— Вы еще недостаточно поправились, чтобы уходить, — произнесла мисс Трой.
Мистер Гастингс закрыл глаза.
— Мне может стать хуже, если я останусь.
— Об этом следовало подумать, когда вы проникли в мою спальню накануне ночью. Вы добились-таки моей постели, сэр. Теперь вам придется лечь в нее.
— Неудачная фраза, мисс Трой.
Приступ тошноты заставил мистера Гастингса откинуть голову назад.
— Вероятно, мне надо было заставить вас позавтракать. Вы почти целый день ничего не ели.
— Я буду вам весьма обязан, если вы не станете упоминать о еде.
— Понимаю. Просто прилягте на канапе, пока у вас не пройдет.
Он поклялся, что не потеряет рассудка, ни в буквальном смысле, ни в эмоциональном.
— Я ухожу от вас сейчас же, — настаивал он. — Я желаю вам всего хорошего и прошу вас помнить, что я полностью в вашем распоряжении.
Покачнувшись, мистер Гастингс обнаружил, что Миранда стоит рядом. Хотя ее пальцы обжигали его, он был не в состоянии от них оторваться. Против своей воли он позволил ей дотащить себя до кровати.
— Мистер Гастингс, — сказала Миранда, — вы выиграли пари. Я разобралась в игре. Поэтому вы можете остаться на ночь.
— К черту пари!
— Пожалуйста, лягте.
— Это весьма неподобающее предложение, мисс Трой.
Тем не менее он все же сполз на кровать.
— Я сейчас же осмотрю рану у вас на голове. Я приложу все усилия, чтобы не причинять вам дополнительной боли, но предупреждаю, если будет какое-то ухудшение, я намерена послать за хирургом, невзирая на то, что это может стать известно вашему врагу.
Мистер Гастингс обнаружил, что не в состоянии ответить. Что-то — не только охватившая его слабость, — сковало его. Ощущая, как ее нежные руки разматывают повязку, он изо всех сил попытался не потерять сознания.
— Мне кажется, рана не хуже, — донеслось до него откуда-то издалека.
Больше он ничего не слышал.
Когда Миранда появилась на обеде, все забросали ее вопросами. Миссис Гастингс желала знать, не простудилась ли она. Не по этой ли причине она сидит у себя в комнате? Прежде, чем Миранда успела ухватиться за столь удачное объяснение, миссис Гастингс предложила послать к ней в спальню всевозможных врачей, снадобья, лекарства, слуг и целительные отвары.
— Не беспокойтесь. Я совершенно оправлюсь через несколько дней, — сказала Миранда.
— Ты действительно больна, дитя мое? — дотошно выпытывала мать. — Или же тебя расстроило какое-то другое обстоятельство?
— Какое обстоятельство? — спросила Миранда, расправляясь с изрядной, учитывая ее предполагаемое недомогание, порцией куропатки с пудингом.
— Ты прекрасно понимаешь какое, — многозначительно сказала леди Трой.
— Нет, мама, не понимаю.
— Я имею в виду, дитя мое, того джентльмена, который оскорбил тебя на вечере. Ты была крайне подавлена, когда расставалась с ним.
— Что же это за джентльмен, если он посмел оскорбить мою гостью? — воскликнула миссис Гастингс. — Кто он такой?
Леди Трой побледнела. Она взглядом молила Миранду не называть его имени.
— Я о нем и думать забыла, — сказала Миранда. — Даже не помню, как его зовут.
От лжи щеки ее загорелись.
Тревога миссис Гастингс нарастала.
— Я просто убита, дорогая Миранда, мыслью о том, что можно оскорбить гостью в моем доме, — сказала она.
— Заверяю вас, он понес за это во сто крат большее наказание.
— Ты не должна так легко относиться к этому, — возразила миссис Гастингс. — Когда человек простужен, он очень чувствителен ко всем проявлениям невнимания.
Затем, охваченная вдохновением, она воскликнула:
— Я знаю, как быть! Я поднимусь к тебе. Я приду посидеть к тебе в спальню сегодня вечером. Я почитаю тебе. Я стану читать даже этого ужасного мистера Уолпола, если тебе будет от этого спокойней.
Как хотелось бы сейчас Миранде, чтобы обе матери умерили свою доброту и участливость!
— Мне кажется, что я быстрее поправлюсь, пребывая в полном покое, — сказала она.
Отвращение ко лжи нарастало в ней все больше и больше. Мистер Гастингс уйдет на рассвете, как бы он ни был слаб, решила Миранда. Она не перенесет еще один день обмана.
Миссис Гастингс вздохнула.
— Как пожелаешь, девочка. Только позволь нам ничего не говорить Чарльзу. Будучи очень здоровым, он крайне огорчается, когда слышит о чьем-то недомогании. Позволю заметить, что милый мальчик ни разу в жизни не болел.
— Позволю заметить, что придет время болеть и ему, — сухо заметила Миранда.
Леди Трой вздохнула.
— Это верно. Нельзя прожить всю жизнь без болезней. У меня самой довольно крепкий организм; тем не менее недавно я испытала сильное сердцебиение. Будем надеяться, что мистеру Гастингсу не доведется перенести ничего серьезного.
— Я и сама на это надеюсь, — тяжело вздохнув, сказала миссис Гастингс. — Хотя, боюсь, что именно сейчас он занедужил, и не хочет, чтобы я знала об этом. Понимаете, он должен был заглянуть сегодня. Чарльз никогда не пропускает визит ко мне на следующий день после званых вечеров. Я отправила посыльного на Рассел-сквер узнать, все ли у него в порядке, но там сообщили, что он вообще не возвращался домой. Естественно, что меня, как мать, не могут не волновать такие известия.
Миранда почувствовала, что у нее горят щеки. Ей страшно хотелось развеять тревогу матери, однако она не смела даже намекнуть на истинное положение дел. Хотя это было и слабой компенсацией, она предложила поиграть после ужина на арфе. Ее предложение несколько подняло настроение миссис Гастингс, и минут через пятнадцать все три женщины собрались в гостиной вокруг инструмента.
Миранда спела песню, которую выучила в то время, когда увлекалась всем итальянским. Хотя ее слушательницы не поняли ни слова, они были зачарованы мелодией и нежным сопрано. Но, увы, радость их была прервана появлением лакея, который объявил о посетителе. Вскоре в гостиную вошел лорд Эверард.
Едва увидев лорда, Миранда тотчас невзлюбила его. Представляясь, он расточал комплименты, слишком низко склонялся к руке ее матери и говорил голосом, который показался Миранде чересчур елейным. Если мистер Гастингс просто приводил ее в бешенство, то при появлении Эверарда у нее мурашки по спине забегали.
— Миссис Гастингс, — сказал он. — Я заезжал на Рассел-сквер, чтобы расплатиться с вашим сыном. И, к сожалению, не застал его дома. Может быть, он здесь, у вас?
— О нет, мне самой так хотелось бы этого!
— Я подумал, не заболел ли он. Не случилось ли с ним чего, и не решил ли он отдаться вашим неусыпным заботам?
