаской посмотрел на двери загса, – к твоим предкам не пойду. Я твою маман вообще боюсь, она уже раз пять просила меня разрушить твой брак. Я ей пообещал, конечно, чего не сделаешь ради успокоения Амалии Сергеевны, но лучше я здесь постою. Тебе, в конце концов, тоже нужна психологическая поддержка, и, кроме меня, никто…
– Едут, – перебил Андрей, глядя на приближающуюся черную «Тойоту».
Значит, Петр Петрович за рулем, лично везет старшую дочь к порогу новой жизни. «Е-мое, – пронеслось в голове, – мы действительно женимся…»
Стрельцов секунду помедлил и быстрым, широким шагом направился к машине. «Надо, надо было купить букет!»
Дверца открылась, и первым появился Шурыгин, кивнув Андрею, он поправил темно-серый галстук и замер. Выражение лица спокойное, взгляд цепкий и будто говорит: «Ну, молодой человек, принимайте свою невесту». А невеста, не дожидаясь со стороны жениха приступа обостренной галантности, сама выпорхнула из «Тойоты» и, вздернув подбородок, с вызовом спросила:
– Готов?
На ее плечах белый норковый полушубок, доходящий лишь до талии, на шее – тонкая нитка мелких сверкающих камушков (то голубой перелив, то белый, то кремовый), глубокий вырез платья смягчает атласная лента, на юбке по косой – складка, украшенная тонким кружевом. Ткань четко облегает стройное тело и струится вниз до кончиков туфель, подчеркивая сексуальность и женственность.
Полина. Его невеста.
Он заглянул в ее глаза, наткнулся на ожидаемую усмешку и улыбнулся. Добро пожаловать в загс, дорогая!
