произошло то, чего не ждали ни дочь Артейсов, ни Иян. Невидимка выпустил Райну. Трибуны ахнули, увидев в нескольких шагах от императора странную девушку в алом платье, словно возникшую из ниоткуда. Но боевые шестëрки инквизитора еë уже ждали. Сказать ничего не дали, схватили, скрутили, заткнули рот кляпом. Кто-то завизжал: "Нападение на императора". Трибуны подхватили. Женщины падали в обморок. Дети плакали.
Инквизитор устремился вперëд, взмах, стон невидимки, удар достиг цели. Трибуны замерли, не понимая, с кем сражается мессир. Взмах клинком. На песок упали капли крови, и стала проявляться фигура противника инквизитора — Ияна. Маг осел на одно колено, зажимая кровоточащий бок, по-прежнему заторможенный, точно сонный. Его мгновенно скрутили и потащили куда-то. На трибунах заволновались ещё больше, в ужасе оглядываясь, не появятся ли из ниоткуда новые враги…
Рыр вышел вперëд, кивнул инквизитору и заговорил, голос толстяка, разносимый магией, был слышен даже на самых дальних трибунах:
— Дорогие соотечественники, нападение на императора обезврежено. Волноваться незачем. Мы знали и готовились. Хвала мудрому инквизитору Ройру Стейлару! Покушение предотвращено! Мой приëмный сын, Иян Оррес, драконий выродок, организовал его. И будет казнëн.
Рханас тихо прошептал:
— Вы обещали не трогать мою кровь. Я отдал вам всë.
Инквизитор кивнул. Рыр продолжил:
— Иян Оррес околдовал наивную девицу Райну Артейс, похитил еë, но благородный род Артейсов в моем лице вступается за свою дочь и возвращает еë под своë надëжное крыло. А дабы она не погрязла в грехе и инакомыслии забирает еë силу, чтобы преодолеть проклятие, нанесëнное глупой девицей своим землям. Приведите мастера печатей пожалуйста.
В следующий миг на арену вывели спотыкающегося мастера Ру, в руках Райтон Зоан сжимал сумку с инструментами. Старик выглядел измученным и постоянно смотрел куда-то вправо на трибуну. Райна проследила за его взглядом и увидела воинов и караванщика, приставившего кинжал к горлу праправнука мастера печатей. Увидев, что дочь Артейсов его заметила, караванщик прошептал Райне: "Привет тебе из могилы от моего братца Аканти и его любимицы змеи Стессс". А потом продемонстрировал на пальце перстень с алым камнем, ослаблявший магию невидимки. И плотнее прижал лезвие к шее парнишки, вниз сорвалась алая капля. И тут девушка поняла, кого караванщик вëз на арбе. Старик и ребëнок. Райтон Зоан и его праправнук. Они с невидимкой сами помогли доставить их к месту еë, Райны, наказания. И теперь старика шантажируют жизнью ребëнка, заставляя поставить ей печати. Но правило. Есть же правило! Печати ставятся лишь с согласия того, кому наносятся.
Мастер Ру ещё раз бросил взгляд на праправнука и караванщика, опустил голову и ускорил шаг, двигаясь к дочери Артейсов.
Трибуны шумели, наслаждаясь неожиданным развлечением. Рыр довольно улыбался. Ияна увели, и дочь Артейсов не видела, куда. Райтон Зоан развернул белоснежную тряпицу, достал из сумки инструменты и пропитанную магией краску.
Отупение, сковавшее Райну отступило, когда она поняла, что ей предстоит. На еë ладони нанесут печати подчинения Рыру. И она превратится в бесправный сосуд и вскоре погибнет. Похоже, что еë согласия никто даже не собирается спрашивать.
Девушка замычала, кляп не давал говорить, и забилась в руках державших еë воинов, пытаясь вырваться. Бесполезно.
Рыр шепнул:
— Дура, неправильно нанесëнная линия, и ты труп или, хуже того, тупой овощ, не понимающий, кто ты и где. Не дëргайся.
И в этот момент вновь зазвучали рожки и трубы уже сектора сэров и на арену вышел Рейв Райбер в сопровождении глав родов:
— Инквизитор, а не слишком много Вы на себя берëте, озвучивая волю императора в его присутствии?
— Император несколько… Мгм… Болен. И я лишь помогаю ему. Ведь так, император?
Рханас VI вяло кивнул:
— Рейв, всë нормально. Девчонка натворила дел. Прокляла свои земли. Сбежала. Лунный цикл истекает. Если не нанести печати, проклятие не угомонится. И Западное Крыло превратится в пустоши, как и Срединные земли. Рейв, ты учил историю и знаешь, как там всë было. Ты же не хочешь, чтобы земли твоего друга стали бесплодными.
Райбер взглянул на Райну. Девушка замычала, не имея возможности говорить. Рейв скривился:
— Выньте кляп.
Император кивнул, разрешая.
Кляп вытащили. Райна перебирала десятки вариантов, о чëм сказать другу погибшего отца. Наконец хрипло выдохнула:
— Дядя Рейв, я нашла дедушку, у меня в кармане письмо от него к императору.
Достали, император замер, читая.
Дочь Артейсов попросила:
— Император, пожалуйста, простите своего брата. Он Вас простил. Давно. И очень скучает. У него сейчас умирает жена. Рагда. Та женщина, которую вы любили оба. В память о ней простите.
Рханас VI кивнул. В глазах его блеснули слëзы, а сам взгляд прояснился:
— Брат. Как я давно его не видел. Бегали вместе. Учились вместе. Шкодничали вместе. Раиф. Прощаю. Конечно, прощаю. Всей душой прощаю.
И со словами императора Райна ощутила возобновление тока силы воды. Слабое. Так начинает покалывать мурашками ноги, если долго ими не двигать, а потом шевельнуться.
И надо же было Рейву в этот момент задать вопрос, на который дочь Артейсов не могла солгать:
— Дочь Артейсов, проклинала ли ты свои земли?
— Да. Но…
— Виновна! — громко крикнул инквизитор, и магия разнесла его голос по всей арене.
— Виновна! — завизжал Рыр.
— Виновна! — начали скандировать трибуны.
И Райна решилась, зашептала, формируя зов:
— Старшие моей крови, древние моей крови, летящие моей крови, откликнитесь на мой зов. Придите.
Повторила погромче, надеясь, усиливая:
— Старшие моей крови, древние моей крови, летящие моей крови, откликнитесь на мой зов. Придите!
Прокричала, взывая к древним драконам:
— Старшие моей крови, древние моей крови, летящие моей крови, откликнитесь на мой зов! Придите!
Стадион замер. Высоко наверху мелькнула золотая искра. Но быстро растворилась в выси. Потом со стороны императорского дворца раздался гул, словно там что-то перестраивалось и просыпалось. Мигнули вспышкой света ключи глав родов. Но тут же погасли. И всë затихло. Толпа зрителей ждала.
Но вот над ареной мелькнул силуэт дракона. Он спускался ниже и ниже. А потом… упал. Огромный бумажный змей, потерянный утром рыжим мальчуганом.
Инквизитор Стейлар скривился:
— Это всë, на что ты способна, дочь Артейсов? Вернуть с небес бумажного змея…
Рыр запричитал:
— Теперь вы видите! Она безумна! Я говорил! Бросается древними заклятьями, не понимая, что говорит. Силу нужно вернуть главе рода. Печати! Поставьте девчонке печати!
— Печати! — скандировала публика.
Император кивнул Райберу и проговорил примирительно:
— Они помогут контролировать дар девочки и не навредят ей. Мать Райны носила печати и прожила достойную жизнь.
А потом обратился к мастеру Ру:
— Ставьте печати. Именем императора! Я даю согласие, как старший родственник рода.
Инквизитор озвучил решение, транслируя на всю арену:
