Вдруг хлопнула входная дверь. Хани от испуга выронила кастрюлю, повернулась и увидела Люка, застывшего в дверях.
— Почему… почему вы вернулись? — запинаясь, спросила она.
Следующее мгновение показалось ей вечностью — Люк молча оглядывал девушку с головы до пят, Хани залилась краской, тело ее покрылось мурашками. Маккензи всего лишь смотрел на нее, а у Хани было такое чувство, словно он ласкает ее. Но вот Люк скрестил на груди руки, прислонился к стене и насмешливо спросил:
— Вы ждете кого-то, мисс Хани, или просто надеялись завершить то, что мы начали вчера? Она не позволит ему насмехаться над собой!
— «Мы», Маккензи? — дерзко вздернув подбородок, отозвалась она.
— Кого вы пытаетесь обмануть? Я же не один из ваших клиентов, леди. Вы что, пытаетесь свалить все на меня? По-вашему, я один виноват в том, что случилось вчера утром?
— Мы заключили с вами соглашение, шериф. По этому соглашению я должна заниматься с вашим сыном, а вы должны держаться от меня подальше. Я свою часть сделки выполняю.
— А разве в условиях нашего соглашения говорилось о том, что вы будете щеголять передо мною нагишом? — съязвил Маккензи.
— Может быть, и не говорилось, но раз уж вы держите меня на положении узницы, то я требую, чтобы вы выполняли все условия договора, шериф. Так что если вы еще хоть раз дотронетесь до меня, наша сделка будет расторгнута. Понятно, шериф?
— Полагаю, это вам не все понятно, леди. Вчера вы хотели меня не меньше, чем я вас. Но вы лжете так часто, что не в состоянии быть честной даже с собой. — Хани сжала кулаки, едва сдерживая желание вцепиться ему в физиономию. — Похоже, леди, вы неплохо играете в карты. Думаю, вы отлично знаете, что такое покер, и понимаете, что сейчас мы оба блефуем. — Люк приподнял брови. — Посмотрим, леди, кто кого.
Хани резко повернулась и направилась в свою комнату, чувствуя на себе тяжелый взгляд шерифа.
Оказавшись в спальне, девушка захлопнула дверь и, обессиленная, прислонилась к ней. Тело ее дрожало, сердце едва не выпрыгивало из груди. Неужто он думал, что она притворяется? Пожалуй, пора показать этому мужлану, что такое блефовать.
Девушка быстро оделась, застегивая пуговицы лифа дрожащими пальцами. Затем, набрав полную грудь воздуха, она гордо выпрямилась и распахнула дверь.
Люк оторопело смотрел на корыто с водой.
— Я собиралась постирать. Если вам надо что-нибудь выстирать, можете дать это мне, — промолвила она с дружеской улыбкой.
— Вы чудесно благоухаете, но не думаю, что и мне подойдет этот запах, — ехидно проговорил шериф. Хани удивленно смотрела на него.
— Лаванда, — коротко бросил Маккензи.
— Ох, я совсем забыла, — весело промолвила девушка, направляясь в кухню за водой. — Я не ждала вас так рано. Надо понимать, что вы все-таки будете обедать дома?
— Нет. Мой конь потерял подкову, так что мне пришлось вернуться. Я уеду немедленно.
Услышав неуверенные нотки в его голосе, Хани улыбнулась про себя. Он-то наверняка ждал, что она вылетит из спальни разъяренная, как фурия, а вместо этого перед шерифом возникла приветливая, улыбающаяся девушка. Маккензи был озадачен.
— Простите, что я помешал вашей… стирке, — пробормотал шериф. Хани слышала, как он направился к дверям, но и не подумала повернуться. — Наверное, вы правы, мисс Бер. Надо бы заказать ключ.
Выглянув в окно, девушка увидела, как Маккензи вскочил на коня и поехал прочь от дома.
— А вы попались на удочку, шериф Маккензи, — прошептала девушка и, удовлетворенно улыбнувшись, поставила кастрюлю на плиту.
Хани развесила белье на веревке и уселась на крыльцо. Она еще не все перестирала, но веревки больше не было, поэтому девушка решила подождать, пока мокрое белье высохнет. Было очень жарко, и Хани принялась обмахиваться газетой — на жарком солнце она сильно вспотела, а от былой ванны не осталось и следа.
Девушка рассеянно взглянула на дорогу и вдруг увидела вдалеке крохотную фигурку, быстро приближавшуюся к дому.
Что-то знакомое было в этом бегущем человеке. Хани встала, чтобы приглядеться внимательнее. Господи, это был Джош! Мальчик бежал, прижимая к себе коробочку для завтраков.
Хани бросилась навстречу ребенку. Неужто она перепутала и не встретила Джоша вовремя? Но ведь был только полдень, а уроки заканчивались в четыре часа. Девушка собиралась пойти к школе именно в это время — ведь Джош был слишком мал, чтобы разгуливать по дороге в одиночестве!
Подбежав к сыну Люка, Хани едва дышала.
— Джош, почему ты идешь домой так рано? — Девушка уже научилась распознавать все чувства мальчика по выражению его лица, и теперь поняла, что что-то с ним неладно. Она опустилась возле ребенка на колени. — Джош, ты ведь не убежал с уроков? — Мальчик посмотрел на нее, и Хани увидела, что глаза ребенка полны боли. — Золото мое, что случилось? — Она крепко обняла ребенка.
Надо было выяснить, что произошло в школе, но об этом, похоже, могла рассказать лишь учительница.
— Если ты не скажешь мне, в чем дело, мне придется пойти в школу и обо всем разузнать самой. — Решительно взяв Джоша за руку, Хани направилась к школе.
Попросив мальчика подождать на улице, девушка вошла в класс. Учительница взглянула на нее поверх очков, нацепленных на внушительного вида нос. Это была далеко не молодая женщина — с лицом, покрытым морщинами; ее волосы подернулись сединой. Сухопарая фигура была начисто лишена привлекательных женских округлостей. Несмотря на жару, коричневое платье учительницы было застегнуто на все пуговицы.
— Чем я могу вам помочь? — спросила она кислым тоном.
Синтия Нельсон говорила Хани, что школьная учительница была женой Гирама Вебстера — мэра Стоктона. Однако в этот момент девушке было наплевать, кто перед ней.
— Если вы не возражаете, миссис Вебстер, я бы хотела поговорить с вами. Учительница встала.
— Дети, можете выйти погулять. Съешьте ленч, но не вздумайте шуметь и бегать. — Она сердито посмотрела на одного из старших ребят: — Все понятно, Джемс Кэбот?
Дети схватили свои коробочки с едой и бросились вон из класса.
— Так чем я могу помочь вам, мисс?..
— Бер, — подсказала Хани. — Я — няня Джоша.
— Ах да. Я слышала о вас. — В ее голосе звучало явное неодобрение.
— Я бы хотела узнать, почему Джошуа пришел домой так рано.
— Я предпочту обсудить это с шерифом Маккензи, мисс Бер.
— За ребенка отвечаю я, так что смело можете говорить со мною, миссис Вебстер.
— Что ж, хорошо, мисс Бер. Я отправила Джоша домой, потому что он мешал занятиям.
— Что? Джош мешал занятиям? — удивленно воскликнула девушка. — Да он же не издает ни звука!
