как это бывает?
— Знаю!.. Видела, как ты… Я боюсь тебя, Еремеев!
— Будем лечить!
— Как?
— Выпьем шампанского и начнем.
— Нет, на сегодня хватит.
— На сегодня? В этом году ничего не было.
— Да?… — задумалась Ульяна. — А шампанское у тебя какое?
— Такое же, что и в кафе.
Ерема не поскупился, выделил из общей кассы денег на хорошее импортное шампанское. И себе пару бутылочек взял. О чем вскоре пожалел. Сам он пил виски, а Ульяна налегла на шампанское, в одиночку осилила одну бутылку, принялась за другую, так и заснула с бокалом в руке.
Ерема застелил диван, раздел ее, лег рядом, обнял.
— Пожалуйста, не надо!.. — тихонько захныкала она. — Ну пожалуйста!
И это был вовсе не тот случай, когда женщина, говоря нет, подразумевает да. И Ерема отступил. А куда спешить, когда впереди у них целая жизнь?
Утром он был уже на рынке, как и ожидалось, торговля началась вяло, к обеду слегка оживилась, но не вышла даже на уровень первого дня после открытия. Зато второго числа нахлынула толпа. И продавцов прибавилось. А четвертого числа Ерема закрыл аренду последнего торгового места. В тот же день Лиля произвела первые выплаты с полученных доходов, он смог принести в дом довольно-таки приличную сумму.
— Это за первую неделю.
— За неделю! Два миллиона! — Ульяна не могла скрыть своего восторга.
На самом деле это была не такая уж и большая сумма, Ерема мог претендовать на куда более крупный куш, но деньги должны работать, иначе развитие с плюса очень быстро уйдет в минус. Но говорить он об этом не стал. На первое время им с Ульяной хватит и этих денег, а надо будет, он возьмет сколько надо. А надо будет. И машина им своя нужна, и квартира, а там ремонт, обстановка. Но спешить с этим делом не надо. Тем более что их семья еще в зачаточном состоянии. Не хотела Ульяна оставаться у него. Погостила на праздниках и засобиралась домой… А может, поломается-поломается и останется насовсем. С ней главное не настаивать. Поставить перед фактом и ждать, когда она сама созреет до полного взаимопонимания. Хоть и не всегда, но эта формула работала.
— У меня родители за месяц столько не получают!
Мать у нее преподавала в университете, отец заведовал отделом в научно-исследовательском институте, но больше всех зарабатывал дед-академик. Мать равнялась на отца, отец на тестя, Ульяна на деда, все умные, образованные, хорошо воспитанные, и в этот калашный ряд Ерема собирался влезть со своим рылом. Ему-то все равно, но Ульяна не спешила знакомить его со своей мамой, вот это напрягало, хотя и не очень.
— Сапоги тебе нужно купить, — сказал он.
— Я знаю какие! — взгляд у девушки вспыхнул.
— Ну если знаешь, то не буду мешать.
— Покупать нужно в ЦУМе!
— Не вопрос!
— Полтора миллиона, — вкрадчивым тоном тихо сказала она.
Ерема кивнул, соглашаясь. Брильянту нужна как минимум золотая оправа, он это понимал. И Ульяна тоже. Хоть в чем-то у них полное понимание.
Глава 9
Триста штук на лапу, столько же за отчуждение и право на землю… О том, чтобы закатать новую территорию в асфальт, речь пока не шла. Главное, урвать кусок и расширить рынок. Ерема к этому стремился, а пацанам, похоже, все равно.
— Ну, я участок под строительство взял, — пожал плечами Вахлам.
— И я строиться начал, — кивнул Студень.
— На швейный цех сколько ушло… — качнул головой Костяха.
Торговля шла ровно, бухгалтерия подсчитывала прибыль, а не убытки, выплаты на карман шли исправно, пополнялся и фонд развития. Ерема выдвинул идею начать торговлю своим товаром, вложили деньги, строится цех, заказано оборудование. В общем, жизнь шла своим чередом. И практически без проблем. Так, подъезжали время от времени бандиты, пробивали на выплаты, но Ерема держался крепко. Давал понять, что будет драться до конца. Его называли барыгой, но это не смущало. От этого, отвечал он, его удар слабее не стал. А ударить он мог. Пока мог… От спокойной жизни его пацаны обрастали жирком, да и сам он уже не чувствовал прежнего задора, и смерть презирал не так, как раньше. У него Ульяна, он не хотел расставаться с ней.
— У нас есть двести сорок штук, — сказал Ерема. — Остальное займем.
— Где?
— В банке. Выход у меня есть…
И на чиновника из столичной мэрии у него имелся выход, впрочем, в этот раз Михайлов сам вышел на него. И сам предложил занять весь пустырь, пока эту территорию не выкупил кто-то другой. Но бабла запросил нехило. И Ерема уже готов был расплатиться с ним за содействие. Триста штук возьмет из кассы, пацанов потрясет, завтра же и отстегнет. А на законную часть выплаты оформит кредит, он уже имеет представление, как это делается.
— Выход на банк? — играясь с дужками своих очков, спросил Флажок.
— И выход из ситуации.
— А залог?
— Все ваши квартиры заложим. И участки под строительство, — совершенно серьезно сказал Ерема.
Они уже четвертый месяц в работе, дела идут хорошо, но он пока так и не купил себе квартиру. А ведь мог. И пацанов особо не баловал, хотя выплачивал им больше, чем себе. Худо-бедно кубышка наполнялась, жаль, швейный цех много сожрал, но в то же время развиваться надо не только вширь, но и вверх.
— Ты это серьезно? — нахмурился Вахлам,
— Могу твою долю заложить!
— А мою долю можно заложить?
Ерема качнул головой. Заложить можно было весь рынок целиком, но никак не по частям.
— Мы можем переписать устав.
— Не надо ничего переписывать. А деньги в банке возьмем.
— Торгашей можно подпрячь, — предложил Студень. — Сразу за три месяца аренды можно взять.
— Это похоже на рэкет, — задумался Ерема.
— Да ладно, просто оплата вперед.
— А репутация?… Репутацией нужно дорожить… Но поговорить нужно. Если кто-то согласится, то можно и за три месяца вперед. Но без всякого нажима… И со скидкой…
— Можно и со скидкой.
— Тогда люди точно поймут. Если со скидкой и без нажима… Но это на ближайшую перспективу. А нам уже завтра нужно закрыть вопрос с Михайловым. Шестьдесят штук нужно. До вечера. Двадцать пять у меня есть. Кто больше?
Больше не дал никто, но шестьдесят штук до вечера все же наскребли. Утром Ерема встретился с Михайловым, передал ему деньги, механизм запустился. Через три недели, крайний срок через месяц, он должен был заплатить официально часть суммы.
Инфляция в стране слегка притормозилась, но все равно гнала галопом, на этом можно было бы сыграть, но, увы, Ерема
