Приехали, разложились, начали работать. Еще до встречи с Василием меня предупредили о том, что он любит выпить: не напивается, а постоянно слегка пьяный. Ну, в принципе, кто не без слабостей. Главное – работает нормально. Так и в этот раз. Василий был слегка поддатый и, когда он узнал, что я могу работать электросваркой, решил меня научить работать газосварщиком. А чего, стоял летний солнечный день, работать мы расположились в тени деревьев, которые росли вдоль нашей улицы. Птички чирикают, бабочки летают, кузнечики стрекочут, то тут, то там. В общем, лепота. Кому охота в такую погоду работать, особенно если стаканчик на грудь принять. А вот учителем можно. Вася мне показал, как надо резать металл, как варить, и развалился на траве рядом, поглядывая на мою работу и делая замечание по некоторым операциям. Я понял, что придется мне самому все делать. Сложного ничего нет, тем более газосварка не очень отличается от электросварки, которой я умел пользоваться. Ну и начал работать. Где надо металл подрезаю, где надо свариваю, когда надо, карбид меняю. И все было бы ничего, но Василий пропустил еще «стаканчик»: он, оказывается, бутылку перцовки с собой захватил. Нет, он не напился пьяный, просто начал мне усиленно мешать. Рассказывать про свою жизнь, про службу в армии, ну и разное другое. Я, конечно, вынужден был работая, одновременно «поддерживать» с ним беседу, поддакивать ему, выражать где надо сочувствие или восхищение. Ну а он, как и все выпившие мужчины, разошелся, стал хвастаться напропалую. И вдруг он увидел у гаража маленький штабель с кирпичами, которые остались от кладки стен. Подошел к нему и говорит:
– А ты знаешь, что я, когда служил в Воздушно-десантных войсках, усиленно занимался карате?
В то время «карате» – это такой вид боевого искусства, пришедший к нам из Китая или из Японии, был в моде. Молодежь, в основном мальчишки, от пяти лет до взрослых «дяденек», все стали заниматься этим видом спорта. В стране стали выпускать методички, справочники по «карате». Стали создаваться легальные и нелегальные клубы и федерации. Эта «страсть» охватила буквально все мужское население нашей страны. Из подворотен домов, на детских площадках, в спортзалах, были слышны крики «я…а». Это таким возгласом заканчивались упражнения «карате» – так называемые «ката». У тех, кто занимался «карате», на тыльных частях кулаков стали появляться мозоли, иногда очень большие, уродовавшие руки. Надо сказать, что вообще-то «карате» – это специфический вид оружия, которые придумали китайские крестьяне для борьбы с вооруженными, конными захватчиками. «Карате» – это смертельное оружие, в которое превращается тело человека. Вроде бы идет человек без оружия. Нет у него ни меча, ни копья, ни кинжала – а на самом деле у него все тело оружие: руки-сабли, пальцы-ножи, ноги – боевые молоты. Ну и можете представить себе, что у нас в стране началось. Любая потасовка стала заканчиваться трагедией. А у нас народ любит подраться, особенно, когда выпьет. Если у человека в руке будет нож или пистолет, то это его как-то психологически затормозит – убить можно. А если он убьет «набитой» на твердых предметах рукой, да и специально поставленным движением, то это вроде бы ничего. И на самом деле – убивали, делали людей инвалидами, сами часто становились инвалидами. Поэтому в стране, срочно, запретили «карате», оставив его только в армии и спецслужбах. И до сих пор по телевизору, когда показывают наших десантников с показательными выступлениями, мы видим как они ломают руками, ногами и головами доски, кирпичи и всякие бетонные блоки. Разбивание предметов частями тела – это одно из умений бойцов «карате», которое воспитывается долговременными физическими и психологическими тренировками. Представьте себе: вам надо головой ударить по доске. Вполне возможно, что вы ее головой сломаете, если ударите очень, очень быстро и с максимальной скоростью и силой. А может, и не сломаете. Что тогда будет с вашей головой?
Я, как и все, тоже одно время увлекался «карате», но потом понял, что все, что нам показывали и чему учили, – далеко от нормального спорта. Это на самом деле не спорт. В основе лежит подготовка настоящего невидимого убийцы, которого готовят всю жизнь. Поэтому у нас в конце концов и запретили его. А тут вдруг, в самый разгар работы по изготовлению ворот, Василий заговорил про «карате». Я ему говорю:
– Вася, давай ворота варить, фиг с ним с этим карате. Но тот уперся:
– Знаешь, я по два кирпича в армии ломал, сказал он, – и, взяв два кирпича, поставил их на торцы. На них положил третий кирпич. Сделал как бы такую букву «П».
– Вася, положи кирпичи на место, я тебе и так верю, – сказал я.
Мне пришлось даже оторваться от работы, забрать кирпичи, положить их в штабель. Василия я отвел в тенечек, посадил на лежащую в траве телогрейку.
– Вася, отдохни, если хочешь, поспи, а я буду делать ворота. Ты мне только не мешай, ладно. – сказал я и занялся сваркой. Василий сначала поворчал что-то про карате, а потом вроде задремал. Ну и хорошо, подумал я. Работа спорилась. Я приноровился управлять горелкой. Все элементы ворот сваривались, образуя контур будущей воротной створки. Спустя некоторое время мне понадобилось сходить в дом. А когда я вернулся, то перед моими глазами предстала сюрреалистическая картина, которую я помню до сих пор. Яркий солнечный день, по голубому небу не спеша плывут облака, ветер с шорохом шевелит ветви деревьев. Птички поют. А на зеленой траве, рядом с разложенными железками ворот, на коленях стоит Василий. Лицо белое, рот открыт в немом крике. Глаза, как говорят, по рубль с полтиной, и из них ручьями текут слезы. Левой рукой придерживает правую руку. Я сначала не понял, что с ней. Она была как-то неестественно изогнута между кистью и локтем. Сломал руку. Опустив вниз глаза, увидел ту самую букву «П» из кирпичей, стоящую на земле прямо перед Василием.
– Придурок! Что ты наделал? – вскрикнул я и продолжил свою ненормативную многоэтажную словесную конструкцию. Подошел к нему – у меня все в нутрии защемило.
– Вася, ну зачем ты это сделал? Ты хоть бы сначала попробовал кувалдой разбить кирпич.
Кувалда валялась рядом. Я ею железки подгибал на воротинах. Подойдя поближе, я понял, что надо его срочно везти в больницу. Он весь дрожал. На плечах, а он был раздет до пояса, выступили огромные капли пота. Помог подняться, посадил в коляску мотоцикла, захватил его одежду, убрал во двор инструменты и поехал в больницу. Привез в хирургию, сдал в руки дежурному врачу. Спросил, что надо от меня. Тот ответил, что
