идёт о месте примерно в пятистах километрах юго-восточней Савино и юго-западней Пензы, на ближайшем к нам берегу Дона, между Старым Ростовом-на-Дону и Волгоградом.
Вторая часть сообщения говорила о том, что Оля и Кристина нашли что-то чрезвычайно важное.
Третья — открытым текстом о том, что Олю захватили и она в огромной опасности.
Но больше всего меня поразила четвёртая часть сообщении, в ней прямо заявлялось, что во всём виноваты крокодилы.
А крокодилы по нашему шифру означали пермяков.
«Передай нашим — улетаем».
Я повернулся и нашёл взглядом Аню. Видно, сестра уже слушала Гензо, потому что кивнула и заспешила ко мне.
* * *
На балконе роскошного дворца в Варшаве в широких креслах сидели два человека.
Круглолицый полный мужчина лет шестидесяти с длиной седой бородой и тридцатипятилетний гладко выбритый блондин. Это были король Польши Вацлав Первый и король Пруссии Вильгельм Второй.
Оба монарха смотрели в вечернее небо, которое от количества летящих с юго-запада тарелок стало практически черным.
Османы не обманули, десятки тысяч квадроциклов, тысячи вездеходов и грузовиков, оружие и жемчужины — все то, что было необходимо для похода на восток.
— С этим транспортом мы за месяц доберёмся, — прервал затянувшееся молчание Вильгельм Второй.
— Двигаться по диким землям — это тебе не по нашим дорогам разъезжать, — рассмеялся Вацлав, — и даже по ним тебе только до меня неделю войска вести, а потом ещё больше чем тысяча километров на восток. Да и сроки чётко установлены, шестьдесят дней. Спешки нет — нужно сделать всё так, чтобы этот поход навсегда вошёл в историю!
— Согласен. — Король Пруссии взял бокал, стоящий на маленьком мраморном столике. — Я вот только одного не понимаю… Ты посмотри, сколько у них тарелок, почему бы им просто не полететь, не разбомбить их всех там?
— Хотят нашими ручками захватить все целое, — пожал плечами Вацлав, откровенно говоря, немного снисходительно относящийся к своему более молодому визави.
— И это прекрасно!
Властитель Пруссии хотел предложить тост, но его рука с бокалом остановилась на полпути.
Дворец накрыла огромная тень, и прямо над ними пролетела тридцатиметровая в диаметре тарелка.
Вильгельм любил историю, и со всех старых городов ему приносили старинные предметы, в том числе уцелевшие плакаты. И вот на одном из них с рекламой древнего фильма о вторжении инопланетян он видел точно такую же. Хотя нет — эта громадина выглядела намного страшнее.
Глядя на пролетающий над ними флот, король Пруссии внезапно осознал, что ему никогда не стать владыкой мира, каким он себя мнил все юные годы.
«Но ведь быть первым вассалом владыки мира тоже неплохо», — подумал он и, неприязненно покосившись на своего временного союзника, молча выпил.
Глава 9
Найти нужное место мне помог маячок, который я дал девчонкам и, по счастью, успел раньше пермяков. А они тоже искали — в пределах видимости над кронами деревьев летали сразу две тарелки, а в двух километрах от того места, где спряталась Кристина, через лес шла большая группа вооружённых бойцов. И двигались они прямо к ней.
Времени на то, чтобы играть в конспирацию не оставалось.
— Скажи ей, что мы близко, — скомандовал я Гензо. — Пусть не удивляется, мы появимся из невидимости. Совсем рядом.
— Понял, начальник.
Хоть Кристину и предупредили, но увидеть чудо совсем не то же самое, что услышать о нём.
— Уходим! — скомандовал я, когда наша доска опустилась в пяти метрах от девушки.
Кристина резко повернулась и вскинула автомат, но успела меня признать и стрелять не стала.
— Как вы это… — начала она, но я её прервал.
— Отряд меньше чем в двух километрах отсюда и приближается. Где твоя тарелка?
— Здесь, под землёй, — ткнула пальцем девушка.
— Раскапывай, и взлетаем.
— Тут пермяки летают. — Она посмотрела наверх.
— Раскапывай, и взлетаем, — повторил я.
Больше Кристина не спорила. Она подняла руку и показала, что магию изменений практиковала регулярно. Кусок земли исчез, а из-под него показалась тарелка, уже загруженная вещами. Мы быстро упаковали радиостанцию, после чего девушка села в кресло пилота.
— Лети точно за мной, — скомандовал я. — Впритык.
Я тронул рычажок пульта управления, и мы взлетели.
— Вон они! — тут же показала находящуюся в километре от нас тарелку Кристина.
— Я вижу, а они нас нет. Тут есть поблизости радары?
— Да. Ближайший в пятнадцати километрах вон там, — девушка указала направление, — и ещё один вон там примерно в двадцати.
— А Оля где?
— А Оля вон там, тоже километрах в двадцати.
Как раз между двух радаров… Ладно, это не те здоровущие локаторы, что находились на территории Пермской империи, так что к ним я могу и поближе подлететь.
— Рассказывай, — скомандовал я и направил тарелку в сторону того места, где держали Ольгу.
Кристина уже пришла в себя и, не вдаваясь в детали, обрисовала ситуацию, и та, хоть и была ожидаема, мне совсем не понравилась.
Пермяки продолжали расширять империю, причём, похоже, в последнее время заметно ускорились. Про это я уже слышал от главного «достойного потомка» Сергея Сергеевича, а сейчас Кристина подтвердила ранее полученные данные.
Пермяки находили обжитой район диких земель. Ликвидировали или забирали к себе в рабство представителей всех серьёзных сил, будь то бандиты или просто вооружённые люди. А потом начинали работу с мирным населением.
Тут была первая новая, очень важная информация. Если до этого я думал, что они всех гонят к себе, то оказалось, что это не так. В каких-то нужных для них местах они начинали строить города, разумеется, руками тех же самых людей, предварительно их загипнотизировав.
Конкретно в этом, к слову сказать, очень стратегически важном месте, на берегу Дона между Ростовом-на-Дону и Волгоградом, они возводили сразу две крепости. А стратегически важным это место становилось в том случае, если османы переберутся через Кавказские горы и двинут в сторону Нижнего Новгорода или Савино, — тогда они точно здесь пройдут.
— Если они строят эти крепости против осман, — влез в мои мысли Гензо, — то это значит, что пермяки предполагают, что Савино и Нижний к этому моменту будут принадлежать им.
Или так, или они просто собираются из этих двух новых крепостей, опять же, руками рабов расчищать Ростов-на-Дону и Волгоград.
— Это чем-то напоминает экспансию Савино, — снова
