class="p1">– С великой гордостью мы смотрим сегодня на эти столы. Наши мальчики стали мужчинами. – Он замолчал и окинул взглядом собравшихся: – Каждый, кто вошел в Оммский лес, вернулся к нам. У кого-то прибавилось шрамов, – его голос принял торжественную мрачность, – но все остались живы. Так бывало не всегда.
Он высоко поднял руку с кружкой.
– Приглашаю всех поднять бокалы за тех юношей, которые сумели возвратиться, и за тех, кто не сумел. За юношей, прошедших Испытание и доказавших право называться мужчинами. За девушек, которым не нужно ничего доказывать!
Шатер заполнили бурные возгласы. Кейлен заметил на лице Эллы самодовольную ухмылку, когда она поднимала свою чашу.
Эрдхарт воздел кружку еще выше, и все присутствующие присоединились к нему. Он повторил ту самую молитву к богам, произнесенную перед уходом юношей в лес:
– Да согреет вас Мать, а Отец защитит. Да направит Воитель вашу руку, а Дева – ваше сердце. Да не даст Кузнец затупиться вашим клинкам, а Мореход – сбиться с пути.
Хор множества голосов повторял эти слова.
– И, наконец, настало время объявить победителей Большой охоты. Тех юношей, которые превзошли себя, посмотрели в глаза страху и не отвели взгляд. В этом году Испытание преподнесло множество неожиданностей и непростых ситуаций. Вы принесли шкуры кэтов крупнее, чем я когда-либо видел, множество кабанов и волкобразов. Воистину не припомню другого такого года. Однако мы увидели и то, что раньше нам на глаза не попадалось. Эта находка привела всех старейшин к единогласному выбору.
Члены совета в знак согласия подняли свои кружки. Напряжение ожидания в помещении казалось осязаемым.
– Группа юношей пересекла Оммский лес до самого подножия Волкобразовой гряды. Они показали себя старше своих лет, и я горжусь тем, что родом они из нашей Прогалины. – Со стороны столов, где сидели жители Прогалины, донеслись радостные выкрики. – Они вернулись из чащи всего несколько часов назад, но принесли с собой то, чего никто из нас не ожидал увидеть, – голову арака.
Все дружно ахнули от удивления и неверия.
– Спокойно, спокойно… Старейшины долго обсуждали возможную угрозу со стороны араков и приняли план действий. А пока давайте еще раз поднимем кубки за троих мужчин: Кейлена Брайера, Данна Пимма и Риста Хейвела – победителей Большой охоты!
Глава 9. Лев или корона?
Следующие пара дней пролетели как в тумане. Когда Кейлена, Риста и Данна объявили победителями Большой охоты, шатер заполнился криками и ликованием; медовуха лилась рекой до самого утра. Кейлен так и не отошел от похмелья, которое испытал на следующий день.
Он сощурился, когда из-за плотных облаков вдруг выглянуло утреннее солнце. Кейлен шел встретиться с Данном и Ристом у отцовской кузницы. В Мельногорск нужно было отвезти партию доспехов и оружия, и Варс предложил сыну отправиться туда. Прекрасная возможность посетить рынки Мельногорска и потратить немного подаренных за победу денег.
Придя в кузницу, Кейлен не увидел ни Данна, ни Риста, но изнутри доносился металлический стук молота. Спасаясь от морозной утренней прохлады, Кейлен шагнул внутрь, и ему в лицо пахнуло жаром. Юноша несчетные часы провел в стенах этой кузницы, в душном воздухе. Пот катился ручьями, когда он методично бил молотом по сложенному металлу. У него не было такой же любви к кузнечному ремеслу, как у отца, – да и таланта, признаться, тоже, – но ему это занятие нравилось. После гибели Хейма он стал бывать здесь куда чаще.
Кейлен кивнул Куртису, который стоял, обливаясь по´том, в углу и качал мехи. Тот мрачно кивнул в ответ. Надо сказать, наказание он переносил лучше своих дружков. Вечером после Испытания их втроем вызвали на совет и тогда решили, что каждый проведет один лунный цикл в подмастерьях у Варса, Ласха и Тарна как наказание за то, что украли у их сыновей медвежью шкуру и загнали парней в чащу. Были споры, но в конце концов слово Эрдхарта – закон.
Варс с молотом в руке стоял над наковальней. Обнаженную грудь скрывал только толстый фартук из коровьей шкуры. Жилки на предплечьях пульсировали от натуги и работы, которую он только что окончил, а все открытые участки кожи блестели от пота. Заметив вошедшего сына, Варс отряхнул с фартука невидимые пылинки и кинул молот на ближайший стол.
– Погоди, я сейчас, – произнес он, не давая Кейлену заговорить, и ушел в заднюю часть кузницы. Через пару мгновений отец вернулся с плотным тканевым свертком в руках. – Я подумал, пора бы тебе иметь кое-что по-настоящему твое.
Кейлен аккуратно протянул руки, принимая сверток, на удивление тяжелый. Перевел взгляд на выжидающее лицо Варса.
– Ну же, разворачивай, – слегка нетерпеливо подгонял тот, потирая руки друг о друга.
Кейлену было неловко. Отец обычно не вел себя так нервно. Юноша осторожно потянул ткань, как будто то, что лежало внутри, могло выскочить и укусить. Блеснула сталь. Он отпустил ткань, и у него в руке оказался сверкающий стальной меч.
Клинок был удивительно гладким, заточенным только с одного края и слегка изогнутым – не похожим на те мечи, что Кейлен привык видеть в Илльянаре. Такое ощущение, словно его выковали, чтобы разрезбть облака. Полированная сталь без единого пятнышка волнами отсвечивала оранжевым и красным в огнях кузницы.
Эфес простой, с крестовиной. Серебристая перекладина поперек лезвия, от которой двумя острыми, как у звезды, концами идут лучи по клинку и по рукояти. Сама рукоять обернута в темную изумрудистую кожу с узорчатыми спиралями и завитками, вырезанными и инкрустированными в ней. Круглое навершие напоминало толстую серебряную монету. Кейлен мог часами любоваться этим оружием.
– Мне дали его давным-давно, – произнес Варс, тоже разглядывая меч, – теперь пришло время передать его тебе. Это эльфийский клинок. Такого мне самому никогда не сделать. Кривизна клинка дает более четкие, точные удары. Он не очень хорошо пробивает доспехи, но если будешь рубить быстро, это и не понадобится.
Он завороженно смотрел на клинок и кивнул самому себе.
– Папа… я… – Кейлен не мог подобрать слов.
– Ничего не говори. Это единственное, что я могу тебе дать, – с полуулыбкой сказал Варс. – Попробуй, взмахни им.
Кейлен шагнул назад, бросая ткань на землю. Он крепко схватил меч двумя руками и ощутил пальцами мягкую кожу.
– Он полутораручный, – заметил Варс.
Кейлен перехватился одной рукой и выполнил несколько взмахов в позициях, которым его обучил отец. Идеально сбалансированное и почти невесомое, оружие сидело в руке как влитое.
Когда Кейлен снова посмотрел на отца, тот держал в руках ножны с полосками зеленой кожи, похожей на ту, какой была отделана рукоять.
– Незачем иметь меч,
