– А свадьба когда будет? – холодно поинтересовался Петр Петрович.
– На следующей неделе, – ответил Андрей и посмотрел на хмурого Шурыгина. Сами же просили ухаживать получше, вот он и постарался – невеста аж вприпрыжку бежит к алтарю. Претензии есть? Претензий нет.
– А к чему такая спешка? – едко спросила Оля. – Не лучше ли подождать? Вы же знакомы всего несколько дней.
– Не важно, сколько дней мы знакомы, – серьезно возразил Андрей, – и через неделю, и через месяц, и через год мы будем хотеть только одного…
– Чего? – не выдержала Катя.
– Нам важно быть вместе и поддерживать друг друга и в горе, и в радости.
На этот раз Оля вздохнула с облегчением, она уж испугалась, что Андрей начнет рассказывать о страсти и прочей эротике, а чего еще ждать от Полининого жениха?
– Значит, встретились и полюбили… – мрачно вмешался в разговор Петр Петрович. – Дело хорошее… – Он посмотрел сначала на Андрея, затем перевел взгляд на Полину. Она напряглась, ожидая финальных слов, которые положат конец представлению: «Ладно, детишки, я погорячился, вы погорячились, ну и давайте закончим спектакль», – но прозвучали совсем другие слова: – Я рад, что между вами вспыхнули столь сильные чувства, не каждый день встречается такая любовь… Будьте счастливы, а расходы по свадьбе я, конечно же, беру на себя.
Он потянулся к бутылке шампанского и улыбнулся – женитесь на здоровье.
Через час, очаровав Катю, нахвалив плов Ольги, обменявшись с Шурыгиным как минимум пятьюдесятью взглядами (острыми, как бритва), Андрей решил, что пора уже и раскланяться. Он жив, невеста по-прежнему красива и по-прежнему согласна, чего еще желать?
– Я провожу тебя, – поднимаясь вместе с ним из-за стола, пропела Полина и добавила: – Дорогой мой.
– До свидания, – сказала Ольга.
– Приезжайте еще, – чирикнула Катя.
– Удачи, – многозначительно произнес Петр Петрович.
– Спасибо, – улыбнулся Андрей и, взяв Полину за руку, потащил в коридор. Закрыв дверь комнаты, он развернул «любимую» к себе и не без иронии заметил. – Уверен, я понравился твоему отцу, и теперь он спокоен, зная, что одна из его дочерей выходит замуж за достойного человека.
Полина высвободила руку и фыркнула:
– В какой-то момент мне показалось – еще секунда, и он вскочит, чтобы разорвать тебя и меня на части.
– Но этого не случилось…
– И еще я думала, – она пожала плечом, – не важно…
– Ты думала, он остановит нас?
– Да, но раз так… мы все решили и отступать не станем.
В середине ужина Андрею тоже показалось, что вот сейчас, сейчас Шурыгин прекратит комедию (наказал немного – и хватит), и жениться не придется, и можно будет вернуться к привычным кратковременным отношениям, но нет… Петр Петрович хватку не ослабил.
– Завтра жду тебя с ответным визитом к себе. – Андрей скинул тапочки, наклонился и развязал шнурки на ботинке.
– Зачем?
– Как зачем? – улыбнулся он, выпрямившись. – У меня, знаешь ли, тоже есть родители: и мама, и папа, и завтра твоя очередь знакомиться с ними. Они у меня очень ранимые, так что ты это учитывай, – он усмехнулся. – Сильно не красься, короткую юбку не надевай и не злоупотребляй текилой.
– А паранджу не надеть? – Правая бровь насмешливо подпрыгнула на лоб.
– Если не трудно – надень, а то я не знаю, как они отнесутся к тому, что моя невеста – та самая «ненормальная, которая испортила их мальчика, бессовестно завалила его на стол и опозорила на всю Россию».
– Они действительно так думают?
– Я практически процитировал слова мамы.
– Надеюсь, ты рассказал ей, как воспользовался ситуацией и опозорил меня на всю Россию? Как снимал бретельки с моих плеч и расстегивал «молнию» платья?
– Нет, а зачем?
– Наглец, – бросила Полина, ловя в глазах Андрея искры смеха.
– Есть немного, – согласился он.
Сбежав по ступенькам, Андрей вышел на улицу и хлопнул дверью. Авантюра приобрела реальные очертания, и то ли он уже смирился с женитьбой, то ли душа давно ждала приключений, то ли страх за фирму отчалил от берега, то ли удовольствие от сильного ответного хода по отношению к Шурыгину сыграло свою роль, но ему сейчас было хорошо, очень хорошо. Захотелось позвонить Максу, поехать в клуб, зацепить каких-нибудь девчонок и прокутить всю ночь.
Куртку Андрей оставил в машине, а к вечеру значительно похолодало, он запахнул полы пиджака и зашагал к парковке. Сунув руку в карман, вынул мобильник и на миг замер. Из «Фольксвагена» с грациозностью пантеры выбралась девушка. Она повесила на плечо сумочку (та блеснула в свете фонарей) и пошла к нему навстречу. Эффектная, с густыми распущенными волосами, тонкой талией и длиннющими ногами.
Андрей расслабился, сделал несколько шагов вперед и, как всегда, приготовился к наступлению. Стандартные слова вперемешку с комплиментами паровозиком прибыли на остановку: «А давайте-ка с вами познакомимся».
Заметив его внимание, девушка улыбнулась и ритмичнее завиляла бедрами. Сейчас этот красавчик не устоит, попросит номер ее телефона…
Она прошла мимо, но Андрей не сделал попытки «навести мосты». Он постоял немного и направился к своей машине. Нет, это не потому, что он вдруг сравнил незнакомку с Полиной и первая проиграла, он просто замотался и устал. Макс, клуб и девочки откладываются на завтра.
* * *
– Он сказал, что завтра приедет с невестой… – выдохнула Амалия Сергеевна и, отправив телефонную трубку на тумбочку, вопросительно посмотрела на мужа.
– С кем? – переспросил Георгий Иванович, пребывая в состоянии не меньшего удивления.
– Наш сын женится… и мы узнаем об этом вот так… на ночь глядя…
– Подожди, повтори его слова.
– «Мама, завтра суббота, и я надеюсь, вы будете дома. Я приеду, но не один, а с невестой».
– Не верю, – категорично покачал головой Георгий Иванович. Выключил ночник и повернулся на бок – спиной к жене. – Наш сын еще тот вертихвост! Он никогда не женится. Порода такая.
– Да какая ж порода, когда ты женат… Ты никогда не был бабником и ухаживал за мной очень красиво. Конечно, если Андрей пошел в твоего отца, то тогда… хм… Но тот был женат пять раз, а не избегал загса, это же совсем другое дело, иной подход… – Амалия Сергеевна потрясла мужа за плечо. – Не смей спать! Мы еще не договорили! Наш мальчик женится!
– Не верю, – резанул Георгий Иванович.
– Раньше он никогда нас ни с кем не знакомил, наоборот, отнекивался и шутил. Ты помнишь хотя бы одну девушку, которую он представил бы как невесту?
– Э-э-э, лет пять назад он приводил блондинку, похожую на голодную болонку и…
– …и сказал, что она его друг, а потом я нашла ее трусики под письменным столом! Срамота!
