щеткой, которой совсем недавно пользовался Павел. Думаю, кунилингус в его исполнении является негласным разрешением воспользоваться данной атрибутикой личной гигиены.
Вышла из душа, обнаружив полотенце на тумбочке. Обтерлась, и по волосам прошлась несколько раз. Тюрбан крутить не было никакого желания, да и без него волосы быстрее высохнут.
Взглянула на свое отражение. Да, красавица, хотя уже и не спящая. Тушь и подводка не смылись до конца, надежно осев на нижнем веке. Панда, не иначе. Ладно, надеюсь Павел не из пугливых.
Вернулась в спальню. Переоделась в платье, чулки. Белье надевать не стала, скручивая бюстгальтер и трусики с поясом для чулок. Жалко, что клатч маленький, все не поместится.
Дальше держала свой путь в гостиную, а там уже и на кухню, ведомая инстинктами кофемана, учуявшего запах любимого напитка Богов.
Кофе, кстати, был отличный.
Зажмурилась от удовольствия, делая второй глоток бодрящего напитка.
— Сегодня в семь за тобой заеду. — Чуть не выплюнула кофе на барную стойку. Пришлось приложить все усилия, чтобы оставить напиток внутри. Даже слезы на глаза навернулись.
— Зачем? — спросила я, после того как все-таки проглотила кофе.
— Затем, — прозвучал лаконичный ответ.
— Отлично. А о моих планах ты спросить не хочешь?
— Нет.
— Почему? — я даже опешила от такого ответа.
— Потому что я знаю, что сегодня в семь ты будешь со мной.
Вот же, вот же… Никак не могла подобрать определение Павлу, мечась внутри от противоположных эмоций. Мне было приятно и в то же время непривычно. Получается, я опять осталась без права выбора.
— Я согласую со своим секретарем график встреч и дам ответ в течении дня, — сказала я, довольно улыбаясь, глядя как у Павла на лице заходили желваки. В два глотка допила кофе. Соскочила с барного стула, собрала с дивана свои пожитки в виде бюстгальтера, трусов, пояса, клатча и телефона. — Все, я готова.
Павел последовал за мной в коридор. Положила на пуф свою драгоценную ношу.
— Не продует? — спросил он. Какой прозрачный намек.
— Нет, если держать рот закрытым.
Улыбнулся, подождал, пока я надену туфли. Сам подхватил мои пожитки вместе с клатчем и телефоном. Открыл все замки, толкнул дверь.
— Прошу.
— Премного благодарна, — вышла в общий коридор. Подождала, пока Павел закроет дверь на все свои засовы. Наверное, меня это уже не столько коробило, сколько вызывало интерес.
Спрашивать ничего не стала. Если разобраться, взгляни я на себя со стороны, тоже нашла бы парочку жирных тараканов. А наличие нескольких замков определенно не идет ни в какое сравнение с тем же флоггером…
Прошли к лифту. Павел нажал на кнопку вызова. На этот раз к нам в кабину никто не подсел. Как только двери лифта закрылись, Павел притянул меня к себе, поцеловал. Опустил руку на ягодицы, собирая гармошкой ткань платья. В зеркальных стенах лифта я видела свое отражение, Павел тоже не сводил глаз с зеркал. Сжал пальцами ягодицу, оставляя на коже белые отметины, которые тут же исчезали, когда сжатие сменялось поглаживанием.
Как жалко, что лифт двигался с такой скоростью. Я определенно хотела продолжения…
Павел оправил на мне платье как раз к тому моменту, когда кабина остановилась, качнулась, замерла на месте, открывая перед нами свои двери.
Вышли на улицу. Я сразу же поежилась. Да, наверное в трусах было бы теплее.
— Держи. — Павел снял с себя пиджак и накинул его мне на плечи. Утонула, словно в балахоне. Пиджак своей длиной конкурировал с моим платьем. Запахнулась. Знакомый аромат парфюма окутал меня.
— Спасибо.
Мы подошли к уже заведенной машине. Паша помог мне сесть в салон уже прогретого автомобиля.
Сбросила туфли, залезая с ногами на пассажирское сиденье. Вот теперь мне вообще отлично, еще бы вторую кружку крепкого кофе дерябнуть, дабы так в сон не морило…
Проснулась я от телефонного звонка. Надрывался не мой телефон, Павла. Он достал его из нагрудного кармана, посмотрел на экран, нахмурился.
— Да! — Вздрогнула от его такого резкого голоса. — Спасибо. Нормально. Нет, не могу. Пока.
Женский голос, показаться мне не могло. Интересно, кто же звонил…
Сон как рукой сняло.
Павел все еще продолжал хмуриться, набирая скорость и обгоняя еще не проснувшихся водителей.
Спросить или не стоит?
Нет, лучше оставить его в покое.
Скоро мы подъехали к дому. Паша вышел, помог выйти и мне. Отдала пиджак и забрала у него свою поклажу.
— В семь, — напомнил он таким голосом, что я даже про секретаря шутить не стала. Пусть остынет.
Пошла к дому, доставая из клатча ключи от сигнализации, выдвижных ворот и, непосредственно, самого дома.
Нет, ну все-таки кто же ему звонил? С кем можно так грубо разговаривать? Навряд ли это мама или сестра…
Я не понЯла!
— Доброе утро, Надежда Сергеевна.
— Доброе, Танюша. Кофе, эээ, черный и двойной, пожалуйста. — Боже, как всем удается быть такими бодрыми с утра?
Тот заряд энергии, полученный после звонка на телефон Павлу от неизвестной мне дамы, давно был израсходован на утренние сборы. Мой биоритм, который был запущен в действие на два часа раньше обычного, вовсю протестовал.
Подавила очередной зевок, толкнула дверь и вошла в свой кабинет.
Минуты тянулись непозволительно долго. На утренней планерке я поймала себя на том, что просто отключилась на долю секунды. Надеюсь, никто из работников не заметил, что директор прикорнул малехо. А еще надеюсь, что сделала это без храпа.
К обеду в моей голове немного разъяснилось, а в Танюшиных кофейных запасах заметно поубавилось.
К четырем часам я засобиралась в салон. Макияж, прическа… Хотя к этому моменту еще до конца не решила, соглашаться ли на встречу с Павлом или же встать в позу.
Встать в позу… Если в такую же, что и ночью, то я была бы не против.
Нет бы, взять да пригласить по-человечески. А не вот это вот все — в семь ты будешь моя. Угроза или обещание?
Самоуверенный, наглый, но… такой охеренный любовник.
Да, это определенно большой жирный плюс, который сложно игнорировать.
В любом случае, даже если я откажусь от встречи, то сделаю это красиво, чтобы потом Паша искусал в одинокой ночи до крови свои локти и пятки от такого облома. А вдруг не в одинокой, и даже кусать не будет…
Кто же ему все-таки звонил?
Домой вернулась в шесть часов. Оставшегося времени хватило, чтобы поменять деловой брючный костюм на коктейльное платье — не броско, но со вкусом и нет такого явного подтекста, что я специально
