class="p1">Уже начало темнеть, но никаких поселений, где можно было остановиться, по пути не попадалось. Учитель выбрался к ним и, осмотревшись, с сожалением предложил:
— Давайте готовиться к ночлегу здесь...
Лес был густой, и найти в нем подходящую поляну оказалось довольно трудно. Особенно поляну близкую и к дороге, и к речке. Расположились они ближе к воде, а от дороги их должны были укрывать деревья.
Пока устраивали лагерь и заботились о лошадях, уже совсем стемнело. Чжу Баи тоже помогал, словно ничего не произошло, а учитель занимался едой, и, когда они закончили с делами, то рисовая каша была готова. Довольно сносная, даже какой-то травкой приправленная.
— Изначально я думал, что это чья-то шутка… Простите, но даже подумывал на Ван Линг… еще раз простите… Я считал, что цель этого — выставить вас в невыгодном свете. Но, раз это посторонний, и раз Чжу Баи уверен, что я ошибаюсь… Но как ты понял, что я ошибаюсь? Ведь вы оба пытались меня в этом убедить.
Го Хэн ждал, что скажет Чжу Баи, но тот только молчал. Он всегда игнорировал вопросы о проклятии. И все же, как он понял? Может, Чжу Баи думал, что он, его старший, ни за что не позволит себе пошлости в его сторону? Или и раньше позволял?
Учитель вздохнул и сдался:
— Я понимаю. Вам обоим стыдно говорить об этом. Простите…
— Мы так никогда ничего не поймем! — сорвался Да Джиан, уставившись на Го Хэна: — Давай! Скажи то, что ты сказал мне тогда на постоялом дворе!
— То, из-за чего ты на него набросился? — спросила Ван Линг. Го Хэн уже не услышал ее вопроса — кровь стучала в ушах. Он боялся повернуть голову в сторону Чжу Баи. Не хотел признаваться. Нужно было что-то придумать, но как назло в голове была только пустота и нарастающий звон.
И тут до него дошло — он же в мире до скрипа в зубах вежливых и тактичных людей. Никто и не заподозрит, если он не ответит… к тому же сейчас он и выглядел как человек, который слишком нервничал, чтобы отвечать.
— Я не смогу повторить, — наконец, выговорил он и почувствовал облегчение. Да Джиан не выдержал опять и бросил зло:
— Трус!
Теперь уже Го Хэн готов был начать драку, но тут Да Джиан вдруг рухнул назад, потеряв сознание. Пока ученики пытались понять, что произошло, учитель, подняв вверх указательный палец, спокойно произнес:
— Пожалуйста, перенесите его в повозку. Пусть до утра отдохнет и поспит.
Да Джиан был тяжелый и пришлось тащить его втроем. В повозке столик был убран к стене, а по бокам разложили подушки и небольшие куски тканей, которые не могли служить полноценными одеялами, но прикрыть ноги, чтобы не мерзли — сгодились бы.
Когда они закончили и собирались вернуться к костру — упала без чувств Ван Линг. Благо, в это время она и так склонилась над спящим учеником и падение было коротким и наверняка безболезненным. Го Хэн напрягся и ждал, что следующим упадет Чжу Баи или он. Оба замерли и ждали, когда учитель их уложит, но ничего не происходило.
— Разве вы не хотите закончить пораньше? — устало позвал учитель. — Укутайте Ван Линг и возвращайтесь.
Они переглянулись. Чжу Баи выглядел обеспокоенным, можно сказать, на грани паники. Мысли без перерыва крутились в голове, было столько вопросов!.. Но учитель ждал их, а потому не было много времени на обдумывание. Го Хэн вышел первым, снова сел на свое место у костра. Учитель дождался Чжу Баи и осмотрел их внимательно: оба молчали, не глядя ни на него, ни друг на друга.
— Вы оба считаете, что я ошибся. При этом, насколько я знаю, вы не обсуждали это друг с другом. Но такая солидарность… я склонен считать, что вы что-то знаете. И хотел бы это услышать. Почему же вы оба уверены, что я ошибся в трактовании вашего проклятья.
Некоторое время они сидели в тишине, пока учитель не предложил:
— Если вам стыдно, я могу усыпить одного из вас, чтобы услышать второго. И да, то, что вы скажите, останется строго между нами. Мы сами видели, какую реакцию оно вызывает.
— Это не проклятье, — тут же нашел слова Чжу Баи, — потому что оно и раньше действовало так. Еще до того, как мы были прокляты. То, о чем вы говорили, уже было.
Их некогда добрый и понимающий, перед всеми желающий быть хорошим учитель, при этих словах скривился, посмотрев на Чжу Баи так, словно тот его намеренно разочаровывает. Но нужно было что-то делать с этой самой ситуацией, и он продолжил более отчужденным тоном:
— Если быть точным, то это проклятье на соединение. Оно притягивает друг к другу, да. Но если вы считаете, что ничего особо в вашем поведении не изменилось… — он бросил такой же осуждающий взгляд на Го Хэна, словно говоря «Раз ты считаешь, что и раньше попытался бы сорвать с него одежду…» — Дело в том, что это двойное проклятье. Половинка у одного, половинка у другого. Как только вы соединитесь… ну… наверное, мои ученики не знают, как могут соединяться мужчины… но если бы вы нашли способ, сложили вместе ваше проклятье — что-то случилось бы. Возможно даже один из вас умер бы, или был поглощен другим. Скорее всего Чжу Баи поглотил бы — его часть сильнее.
По телу паренька пробежала дрожь. Учитель выглядел не просто огорченным — он теперь словно старался от них отдалиться. Он обернулся на повозку и, не глядя на них, произнес:
— Что ж, мы уже в путешествии… Наше задание важное. Пока мы ездим туда и обратно может быть убита еще одна девушка. Давайте уже по возвращении в школу решим, что с вами делать. Возможно, я смогу найти школу, в которую вас согласятся забрать.
Го Хэну было плевать. На школу, на учителя, на все. Ведь выгоняли его вместе с Чжу Баи, к тому же то, что он сказал, почти слово в слово повторяло причину сомнений и самого Го Хэна! Если без экивоков, то звучать она должна как: «Меня тянуло к нему еще до проклятья».
«Собственно, а чего я удивляюсь? В моем мире мы жили вместе. Да, он пытался сбежать — но он вернулся. Просто Чжу Баи там никогда не говорил об этом. Возможно, из-за обиды». Получалось, что
