— Как он?
— Вроде затихает… Уже не рычит, на нас не кидается, — пробасил кто-то из «тарасовцев».
— Я бы не рекомендовал расслабляться, — сказал Кардинал. Он подошёл к припадочному, наклонился и громким шёпотом произнёс: — Ты ведь меня слышишь, да? Конечно, слышишь… Так вот, он пришёл. Захар, которого ты так хотел увидеть, пришёл. Можешь с ним поговорить. Хочешь?
В его голосе проскальзывали интонации, от которых Ненахову хотелось зарычать и перекинуться в клыкастого монстра. На всякий случай. Остальные тоже, ощутив нечто похожее, начали медленно пятиться…
Псих дёрнулся, как от удара током. Тихо подвывая, он выгнулся дугой, почти сделав «мостик», замер на миг и рухнул обратно. Тело обмякло, как будто из него выдернули стержень.
— Зах-хар! — Челюсть тряслась, губы едва шевелились. Он не говорил, проталкивал слова. — Г-где Зах-хар?!
— Здесь я, здесь! — Захар вышел вперёд. — Что хотел передать?
Незнакомец вёл себя всё более странно. Лицо окаменело, глаза ничего не выражали. Из левой ноздри по щеке побежала тёмная капля. Что-то не то творится с пленником, совсем не то.
— Не гневи Великого Сквориш-ша, Захар! — Речь психа зазвучала неожиданно внятно. — Перестань сопротивляться. Склони голову и прими его волю…
— О чём ты говоришь?!
— Покорись… Приди в Храм и раскрой душу, чтобы приобщиться к его могуществу!
— Иди к дьяволу, придурок! — не сдержался Ненахов. От названного имени в висках начинали стучать молоточки, заломило затылок, а в памяти всплывали видения чёрных пауков. Нет уж, он ничего общего с этой гнусью иметь не желает.
— Уже, Зах-хар… уже! — Псих попытался улыбнуться. — Откажешься, и за твоей душой придут избранные слуги. От них невозможно скрыться, они достанут тебя всюду. Даже во сне! И тогда ты пожалеешь, что не достался пожирателям…
— Кардинал, я обязан выслушать этот бред?!
Выкрик Захара разорвал оцепенение. Товарищи, заворожённые силой, звучащей в словах незнакомца, начали приходить в себя.
— Потерпишь, — отмахнулся Хмурый. — Мы подходим к самому интересному…
К незнакомцу словно вернулись силы. Он завозился и встал на колени. С двух сторон его немедленно схватили за плечи.
— Кардинал? — уточнил псих с тихим смешком. — Глупый колдунишка… Ничего, и твой черёд придёт. Думаешь, силу набрал, можешь порядки свои наводить? Дур-рак! Ты тлен, прах под ногами великих…
— Это всё?
— Не спеши… — Сумасшедший качнулся вперёд и затряс пальцем перед лицом Хмурого. Изо рта у него тянулась тонкая ниточка розовой слюны. Кожа вокруг носа почернела. — Знай, Меченый, мир умер, близится час возрождения. Спустились с небес ангелы и открыли избранным путь в райские кущи. Присоединись к братьям, встань на сторону небесного воинства…
Удар прикладом сбил его с ног и заставил замолчать.
— «Дети Мёртвого мира»… И почему я не удивлён? — разочарованно хмыкнул Кардинал. — Уже второй раз посланец заявляется. Правда, в этот раз они решили соригинальничать — отправили одержимого. Забавно…
— Командир, может, тебе и забавно, но я ни черта не понимаю, что происходит! — зло сказал Вадим.
— Тише… Я объясню. У одержимого душа замещена некоей иномировой сущностью, которая может вытворять с телом что угодно, но… с хозяином всё же не сравнится.
— Оттого и припадки? — догадался Захар.
— Да. Кстати, с лёгкой одержимостью ты уже встречался. У Волкова. Надо сказать, тому несчастному повезло, и Артём разобрался со злым духом…
— А этому?
— Этому нет. Перед нами всего лишь пустая оболочка. Временное пристанище для потусторонней твари, порабощённой кем-то из сектантов. Хозяин мёртв.
Один из «тарасовцев» зябко поёжился:
— Жуть какая-то!
— Такова наша жизнь, мой мальчик, — скривился Кардинал. — Такова жизнь.
Задумчивость Хмурого настораживала. Захар нутром чуял неприятности. Да ещё этот повелитель, будь он неладен. Наверняка как-то связан с пауками, а раз так, то ничего хорошего не жди. Он машинально опустил руку в сумочку на поясе и нащупал баночку с солью. Последнее время, Захар предпочитал всегда иметь под рукой столь эффективное средство.
К нему повернулся Кардинал.
— Позже мы с тобой ещё поговорим о повелителях и прочих радостях жизни. Пока меня больше волнуют ангелы… Не имеют ли они чего общего с теми чужаками, на которых Тагир охотится. Как думаешь?
— Не знаю…
— Вот и я тоже, — Хмурый пнул одержимого в голову. — Слушай меня, тварь! Если ответишь, что это за ангелы такие — просто изгоню, а нет — пеняй на себя.
— Это твой ответ, с-смертный? — прошипел псих, перекатываясь на спину.
— Догадайся сам.
— Тогда вот тебе пос-следнее предложение. Не хочешь принимать сторону братьев, не п-принимай. Но и под ногами не мешайся. Перестань натравливать с-своих псов, не лезь на чужую землю… Мы ведь тоже умеем с-ставить палки в колёса.
— О, да вы мне угрожаете?!
— Считай это п-предостережением, — засмеялся одержимый. — Ты ведь любишь тайны, да? Особенно те, что оставили после себя Древние? Лю-юбишь… Смело можешь забыть про одну из них. Ну, ту самую, с Вратами. Говорят… кхе-кхе… с ними что-то случилось.
— Ничего, на мой век секретов хватит, — презрительно бросил Кардинал. — Как мне кажется, ты скоро покинешь это тело, потому… посмотри-ка сюда.
Хмурый сунул под нос одержимому круглое зеркальце, повернув так, чтобы видеть его отражение. Знакомый фокус! Захар скривился от неприятных воспоминаний. Сектанту, или кто он там ещё, не позавидуешь.
— Не смотрите, болваны! — гаркнул Ненахов, заметив как сразу двое «тарасовцев» заглядывают через плечо психа. Те испуганно отшатнулись. Один, видимо, успел что-то разглядеть, потому как начал тереть глаза и вполголоса материться. — Куда лезете?! Забыли, с кем дело имеете? — добавил Захар уже тише.
— А-аа!!! — заорал одержимый, вырываясь. Тело пыталось бежать, а глаза не отрывались от предмета в руках Хмурого. Под немыслимым углом изогнулась шея. Захар почти слышал, как хрустят позвонки.
— Стреляйте ему в затылок… Быстро! — приказал Кардинал, держа психа взглядом. Зеркало почернело и вздулось парусом, норовя вырваться из пластиковой рамы.
Вадим с Захаром переглянулись. Убить безоружного человека не просто.
— Быстрее!!! Он сейчас вырвется!
— Проклятье! — скривился Вадим, вытаскивая пистолет. Бухнул выстрел. К своему стыду Захар ощутил укол радости, что не ему пришлось делать этот выбор.
Как только тело упало, зеркало лопнуло, осыпавшись водопадом осколков. Кардинал уронил рамку и принялся брезгливо отряхивать руки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
