Ничего, справились. Правда всё участие Захара в драке с прущими наверх тварями свелось к заботам о впавшем в транс Георгии. Сноходец тихо просидел в уголке, пока оборотень отмахивался ножом от норовящей подобраться ближе Росомахи. Рукопашная длилась минут пять, а потом Прозрачники вдруг растеряли весь пыл и отступили. Обитателей Башни больше не беспокоили, занимаясь своими малопонятными делами. Чего уж такого особенного он сотворил, Георгий не сказал, а Захар и не настаивал: в дела чёртовых колдунов лучше не лезть…
— Это ещё что за ерунда? — сбил его с мысли шагавший рядом боец.
Из раскрытого канализационного люка вырвалось облако пара, густое как кисель. В нём происходили непонятные процессы, оно бугрилось и кипело. Изнутри шло, медленно разгораясь, багровое свечение.
И вдруг внезапная вспышка. Бурлящее марево закрутилось на месте и рвануло вверх, вытянувшись веретеном. Сравнявшись с уличными фонарями, столб перестал расти и замер, покачиваясь.
— Командир, что нам делать-то?! — крикнул кто-то.
— Ждать!
Группа успела укрыться в развалинах небольшого магазинчика. Захар с усмешкой покосился на товарищей. Не все успели привыкнуть к городским фортелям. Необычные явления многих пугали до дрожи. А чего, спрашивается, бояться?! У них два пути: или принять бой, если явление опасно и ему возможно нанести вред, или бежать. Когда знаешь, что делать, становится спокойнее на душе.
— Смотрите, смотрите!!!
Столб начал меняться. Поверхность пошла пятнами, как в сломанном телевизоре побежали цветные полосы. Воздух низко загудел.
— Приготовиться… — не скрываясь рявкнул Кардинал, но, к чему именно готовиться, сказать не успел.
Загадочное образование взорвалось. Водопад маслянистых брызг захлестнул развалины. Утробный вой иглами проник под кожу, бередя нервы и отзываясь гулом в костях. От густой удушливой вони спёрло дыхание, желудок немедленно скрутил спазм, и Ненахова вывернуло наизнанку…
Захар пришёл в себя, стоя на коленях и избавляясь от остатков завтрака. Кругом раздавались стоны и характерные звуки. Кто-то тоненько всхлипывал.
— Герои сраные! — самокритично высказался Захар, вытирая рот.
Грохнувший выстрел заставил его вздрогнуть. На обломке стены стоял Кардинал и с двух рук стрелял в сторону колодца.
— Чёрт! — Захар подхватил автомат и поднялся с колен. Хватило одного взгляда в пролом, чтобы с чувством повторить: — Чёрт!
Наружу выбирались покрытые слизью многоножки размером с человека, серые, в фиолетовую полоску. Вдоль длинных тел тянулась шевелящаяся бахрома. Какая же мерзость! У Захара к горлу опять подступил комок.
На его глазах одна из пуль пробила панцирь твари, и она начала биться на потрескавшемся асфальте. Её товарки начали обходить раненую, целеустремлённо двигаясь к развалинам.
— А ну вставайте, сучьи дети!!! — заорал Захар, пнув под рёбра ближайшего бойца. Автомат запрыгал в руках, огрызаясь короткими очередями. Пули рвали многоножек на части, отбрасывали обратно в колодец. Его поддержали стрельбой ещё несколько человек…
— Твари, господи, какие же твари… — закричал кто-то, задыхаясь. Вонь перебил запах бензина, зачиркало колёсико зажигалки. В Башне имелся небольшой запас коктейлей Молотова, и кто-то захватил с собой бутылку. Через мгновение огненный заряд скрылся в люке, вверх взметнулось пламя. Поток многоножек прервался. Успевших выбраться наружу гадин добили прицельными выстрелами, а потом спихнули в огонь…
— Командир, что это было? — спросил Захар.
— Чёрт его знает. Представители местной фауны. Как и всякое здешнее зверьё, обладают некоторыми способностями. Возможно, в колодце было их гнездо, или на нас напали молодые особи. А вся эта цветомузыка с паром предназначалась для того, чтобы разогнать хищников или ошеломить добычу… Кто знает…
Захар ощущал брезгливость, с которой Кардинал изучал группу. От него не разило, как от помойки, одежда оставалась чистой. Чего не скажешь об остальных. Меченые хотя бы успели оклематься после выворачивающей нутро атаки, а вот кое-кого всё ещё тошнило.
— Кардинал, может вернёмся? — тихо сказал Захар. — Случись что, половина всё равно не вояки…
— Нет, — раздражённо сказал Хмурый. — У вас есть полчаса, чтобы привести себя в порядок. Болезненные симптомы я сниму, но дальше сами…
Бравый поход к Вратам обернулся фарсом. Невозможно воспринимать себя серьёзно, благоухая ароматами канализации. Остаётся либо ненавидеть весь белый свет, либо смотреть на происходящее с иронией. Захар предпочитал последнее. Жаль, не все товарищи разделяли его взгляды. Двое бойцов едва не подрались из-за невинной шутки. Пришлось вмешаться Кардиналу. Уж кто-то, а он был действительно не в духе, и забиякам не поздоровилось. Дальше двинулись всё-таки с опозданием.
…Во дворе школы, напротив которой и находились Врата, группа сделала привал. Укрылись за гаражами, не рискуя двигаться дальше без разведки. В прошлый раз они уже потеряли здесь одного бойца. Второй раз наступать на те же грабли не хотелось.
Не тратя времени зря, Кардинал сел на землю и погрузился в транс. У него имелись свои методы поиска врага. Как и Вадим, Захар научился доверять чутью командира и теперь успокаивал не понимающих происходящего новичков. Забавно, но за последние недели с ним случилось столько всего, что себя новичком он больше не воспринимал.
— На первом и втором чисто. На третьем две пары с чем-то огнестрельным, точно не скажу, — сказал Кардинал, разлепив глаза. — Какие дела в котельной и зарослях через дорогу не скажу — слишком далеко.
— А крыша?
— Чисто.
Вражеская диспозиция показалась Захару достаточно правдоподобной. Четырёх стволов хватит, чтобы разделать двигающуюся по улице группу под орех. Наверняка и на другой стороне улицы засели стрелки, а под перекрёстным огнём они вряд ли долго протянут. Так что идея зайти с тыла была правильной.
В школу вошли через разбитое окно: Кардинал — первый, остальные — следом. Внутри царил полный разгром, словно когда-то сюда наведались бывшие ученики и отыгрались за все мучения. Двери выломаны, всюду нагажено, валяются обрывки тетрадей и учебников. Захар шёпотом выругался. Гибель цивилизации начинается не с нищеты, голода или поражений в войне, а с разрушенных школ. Несмотря на все усилия, человечество в их лице летело в пропасть…
Около спортзала они остановились. Когда-то здесь шёл нешуточный бой. Стены изрешечены пулями, а железные двери сорваны взрывом. У окна на изогнутой трубе висело иссохшее тело. Захар поначалу принял его за человеческое, но потом разглядел здоровенные клыки, необычные скулы, длинный острый подбородок, наросты на черепе, позвонках и суставах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
