инструменту прибегают слабые умом, не знающие ничего другого. Его способ был гораздо лучше. Он больше не притронется к Мелиссе до тех пор, пока не решит, что она готова принять его ласки и сама желает этого.
И она уже была близка. Очень близка.
Он видел, как у нее в глазах угасает последняя искорка надежды. На какое-то краткое мгновение вкусив воды, Мелисса затем провела много времени без сна, без еды, полностью раздетая. Когда нарушится ее способность рационально мыслить и регулировать температуру собственного тела, она будет жаждать его возвращения.
И тогда они насладятся своей любовью. Он вернулся мыслями к предшественнице Мелиссы. Ее звали Хейли Гаррет. Хейли умоляла не столько о еде, сколько о тепле и возможности выспаться. Когда он наконец пришел к ней в холодную камеру после нескольких дней лишения, она буквально бросилась в его объятия. Он вспомнил прикосновение ее ледяной кожи. Хейли страстно желала человеческого тепла, и он с готовностью дал его ей. Она узнала цену, которую должна заплатить, и не колебалась ни мгновения, раскрывшись перед ним во всех отношениях.
В ту ночь у них была восхитительная любовь. Хейли отвечала на его поцелуи, нежно гладила его, шептала его имя, когда он проникал в нее.
А затем она раскрыла свою истинную сущность.
В то мгновение, когда он испытывал верх блаженства, Хейли ударила его ладонью по носу. Она дралась словно одержимая, и ему потребовалось приложить все свои силы, чтобы справиться с ней. Все предыдущее было лишь представлением. Хейли не полюбила его. И не собиралась любить. Она его обманула. Еще одно смазливое лицо, говорящее красивую ложь…
И посему Хейли заняла свое место рядом с остальными, чьи сердца были взвешены и признаны недостойными.
Оторвавшись от мрачных мыслей о прошлом, он снова стал наблюдать за Мелиссой. Скоро, очень скоро она в прямом и в переносном смысле будет есть у него с руки…
Мелисса расхаживала по тесной камере в тех пределах, в каких позволял ремень, привязанный к опутинке у нее на ноге. Вдруг она без предупреждения остановилась, запрокинула голову назад и крикнула в пустоту вокруг:
– Что вам от меня нужно?
После многих часов тишины ее охватило отчаяние.
– Мне нужна ты, целиком, – сказал он в микрофон.
Вздрогнув от неожиданности, Мелисса описала круг, стараясь определить источник этого бестелесного голоса. Он знал, что она ничего не найдет.
– Где вы? – Ее голос отразился эхом от стен из шлакоблоков вокруг.
Он ответил вопросом на вопрос:
– Ты хочешь есть?
На этот раз ответ прозвучал едва слышно:
– У-умираю от голода.
– Замерзла?
– Околела.
– Устала?
– Я даже не знаю, какой сегодня день, – сказала Мелисса. – Почему вы не даете мне спать?
– Ты отдохнешь, когда заслужишь это. То же самое касается еды.
Дрожа всем своим телом, Мелисса бессильно опустилась на пол. Он понял, что она всхлипывает: воля ее сломлена, надежд не осталось. Он облизнул губы в предвкушении того, что вновь прикоснется к ней…
Сегодня вечером он приручит свою самую новую птичку.
Глава 23
Нина посмотрела на Брек.
– Ты говорила о том, что поделишься с нами и другими находками, когда к нам присоединится Перес.
– Я уже здесь, – сказал Перес. – Что там у тебя?
Брек буквально вибрировала от возбуждения.
– Пока Геррера и Кент общались по видеосвязи с УПФ, а Перес занимался следовательской работой, мы с Уэйдом глубоко погрузились в историю Древнего Египта.
Пока Брек выводила изображение Тутанхамона в Большом египетском музее, недавно построенном недалеко от пирамид в Гизе, нить повествования перехватил Уэйд.
– Время мумифицирования варьировалось в зависимости от общественного положения умершего, – начал он. – На всех этапах процесса принимал участие жрец – обыкновенно одетый Анубисом, богом с головой шакала, – который совершал священные обряды и читал молитвы. – Уэйд указал на экран. – На то, чтобы мумифицировать тело фараона Тутанхамона, потребовалось семьдесят дней.
Брек снова ткнула в гладкую поверхность стола, вызывая изображение темно-коричневого сморщенного высушенного тела. По тому, что она видела в учебниках истории, Нина узнала распеленатую мумию.
– Как я уже говорил, – продолжал Уэйд, – после смерти жрецы извлекали головной мозг через ноздри. Внутренние органы удалялись, брюшная полость очищалась вином и ароматическими отварами, после чего заполнялась специями – в том числе содой, которой также посыпалось снаружи все тело. В более позднюю эпоху внутренние органы заворачивались и помещались обратно в брюшную полость.
Нина с удивлением отметила, что прежнее отвращение Брек, вызванное описанием жестоких ритуалов, испарилось в ходе поисков в интернете. Брек смогла совладать с ужасом, порожденным тем, что произошло с жертвами, ради того чтобы эффективно изучить все факты.
– Белые гранулы, которые мы видели на телах жертв, – сказала Брек, – представляют собой заменитель соды. В древние времена встречающийся в природе карбонат натрия использовался при бальзамировании для обезвоживания тканей. По своему действию он похож на смесь соли и пищевой соды, которую использовал непр.
Нина задумалась над вопросом времени.
– Если убийца повторил процесс, который использовался для мумифицирования тела фараона Тутанхамона – что весьма вероятно, поскольку этот процесс так хорошо задокументирован, – он должен был работать с каждым телом по семьдесят дней.
– После чего ему еще предстояло вымыть тела и запеленать их в льняные бинты, – подхватил ее мысль Уэйд. – Следовательно, можно предположить, что полностью спеленатые жертвы мертвы по крайней мере два с половиной месяца.
– Можно установить источник происхождения тканей, которые были использованы? – спросил Кент.
Все посмотрели на Переса.
– По дороге сюда я переговорил с начальником криминалистической лаборатории, – сказал тот. – Она ответила, что эксперты попробуют найти что-либо более определенное, но первый анализ показывает, что полосы шириной шесть дюймов, использовавшиеся для пеленания, были отрезаны от обычных белых хлопчатобумажных простыней, которые можно купить в любом универмаге. – Следователь пожал плечами. – На них не было ни клейма, ни этикетки.
– Я полагал, тела были доставлены в судебно-медицинскую лабораторию, – удивился Хейзел.
– Прежде чем отвозить жертв, криминалисты взяли образцы тканей, – объяснил Перес. – Начать анализ нужно было как можно быстрее.
Нина оценила подобную оперативность.
– По-видимому, отследить бинты для пеленания и страусиные перья будет непросто, – сказала она. – Похоже, преступник знал, что к чему, и не использовал никакой редкой экзотики.
– Он спятивший псих, – заметила Брек. – Но при этом далеко не дурак.
Уэйд вернул разговор обратно к найденным уликам.
– Учитывая то, сколько времени занимает процесс мумификации, можно предположить, что полностью сохранившиеся останки слева, вероятно, принадлежат первой жертве, Сэнди Оуэнс, которую в последний раз видели второго декабря прошлого года, и Черил Гроувер, пропавшей двенадцатого декабря. Эмили Мейкон была похищена уже
