оставшиеся на руке – попросту забыла их снять. Ого, а время-то к вечеру… — Надеюсь, мастер не приходил, пока я спала, некрасиво получилось бы, в первый же день…
— Не волнуйся, Лана Иверси, первый день – целиком твой. Разве Освальдо не сказал?
Лана завертела головой.
— Не туда смотришь. Вот он я! — на полку перед Ланой откуда-то сверху (может, из очередного люка в стене?) спрыгнул… будильник! Круглый, с белым циферблатом и красной кнопкой на макушке, на четырех черных ножках — точь-в-точь такой, какие продаются в любом часовом магазинчике! Вот только будильники из магазинов точно не умеют прыгать и говорить!
— Ты… вы… тоже голем?
— Твой личный органайзер! — гордо заявил будильник. И добавил снисходительно: — Можно на «ты», я не против. Нам, в конце концов, предстоит долго и плодотворно работать вместе.
— Очень приятно, — растерянно сказала Лана. Похоже, что чего-то очень важного о големах она не знала.
— Итак, начинаем работать, — были бы у будильника руки, он бы точно сейчас потер ладонью о ладонь. — Что ты должна сегодня успеть, Лана Иверси? Расскажи, а я дополню!
ГЛАВА 9. В дело вступает дедушка
Эгер сидел в небольшом кафе в двух кварталах от школы, почти пустом сейчас. Людно здесь будет после занятий, когда сытые по уши гранитом науки школьники наконец-то выберутся за пищей более материальной и вкусной. Пока же, кроме него, на все кафе только и было посетителей, что пожилая семейная пара с внучкой лет четырех-пяти. Что пара – семейная, а кареглазая рыженькая девчушка с огромным белым бантом на макушке – именно внучка, Эгер не предположил и не по аурам высмотрел, просто ребенок оказался шумным и непосредственным. За каких-то пять минут Эгер услышал, какую сказку вчера читала ей перед сном мама и какую сегодня она хочет услышать от «бабуленьки», какую куклу обещал на день рождения папочка и почему для этой куклы обязательно-обязательно нужен кукольный домик, и какой кукольный домик у куклы «этой задаваки Винсы», так что уже голова кругом шла.
Если бы вся задача была в том, чтобы посматривать в окно на ведущий к дому Рекмарса переулок, Эгер сбежал бы и нашел укромное место для наблюдения на улице. Да хоть в том же школьном парке! Но ему назначили встречу именно в этом кафе. Причем он даже не знал, кого ждет! Позвонил Зурабия, сказал: будь там-то и там-то во столько-то. Так надо, тебе все объяснят на месте. Нет, это нормально вообще?! Но, хочешь не хочешь, Зурабия теперь то ли его непосредственное начальство, то ли представитель начальства, в любом случае – имеет право приказывать.
— Хорошего дня, юноша, — напротив Эгера, бесшумно отодвинув стул, опустился мужчина. Не спросил, можно ли составить компанию, значит…
— Хорошего дня, — отозвался Эгер. — Я верно понял, это вас я жду?
— Меня, юноша, меня, — незнакомец поднял руку, подзывая официанта, заказал два кофе и только потом представился: — Эрдар Зорг.
— Тот самый?! — вырвалось у Эгера.
— Насколько я знаю, второго нет, — усмехнулся лучший дипломат Дагарии.
Эгер смотрел на него с откровенным любопытством – и не видел ничего особенного. Этот мужчина средних лет, полноватый, с аккуратной короткой стрижкой и гладко выбритым круглым лицом, легко затерялся бы хоть в уличной толпе, хоть на светском вечере. Даже взгляд его не выдавал: почему-то Эгер думал, что люди такой профессии и такого уровня непременно должны смотреть остро, пристально или хотя бы многозначительно, но серые глаза Эрдара Зорга казались почти сонными. И весь он выглядел мирным, расслабленным обывателем, для которого весь мир сейчас — в его утренней чашечке кофе.
— Наша с вами задача, юноша, на первый взгляд очень проста, — негромко и как-то очень обыденно сообщил Зорг, сделав несколько глотков ароматного напитка. — У нас есть данные из реестра гильдии артефакторов об учениках магистра Рекмарса. Четверо, не считая Ланы. Надо выяснить, совпадают ли эти данные с реальным положением дел. Как часто ученики выходят в город и зачем: по поручениям мастера или это их личное время. Настроены ли они делиться впечатлениями об ученичестве и рекомендовать его друзьям и знакомым. Довольны они или нет. Короче говоря, нам нужна максимально полная картина.
— И просто это только на первый взгляд, — пробормотал Эгер.
— Не узнаем, пока не проверим, — философски отозвался Зорг. — Как бы вы предложили подступиться к этой задаче?
Возникло отчетливое ощущение, что его проверяют. На что и зачем, уже второй вопрос. Может, на профпригодность как агента ИСБ, а может, и на то, достоин ли он войти в семью потомственных дипломатов. Как бы то ни было, задумался Эгер всерьез. Зорг не торопил. Пил кофе, скользил сонным взглядом по улице за окном.
— Я бы начал с родственников, — сказал Эгер. — Отлавливать незнакомых людей на улице и выспрашивать об их ученичестве – явно плохая идея. Но родным они наверняка рассказывают, как у них дела.
— Верно, — Зорг отпил кофе и едва заметно кивнул. — Рассказывают. Я уже кое с кем пообщался. Общее впечатление – они там вовсю превозмогают ради светлого будущего. Причем свято верят в это самое будущее, совершенно не задумываясь об альтернативах.
— Как Лана, — не выдержал Эгер.
— Хотя не у всех такое сложное положение, как у Иверси, — Зорг поймал удивленный взгляд Эгера и пояснил: — Я всю семью сейчас имею в виду, не только Лану. Да, Лана… К ее бы решительности немного трезвого ума, цены бы девочке не было.
— Лана умная! — возразил Эгер.
— А я вот не уверен, — хмыкнул Зорг. — Задатки у нее точно есть, но думать не научена. Критическое мышление и навык добывать и проверять информацию отсутствуют в принципе. И даже не спорьте, юноша! Будь я не прав, она сидела бы сейчас с нами, а не занималась невесть чем у Рекмарса.
Пока Эгер судорожно подбирал аргументы для ответа, Зорг допил свой кофе, отодвинул чашку и с едва заметным вздохом произнес:
— Проблема очень многих людей в том, что они хватаются за первый же подвернувшийся вариант. Особенно если его подсовывает уважаемый человек. Преподаватель, ректор, глава гильдии… Проверять информацию и сопоставлять возможности – вот чему должны бы учить вас в школах, но не учат.
Возразить было нечего: Эгер помнил
