уху. – Не берите в голову.
– Вы говорили об убийстве, – напомнила Сара.
– Да. – Маркус положил вилку рядом и перестал жевать.
– Вы что-то видели? Видели, как это…
– Нет, к сожалению, нет. Я видел только труп. Женщина лет тридцати.
– Труп? – Глаза Сары расширились.
– Да, в квартире напротив. Я позвонил брату, и он приехал.
– Ваш брат?
– Да, сегодня он как раз был на службе.
– Ах да, вы говорили, что он полицейский…
– Вы не знали, кто там жил и как давно заселился?
– Где, вы сказали?
– Квартира девять, напротив моей.
«Или она слишком глупа, или придуривается», – подумал Хейз.
– Напротив вашей? Разве там кто-то жил?
– Не видели, значит…
– Увы, нет.
– И никто не видел.
– Это ужасно, – сказала Сара, – увидеть такое. Сколько практики в медицинском, а от трупов все равно передергивает.
«Значит, не все еще в ней мертво, если передергивает», – подумал он.
– А вот мне не привыкать.
– Ну да, ну да, – она кивала, – полицейские что только не видят… Странно, что об этом никто не говорит.
– Почему же никто, а выпуск новостей? Его повторяли, когда вы вышли ко мне.
– Так вы об этом убийстве? – удивилась она. – Вы о нем?
– О нем, – Маркус кивнул.
– Разве это у нас?
– В том-то и дело.
– Какой ужас… – Она промокнула губы салфеткой.
– Да обычное дело, – буркнул Маркус. – Не для всех, конечно, не для всех…
– И кем она была?
– Я не знаю, и никто не знает.
– А что говорит ваш брат?
– Чтобы я не лез в это дело.
– Я думаю, он прав.
– С чего бы это?
– Такими делами должна заниматься полиция, Маркус. – Сара положила свою руку на его. – Вы же уже не полицейский. Зачем вам в это лезть?
Маркус молчал и смотрел на нее, в ее полные сочувствия глаза, в ее полное спокойствия лицо. Ему казалось, он где-то ее видел, когда-то очень давно. Она знала, что он вдовец. И почему вдовам не сочувствуют так же…
– Вы так и не нашли свои ключи? – Сара решила сменить тему.
– Нет, не нашел.
– Я попрошу управляющего зайти к вам. Знаете, я тоже постоянно теряла ключи, пока однажды не купила себе…
Маркус посмотрел через плечо Сары – там за дальним столиком сидел мистер Густав Лембек и медленно чавкал салатом.
– …и вот этот самый брелок с таким грохотом упал…
– Простите, – сказал Маркус и встал из-за стола.
– Вы уже уходите? – удивилась Сара.
– Я сейчас, я сейчас вернусь…
Оставив Сару одну, Маркус направился к дальнему столику. Тот стоял возле самого туалета, из-за чего Густава то и дело задевали дверью, а он то и дело извинялся и отодвигал стул.
– Не лучше ли пересесть? – сказал Хейз, присаживаясь рядом.
– Мне и здесь хорошо, – буркнул мистер Лембек. – А вы разве не с Сарой сидите?
– С ней, но сейчас мне нужны вы.
– Я? – удивился он.
– Я не отниму у вас много времени.
– Надеюсь, – буркнул тот.
– Полагаю, вы уже слышали?
– Слышал о чем?
– Вы не знаете, жил ли кто-то в квартире напротив моей?
– Напротив вашей?
– Да, девятый номер.
– Я не знаю, я не…
– Женщина, светлые волосы, лет тридцати.
Густав затеребил салфетку.
– Не слышал я ни про какую женщину.
– Как вы думаете, мог ли кто-то заселиться в эту квартиру недавно?
– Почему вы у меня об этом спрашиваете? – Густав Лембек перегнулся через стол. – По-вашему, я должен следить за всеми жильцами? По-вашему, я слежу?
– У нас их не так уж много, я лишь спросил, не знаете ли вы. Может, вы были знакомы…
– С чего вы взяли, что я могу быть знаком с посторонними женщинами? К тому же вчера ко мне приезжала жена.
– Жена? – удивился Маркус. Жаль, он ее не застал, она не так часто бывала у него.
– Да, жена. Мы около года жили отдельно, а теперь, знаете ли, решили попробовать снова. Пока что не съехались, но все к тому идет. И никаких девушек ко мне приплетать не надо.
– Значит, все-таки видели?
– Никого я не видел. А почему вы спрашиваете?
– Сегодня в нашем доме произошло убийство.
– Убийство? У нас? – воскликнул он.
Все в кафе обернулись.
– Да, в девятой квартире. – Маркус перешел на шепот. – Не привлекайте внимания, каждый может быть причастен.
– Это немыслимо! – Густав тоже перешел на шепот. – А полицию вызывали?
– Да, она приезжала, труп уже увезли.
– Какой кошмар…
– Вы не слышали ничего подозрительного?
– Я сплю со снотворным, мистер Хейз, и встал только что. К сожалению, мог и не услышать.
– Со снотворным?
– Да, иначе не могу заснуть.
– Почему?
– Кто ж его знает… нервы, старость, жизнь… – И он как-то криво ухмыльнулся.
– Значит, слышать вы ничего не могли?
– К сожалению, нет. Эти таблетки, знаете ли, – он достал из кармана бутылек и потряс им, – та еще штука. И быка вырубить могут. Вам, кстати, не надо?
– Нет-нет, спасибо.
Хейз обернулся. Сара уже ушла. Как некрасиво получилось, подумал он.
– Выпьешь одну и спишь как младенец…
– Я к вам еще зайду, – сказал Маркус и вышел из-за стола.
«Интересно, для чего», – подумал Густав.
– Заходите, заходите… – Он снова криво ухмыльнулся.
Маркус поплелся к себе. Он чувствовал себя как тогда, много лет назад, когда первый раз пришел на работу: никто не подпускал его к серьезным делам, никто не доверял юнцу. Сейчас его тоже списали – невозможно доверять полицейскому с тремором рук и больным коленом… Ну хорошо, может, у него и забрали оружие, но право думать, право расследовать это убийство у него забрать не могли. Эта женщина стояла у него перед глазами, он никак не мог забыть ее лицо. Хорошо, что именно он ее обнаружил.
«Хорошо, – думал Маркус, поднимаясь по лестнице, – хорошо, что последнее мертвое тело, которое я видел, не было телом моей жены». Теперь не ее застывшее лицо будет всплывать в его памяти, теперь ее место займет другая.
Да, он тоже иногда себе врал.
Маркус повернул ручку двери.
– Заходи кто хочешь, бери что хочешь, – ворчал он, хотя брать-то у него было и нечего.
Затем снял обувь и рухнул на кровать.
«Кто же ты, – думал Хейз, смотря в потолок, – кто мог тебя убить…»
Еще минут с десять он пролежал неподвижно, обхватив руками уставшую голову, потом резко сел, взял телефон и прислонил трубку к уху. Пальцы набрали привычный номер.
– Алло, Кристофер, это я.
– Слушаю тебя, Марк.
– К вам уже приезжала пресса?
– Сегодня утром, а откуда ты знаешь?
– По телевизору видел.
– У тебя появился телевизор?
– Не заговаривай мне зубы, я в то время был у соседки.
– Понятно.
– Ты
