Восприняв западную традицию, российский научный мир с началом рыночных преобразований тут же изменил отношение к частной собственности: из безусловно отрицательного оно в одночасье стало столь же безусловно положительным.
В литературе право собственности стало рассматриваться уже как панацея для больного постсоветского общества. Исследователи уверены, что «институт частной собственности способен спасти не только души людей, но и неодушевленную составляющую земного бытия»[295]; «появление права собственности в истории знаменовало собой весьма важную победу личности над коллективизмом. Эта победа нужна для экономического прогресса общества, для развития личной предприимчивости и энергии»[296].
Отсутствие частной собственности рассматривается современными исследователями как очевидный признак «отсталости» России. На данную тему ее жителей (в большинстве своем православных) «просвещают» со страниц солидных юридических журналов, намеренно искажая при этом саму христианскую философию в отношении частной собственности: «…с учетом «слабости юридических традиций и чувства права в России» начать придется с философско-нравственного аспекта. О собственности и зависимости от нее человека говорится еще в Евангелии от Луки: «Где сокровище ваше, там и сердце ваше будет». Под сокровищем понималось какое-либо имущество, принадлежащее человеку (на которое он имел право собственности, а третьи лица не могли претендовать); в каком месте (доме, городе) будет находиться эта собственность, о том месте и будет думать человек (все ли нормально с его имуществом, не посягнул ли кто на него и т. д.)»[297].
С. П. Федоренко приходит к выводу, что в «русской традиции сформировалось инфантильное отношение к собственности, и не только чужой, но и своей». По его мнению, данный факт объясняется тем, что в Российской империи аграрный, а затем и промышленный комплекс развивался за счет освоения все новых земель и привлечения дополнительных работников вместо механизации труда и применения передовых сельскохозяйственных технологий. В результате этого у населения складывалось ложное представление о неистощимости природных ресурсов, повлекшее за собой их расточительное и нерациональное использование[298].
В том же русле рассуждает О. Г. Рюмкова: «Миф о приватизации как средстве создания изобилия предполагал борьбу с монополизмом, создание нового слоя хозяев, повышение производительности труда, улучшение социально-психологического климата в обществе, улучшение материального положения рядовых граждан. Стал действовать лозунг быстрого накопительства… и большинство бросилось делать деньги, разоряясь, богатея и т. д. Сейчас этот призыв уже не работает. Рынок насыщен, и открыть новое предприятие непросто, а заработать сразу много уже не получится. Теперь нужно трудиться в поте лица годами, чтобы достичь определенного уровня»[299].
Ей вторит И. О. Князев: «Часто можно услышать, что мы сказочно богатая страна, но при этом очень бедно живем. Причина этого заключается, по-моему, в том, что огромная часть населения не кормит сама себя, а висит на шее государства, которое, в свою очередь, боится к этим ресурсам собственный народ допустить. <…> На мой взгляд, следует вернуться к практике Столыпина, ведь мы используем ничтожно малый процент земли и леса. Сейчас люди не поедут в Сибирь, чтобы купить землю. Ее у нас никто не берет бесплатно, очень много законов о том, что и как надо с ней делать, а чего нельзя, причем возникает ощущение, что земля, проданная на таких условиях и с такими законами, это вообще не частная собственность. Лесные угодья и землю на расстоянии более 50–70 км от города надо раздать в частную собственность по максимально простой схеме. Частная собственность священна и может быть отторгнута только в результате крайне сложных судебных процедур. На таких условиях — чтобы работать, самим себя кормить и ни от кого не зависеть — поедут многие. Не только русские, но это и хорошо. Можно формировать квоты, управлять миграцией. Главное условие — частная собственность на землю бесплатно и навсегда. <…> Надо дать возможность людям легально пользоваться всем этим богатством. Хозяевами они станут очень быстро. Государство как хозяин все равно проиграет. Оно не сможет возле каждого дерева поставить по милиционеру. Надо преодолеть практику социалистического отторжения человека от всего, что связано с чувством хозяина, собственности»[300].
Выявляется гуманистический характер частной собственности[301]. «Купец, коммерсант предстает уже не как безжалостный эксплуататор, а как созидатель, рачительный хозяин промышленных и торговых предприятий, предоставляющий новые рабочие места, опора экономики страны Аккуратов Б. С. Феномен мещанства в российской общественно-политической мысли и политической теории: Дис…. канд. истор. наук. — Казань, 2002. — С. 3.»[302].
Некоторые современные исследователи даже утверждают, что только «частный собственник учится, ищет, узнает, изобретает, покупает, финансирует научные исследования. Однозначно развивает производительные силы, а следовательно, общество в целом. В этом глубокое, прогрессивное значение частной собственности»[303].
Не могу не привести еще одно удивившее меня доказательство «благости» частной собственности для человечества: «Обращаясь к примеру сытой и благополучной Америки, мы не можем не согласиться с тем, что черты дружелюбия, доброты, взаимопомощи, радушия присущи этой нации. Ее граждане доказали свою жертвенность во имя спасения близких. Наглядный трагический пример — события сентября 2001 года, когда в результате чудовищного террористического акта полицейскими, пожарными и обычными гражданами были проявлены чудеса героизма. Их не испортило благополучие. Даже имея злобный характер, человек, не нуждаясь материально ни в чем, не будет представлять для общества опасность. И, наоборот, даже при ангельском характере нужда и бедность заставляют человека идти на преступление, заглушают в нем разум и любовь»[304]. Этот же автор делает и следующее «открытие»: «Частная собственность является человеческим инстинктом, который нельзя отнимать, но необходимо научить человека властвовать над ним в духе высокой нравственности»[305].
Между благополучием семьи и частной собственностью также прослеживается прямая связь. По мнению Г. С. Лисичкина, семейная жизнь в России потерпела неудачу именно из-за слабого развития частной собственности: «Институт семьи в России не состоялся, и в этом ее огромная трагедия. В России, в отличие от остальных стран цивилизованного мира, по существу нет семьи в классическом, а не в эмоционально-физиологическом смысле этого слова. Институт семьи, как известно, возникает, укрепляется, развивается лишь на базе частной собственности. Где ее нет, там нет и семьи, а есть в лучшем случае сожительство, не обремененное идеей созидания, приумножения богатства, заботой о том, чтобы наследники процветали»[306].
Экономическая основа свободы
Под влиянием западных научных теорий О. В. Орлова видит основное различие между правовой и неправовой культурой в отношении к частной собственности. По ее мнению, в цивилизациях, основанных на праве, частная собственность ценится высоко, являясь предпосылкой и экономической основой свободы. Не случайно, полагает данный исследователь, изначально становление гражданского общества шло под лозунгом священности и неприкосновенности частной собственности[307].
В русле либеральных идей утверждается, что «человек-собственник — это свободный человек… Только при этом условии он становится личностью, обладающей реальным правом и возможностью принимать решения относительно своего настоящего и будущего»[308]. Предполагается также, что «каждому из нас надо «сдирать» с себя старую, загрубевшую кожу, учиться быть личностью и уважать личность в другом. Пришло время перенимать блага свободы: личные, политические и социальные права, чувства хозяина и собственного достоинства, переходить к свободе мышления на принципах общечеловеческих ценностей, к свободной конкуренции и основанных на ней экономической свободе и благополучии»[309].
При такой идеализации частной собственности практически полностью игнорируются открытия западной же политэкономии. Согласно им частная собственность лишь при определенных условиях служит источником доходов, а в других случаях она приносит убытки и ведет к разорению своих обладателей. Для того чтобы частная собственность приносила прибыль ее владельцу, необходима успешная трудовая и предпринимательская деятельность рабочих, служащих, инженерно-технических работников и организаторов производства. Нужна и определенная рыночная среда, которой у нас пока нет[310].
