Весов.
— Постарайся не затягивать.
Он встал, собираясь уйти, но у самой двери обернулся.
— Может быть важно. От следа бар-р-рона несёт нашими стар-р-рыми знакомыми. Масонами.
— А они здесь каким боком?
Анубис пожал плечами и скрылся.
* * *
Особняк барона стоял в полной темноте. Ни одно окно не светилось, даже в крыле слуг. То ли барон экономил на светильниках и свечах, то ли все обитатели дома ложились спать с заходом солнца.
— Сначала прогуляемся к сейфу, — шепнул я Тане и накрыл нас маскирующим заклятием.
Мы вошли в особняк с чёрного хода и поднялись по лестнице для слуг на второй этаж. План дома я изучил ещё из посольства с помощью «ловчей сети» и сейчас легко ориентировался в лабиринте комнат и коридоров. Кстати, слухи оказались верны: везде, кроме парадной залы, царило запустение и разруха. Дом требовал основательного ремонта. Заменить подгнившие половицы, покрасить всё, паутину по углам смести. Такое чувство, что барон в особняке и не жил особо, запах тут стоял как в заброшенном склепе.
— Сюда, — я толкнул дверь и зажёг магический светлячок. — Здесь его спальня.
А нет, как минимум тут барон ночевал регулярно. Комната была обставлена с безвкусной пышностью, словно у мещанки, получившей баснословные деньги. Золото, дорогие ткани, красное дерево. Особенно поражала кровать неимоверных размеров. С балдахином, шёлковыми простынями и горой подушек. На таком лежбище можно десяток человек положить, и ещё место для маленького слона останется.
— Солидно, — усмехнулась Таня, — сразу видно, большой человек тут спит.
Я не стал разглядывать это чудо мебелестроения, а сразу двинулся к дальней стене. Дверца сейфа пряталась за деревянной панелью, которая отодвигалась нажатием потайной кнопки. К счастью, «ловчая сеть» показала мне и её, и скрытую иглу с ядом, заряженную против возможных воров. Так что кнопку я нажимал small wand’ом, чтобы не задеть отравленный «сюрприз».
Панель отъехала в сторону, открывая доступ к стальной дверце с пятью замочными скважинами и шестью поворотными дисками. Сам по себе такой замок — глупость несусветная. Любой деланный маг мог бы открыть его минут за пять. Но поверх механизма были наложены заклятия, превращающие сейф в настоящую крепость. Так что придётся приложить немного усилий, чтобы открыть этот ящик.
— Костя, долго ещё?
— Угу, — я разглядывал плетение эфирных нитей, распутывая логику заклятия.
— Тогда мы займёмся допросом, если ты не возражаешь. Чтобы не терять время.
Я пожал плечами и продолжил водить small wand’ом по металлу, исследуя магический замок. Мне было слышно, как Таня о чём-то пошепталась со своим туарегом, и он ушёл. А через четверть часа вернулся с перепуганным мужчиной, которого держал в охапке.
— Слуга, — заявил туарег и уронил ношу на пол. — Ходил по дому с фонарём.
Тот попытался завопить, но Таня тут же закрыла ему рот ладонью и тихим голосом произнесла:
— Молчи. Смотри мне в глаза. Отвечай шёпотом.
— Мешаете, — буркнул я, в очередной раз проходясь по схеме.
Туарег сгрёб слугу и отволок его в дальний угол, где Таня и устроила ему допрос. До меня доносились только тихие невнятные голоса, но они меня не отвлекали. Ага, вот оно!
Small wand’ом я принялся рисовать на сейфе хитрую связку Знаков. Нет, можно было бы сразу их создать с помощью внутреннего источника, но такую тонкую работу я предпочитал делать старым проверенным способом. Так меньше шансов ошибиться, особенно с редко используемыми Знаками.
Последний эфирный штрих лёг на металл. Охранное заклятие мигнуло и перешло в спящий режим, признав во мне хозяина. А следом начал проворачиваться со скрипом и щёлкать механизм, отпирая замок. Дверца открылась, и из сейфа с шорохом посыпались сваленные в беспорядке бумаги. Я зажёг магический светлячок поярче и стал разбирать документы, проглядывая их наискосок.
— Тебе помочь? — Таня подошла почти неслышно и заглянула мне через плечо.
— Нет, я сам. Как допрос? Удалось что-то узнать?
— Это сторож, ничего он не знает о бароне. Но обещал показать, где спит дворецкий.
Перебирая листы с расписками и векселями, я обнаружил несколько интересных писем. Я бы легко пропустил их, увидев с первых строк обсуждение парижских сплетен. Но стоило мне взять в руки одно из них, как перстень Тау слегка потеплел. Так что я читал их самым внимательным образом.
Барон переписывался с неким человеком, который подписывался вензелем «ГК». По большей части он сообщал барону новости французской политики и высшего света. Но в груде этой информационной шелухи пряталось и кое-что ещё. «ГК» сообщал, что закончил создание особого магического артефакта. И теперь ищет того, кто сможет проверить его на практике. Судя по всему, барон вызвался быть добровольцем и просил принять его в некое «братство». Что ему и было обещано после выполнения задания.
Последнее письмо пришло барону этой весной. И судя по тексту, к нему прилагался золотой амулет на цепочке — тот самый артефакт. От барона требовалось активировать его, когда рядом будет «сильная духовная сущность, которой поклоняются ваши дикари». После чего барон должен носить этот артефакт на себе, записывая в дневник свои ощущения. А кроме этого, «ГК» просил испытать силу артефакта на «русском князе, который может приехать в город, злейшем враге нашего братства». К тому же «ГК» не одобрял сделку по продаже Луизианы и желал, чтобы она сорвалась. Мол, негоже колонии разбазаривать, хоть и в казне пусто, да и барон будет не рад потерять своё место начальника таможни.
Ты смотри, какие сволочи! Вот, значит, как? Сколько лет прошло, а дорогие мои масоны не забыли, какой разгром я устроил им в Петербурге. И ничего не простили, записав меня во враги. Что же, тогда в Париже я нанесу им ответный визит и на практике покажу, как вредно иметь хорошую память. А за разработку артефакта для поглощения лоа ещё и добавлю. Что, больше силы захотелось? Или они для Трисмегиста стараются, превращая того в каннибала? И с этим тоже разберёмся.
Пока я возился с бумагами, туарег притащил дворецкого в пижаме и ночном колпаке. Таня тут же взяла его под контроль и принялась допрашивать.
— Куда уехал барон?
Дворецкий отвечал монотонным безразличным голосом, будто механический автоматон.
— Никуда.
— Как это никуда? Когда он уехал из особняка?
— Никогда.
Таня хмыкнула, задумалась на секунду и спросила:
— Где барон?
— Не знаю, — дворецкий пожал плечами. — Никто не знает.
— Он что, пропал?
