липкие, колкие снежинки. Поднявшись на ноги, Эбби отряхнула джинсы, куртку и осмотрелась. Всё-таки перемещение во времени никогда не отличалось комфортом. Первые секунды после пробуждения всё тело болело так, словно по тебе прошелся целый караван. Особенно тяжело было поднять голову, ведь казалось, что она рассыплется от малейшего касания.
«Наверное, люди во время похмелья чувствуют то же самое» – думала она, пытаясь разглядеть тропинку, по которой пришла сюда три года назад. Из-за спешки шарф остался в доме Блэра, и приходилось держать воротник куртки, защищая шею от холода.
Единственное, чего сейчас хотелось – встретиться с Луи. Но вопреки обещанию, мальчик не пришел. Или Эбби не смогла увидеть его среди темных очертаний деревьев. Девушка решила не дожидаться незадачливого друга и продолжила искать дорогу в город. Если Луи не идет к ней, то она пойдет к Луи. Все равно выбора не оставалось.
Ветер завывал, пробирая до костей. Эбигейл и не подумала бы, что снегопад может быть настолько неприятен. Особенно когда ветер гонит снег прямо в лицо. Наконец впереди замелькали огоньки автомобильных фар. Значит, до дома Луи рукой подать. Определиться бы в какую сторону…
Эбби остановилась у дороги и потерла ладони. Её одолевала тоска. Необъяснимая, гнетущая тоска. Но не по родному дому, как это уже бывало, а по Луи. Она вернется в свое время, а Луи останется здесь. Несмотря на всю дурашливость мальчика, Эбби прониклась к нему теплом. Она не могла поверить, что он забыл о встрече. Нет, наверняка есть причина тому, что он не пришел. Может, оставили на дополнительные занятия после школы? Звучало убедительно, учитывая низкую успеваемость мальчика. Главное – знать, что с ним всё в порядке. Увлеченная своими мыслями, девушка не услышала, как захрустел снег за спиной.
– Нехорошо старых друзей избегать, Эбигейл, – раздался низкий голос.
Эбби побледнела: этот голос она уже слышала. Неужели Тенэбр нашел её? Девушка зажмурилась, когда холодное дыхание коснулось уха.
– Эбигейл…
Она замерла на секунду, но медлить не стала. Резко повернувшись, она ударила обидчика коленом в низ живота, как учил отец. Парень согнулся и зашипел от боли. С губ срывались такие изысканные ругательства, что Эбби даже позавидовала его словарному запасу. Только сейчас она разглядела лицо парня и ужаснулась сильнее, чем если бы перед ней стоял Тенэбр.
– Луи, прости! Я не узнала тебя. Мне показалось, что Тенэбр пришел за часами, – она опустилась на колени, положив руку на спину парня. – Ты как?
– А как ты думаешь? С такими ударами тебе никакие Тенэбры не страшны…
Эбби виновато улыбнулась, поглаживая его по спине. Холод уже не мешал. Луи, с трудом выдохнув, поднял глаза на девушку и начал с интересом разглядывать рыжие волосы, усыпанные снежинками. Он изменился, но в синих глазах всё также плескалось детское любопытство. Больше не было больших щек и круглых очков. От былого образа воинственного хомячка остались только пухлые губы, а от смешных очков с толстыми стеклами – очки с синей оправой, придающие парню особое очарование. Черные волосы выглядывали из-под шапки, короткими прядями обрамляя лицо.
– Ты изменился…
– Все люди растут, – невозмутимо ответил он. – Вообще-то я ожидал, что ты меня обнимешь, а не драться полезешь.
Эбби хмыкнула и протянула руку, помогая встать. Поднявшись, парень с удивлением и даже удовлетворением заметил разницу в росте и поспешил озвучить свое наблюдение:
– Ты такая маленькая, оказывается.
– Не обольщайся, если на пару сантиметров перерос меня.
– Но перерос же. Кто из нас теперь шкет?
– Я всё еще старше тебя, – сказала девушка, счастливо улыбаясь. Выдержала небольшую паузу и добавила: – Я рада тебя видеть, Лу.
– А я как рад! Столько всего произошло, ты не представляешь, – Луи активно замахал руками, пытаясь выразить бурлящие эмоции. – Я тебе столько всего покажу!
– Знаю-знаю. Но давай для начала разберемся с часами. Ты принес их?
– Ч-часы? – он замялся, втянул голову в плечи, словно опасаясь реакции девушки. – Какие часы?
– Луи, твои часы. Мы же договаривались.
– А-а-а, ты об этом. Тут такой неприятный случай произошел…
– Что случилось?
– Сначала я носил их с собой. А потом… Я даже не понял, как это получилось…
– Ближе к делу, – сказала Эбби, хмурясь.
– Я их потерял.
Она в смятении уставилась на парня, который неловко переминался с ноги на ногу. Его слова прозвучали для неё как насмешка.
– П-потерял? Как? Как ты мог потерять часы? – голос дрожал из-за злости, нарастающей внутри.
– Я хранил их. Не снимал с руки, всегда носил с собой. Но в один день, вернувшись домой, я обнаружил, что часов нет. Они словно исчезли.
– А зачем ты их вообще таскал с собой? Неужели так сложно положить часы в коробочку и спрятать её в самый дальний угол дома?
– Я думал так безопаснее. Однажды к нам в дом залезли какие-то люди. Бабушка приняла их за воров, но я понял, что они ищут на самом деле.
– И поэтому ты носил часы по всему городу?
– А разве это не веская причина? Все эти три года я только и делал, что носился с этими дурацкими часами.
– Я очень признательна тебе, Калвер. Благодаря тебе я снова застряла здесь.
– Не надо меня обвинять во всех грехах.
– Может, это я виновата? Я потеряла часы? Всё, о чём я тебя просила – сохранить часы. И ты чудесно не справился. Спасибо, Луи, – почувствовав, что вот-вот заплачет, Эбигейл замолчала.
Она отвернулась и пошла прочь. Снег скрипел под ногами. Где теперь часы? Как их найти? А если Тенэбр добрался до них первым? Она не исполнила просьбу миссис Гринвуд, не нашла путь домой. Десять долгих лет томления ожидали впереди. И все из-за маленьких часиков.
Эбби уже не злилась на Луи. Огонь злости погас, оставив место лишь для отчаяния. Девушка бессильно осела на землю и опустила голову. Слишком тяжелой оказалась ноша часов. Слишком слабой себя считала Эбигейл для неё.
Она закрыла глаза, пытаясь представить, что находится не здесь, посреди улицы. Перед глазами возникла картинка родной комнаты. Но это был не тот дом, пустой и холодный, куда семья недавно переехала, а старый дом, где Эбби прожила всю свою жизнь. Дом, где по выходным все собираются у камина, чтобы пересмотреть старую мелодраму или послушать джаз. Дом, где каждое утро папа заставляет делать зарядку. Дом, где каждый уголок украшен самодельными цветами из ярких лент. Дом, где она впервые поцеловалась с… С кем? Девушка открыла глаза, понимая, что ничего не видит из-за слез. Как его зовут? Парень, кузен Ванессы. Её первая серьезная любовь. Эбби не могла вспомнить имени. Будто его вычеркнули из памяти. Будто его стерли из сознания. Эбигейл задрожала всем телом, охваченная всепоглощающим страхом. Она забыла. Забыла имя кого-то близкого.
– Эбигейл… – голос Луи послышался совсем близко.
На лице парня появилось обеспокоенность, когда девушка сдавленно всхлипнула.
