бы я был настолько милым, то ставил свои фотографии в профиль фейсбука. Слушай, а ты зарегистрирована там? Я добавлю тебя в друзья.
– Пока нет. Знаешь ведь, мне сейчас семь лет.
– Забавно звучит, – он улыбнулся. – Ладно, тогда я подожду. Но знай, что в фейсбуке я подписан как Аллан Кардек. А еще у меня в статусе написано «молодость пахнет свободой». Я поставил этот статус год назад и до сих пор не удалил.
– Аллан? – она с недоверием уставилась на Луи. – Аллан… Что-то такое знакомое… Ах, я опять не могу вспомнить. Да что это такое?!
– Опять?
– В последнее время я не могу вспомнить очевидные вещи. Уже не в первый раз.
– У меня всегда такое состояние.
– Луи, я серьезно.
– Я тоже.
Луи поднялся на ноги, отбрасывая непослушные волосы с глаз. Взгляд его остановился на девушке. Эбби неожиданно для себя смешалась, пряча руки в карманах сарафана. Что происходит с ней? Так хотелось остаться здесь, рассказать о своих сомнениях и страхах. Здесь так тихо и спокойно. Здесь можно поймать своё отражение в синих глазах визави. Здесь рядом Луи.
После посещения бассейна остались тоска и неловкое молчание. Они молча шли к выходу – Луи, огорченный неудачей в поиске часов, решил как можно быстрее убраться из ненавистного здания, – как вдруг среди кудрявых папоротников, что украшали длинные коридоры школы, Эбигейл заметила миловидную девочку. Две длинные косички русых волос, короткая юбочка и неумело нарисованные стрелки. Вряд ли она бы попалась на глаза, если не откровенный взгляд в сторону Луи. Девочка пробормотала "Привет" и получила такой же смущенный ответ.
Выразительно выгнув бровь, Эбби отвернулась. Одноклассница? Впрочем, какая ей разница. Девушка твердила лишь одни слова: всё происходящее, не затрагивающее часы, её не касается. Чужое время. Чужие люди. Другая жизнь. Но когда Луи вышел на улицу, она не выдержала:
– Кто это?
– Знакомая девочка.
– Что девочка, я поняла. Просто… Она на тебя так смотрела, будто ты мечта всей её жизни.
Парень снял очки, что успели запотеть, и принялся протирать их шарфом. Закончив свое дело, он вернул очки на переносицу. Хоть внешне он оставался невозмутим, в глазах заиграли хитрые огоньки.
– Так и есть.
– Даже так?..
– Да. Она призналась мне.
– Мило, – фыркнула Эбби, но тут же одернула себя. – Круто, что у тебя появились не только друзья, но и любовный интерес.
– Не ревнуй,
– Что? Я не ревную. Мы с тобой друзья.
– Ну-ну. Если хочешь знать, то я ей отказал. Поэтому сейчас у нас напряженные отношения.
– Она тебе не нравится? – спросила девушка. Отчего-то на душе сразу стало легче.
– Не совсем. Как бы выразиться… Я уже давно влюблен в другую.
– В другую?
Но Луи не ответил.
***
– Мистер Галбрейт, Вы знакомы с Эбигейл Макгоуэн?
– Первый раз слышу.
В помещении было ужасно душно. Все окна, огороженные от внешнего мира белой решеткой, наглухо закрыты. Но следователя это совершенно не волновало. Откинувшись на спинку скрипучего кресла, он твердым взглядом смотрел на подозреваемого.
– Вы знакомы с её родителями?
– Не ближе, чем с Вами.
– Вы утверждаете, что никогда не искали контакта с ней?
– Утверждаю.
– Родители пропавшей девушки говорят обратное.
В глазах парня появилась усмешка, хоть губы оставались неподвижны. Он поставил локоть на стол, подпирая ладонью голову. Все жесты его выдавали полную безмятежность.
– Тогда зачем меня спрашиваете?
– Вас подозревают в похищении девушки. Несовершеннолетней девушки.
– Что-то изменилось, будь ей восемнадцать?
– Нет, – говорил мужчина. – Но это не шутки. Мы говорим о жизни молодой девушки.
– Не шутка, а закономерный вопрос. Я не обесценивал её жизнь. Разве не так?
Следователь что-то пометил в своем блокноте. Свет лампы при этом был направлен не на его записи, а куда-то в сторону. Это забавляло парня, ведь в помещении хватало естественного освещения.
– Вечером 27 ноября Вы угрожали знакомому Макгоуэн, Марку Джонсону. Угрожали ножом. В этот же вечер исчезает Эбигейл. Как Вы объясните это?
– Он меня с кем-то путает. Вечером 27 ноября я был со своим другом. Мы смотрели вечерний матч.
– Кто-то кроме Вашего друга может это подтвердить?
– А кто-то кроме Марка может это опровергнуть?
– Значит никто. Хорошо.
Черноволосый парень хмыкнул, откидывая длинную челку назад.
– Почему меня подозревают в похищении? Если у человека подозрительная рожа ещё не значит, что он преступник. Вы считаете по-другому?
– Родители Макгоуэн указали только Вас в числе подозреваемых.
– Это не доказательство. А если Вы пойдете дальше и обыщите мою квартиру, то сюрприз – ничего не найдете. А еще у меня есть алиби. Так что не тратьте время впустую.
– Против Вас свидетельствует еще один человек. Подруга Макгоуэн утверждает, что видела, как Вы приставали к Эбигейл, – беспрестанно проговорил он.
– Что? Какая еще подруга? Я к Эбигейл даже никогда не подходил.
– Значит, Вы знакомы с Макгоуэн?
– Я не сказал, что знаю Макгоуэн. Я не имею привычки приставать к девушкам.
Парень выпрямился. Информация о подруге выбила его из колеи. Зачем Ванессе врать полиции? Тенэбр знал все свои грехи наизусть, но ни один из них не попадал под описание "приставать к Эбигейл рядом с её подружкой". Чутье подсказывало, что здесь всё не так уж чисто.
– Долго еще будет длиться наш диалог? Мне бы перекур устроить.
– Пока можете быть свободны. Но я попрошу Вас не покидать город, пока мы не разберемся во всём до конца.
– Я не собирался. Я честный гражданин, мне скрывать нечего.
– Я хочу в это верить. Но такова моя работа. Мне всё приходится проверять.
– Круто. Тогда я пойду?
– Конечно. Всего доброго, мистер Галбрейт.
Глава 19. Полночные кошмары
Ночь обещала быть долгой. Вчера Эбби не заметила, насколько тверд матрас кровати. Она, вымотанная перемещением во времени, заснула сразу же, как коснулась постели. Но сейчас она могла в полной мере прочувствовать каждый скрип, каждую тугую пружину под спиной. Сон не приходил не только из-за видимых неудобств. В голове крутились обрывки сегодняшнего дня. После школы она вместе с Луи обошла почти весь город, в надежде найти заветные часы случайно оброненными на улице или в магазине. Но с каждой минутой понимание о том, как глупо и бесполезно выглядят поиски, только росло. Заявить об этом прямо Эбби не решилась: Луи был так воодушевлен, что возразить не хватало сил. Она понимала, что её спутник в глубине души думает также, но пытается всеми силами искупить вину. Ведь из-за него Эбигейл застряла здесь. И Луи это прекрасно осознавал, хоть и не говорил вслух.
В эту ночь она могла бы лежать дома на своей кровати, где перед сном её волновало только плохо сделанное домашнее задание. Могла, если бы Калвер не потерял часы. Могла быть там, где всегда тепло и уютно. В своей комнате, уставленной яркими светильниками и фотографиями восточных стран.
Повернувшись на другой бок, Эбби попыталась считать овец. На тридцатой овечке стало ясно: этот способ или устарел, или никогда не являлся действенным. Волнение и раздражение нарастали всё сильнее. Почему она просто не
