что мы сбежали от него вместе с Софи, и еще многое.
Мне хотелось спросить откуда он знает все это? Но спрашивать не пришлось. Он сказал что, говорил с Софи и с ее братом. Оказалось что он и близко не причастен к этой катастрофе. И только забрал меня после происшедшего, когда я сидела склонив голову под укрытием.
Я вспомнила тот вечер. И вспомнила что Пауло был тогда не один. Рядом стояла та самая девушка из студии, с открытой спиной. Он провожал ее, и заметил меня случайно.
В памяти стали прорисовываться кадры. И пострадавших людей в них тоже не было.
Даниил говорил что все новостные порталы твердят о том что пострадавших не было, а в вагонах перевозили уголь.
— Понимаете доктор, Анна говорила подруге о том, что везде лежали люди в крови, и что в поезде перевозили хрусталь и драгоценные металлы. Но видео с камер наблюдения запечатлели момент аварии, и на нем четко видно что рядом был лишь один силуэт. — Его слова четко объясняли доктору что я сошла с ума.
Сложно поверить в новую реальность, когда мозг рисует свою.
— Вы уверены в том что говорите? СМИ часто врут, это их работа.
Кажется доктор был на моей стороне.
— Я нанял детектива, который подтвердил все мои догадки. Пауло никакой не бандит. Он всего лишь ведёт мелкие мероприятия и зарабатывает на этом. Продаёт свой товар, прямо там. Безобидный мошенник, который пытается выжить. Его семья обанкротились на родине. Вернуться они не могут, а он не может продать дом. Правда только в том что он изменял Анне, когда они были вместе. Но все остальное, что придумала она, это ложь! Разве такое бывает доктор?
— Успокойтесь, — произнёс он. — Сейчас эмоции это наш враг. Такое действительно встречается в практике, когда мозг после сильного стресса переворачивает все события в памяти и начинает лепить свою историю. Отсюда и вытекает тревожность и паника, и вообще всё поведение. Нужно обратиться к грамотному специалисту, который поможет собрать этот пазл правильно и вспомнить события как они были.
Мне не хотелось прерывать разговор. И уж точно не хотелось чувствовать тревогу из-за постоянного страха, что Даниил мне врет и все то часть заговора. Нет, он единственный, кому я верила и доверяла.
Меня перевели в другую палату и вообще в другое отделение. Там не лечили и не ставили капельниц. Там разговаривали и давали таблетки подавлявшие мои панические атаки.
Пожилая женщина с папкой в руках приходила на разговор со мной ровно после обеда. Все остальное время Даниил был рядом.
Я делилась с ним воспоминаниями, и тем что я понимаю что свела себя с ума. Но он лишь с сочувствием говорил что нам нужно вспомнить все как было и вылечить мой мозг в короткие сроки.
Я не понимала почему он рядом. Никто не был рядом со мной постоянно. Мне было не знакомо, какого это болеть в компании с кем-то. Ведь обычно я привыкла уединяться. Но он не бросал и не оставлял.
На четвёртый день я уже думала о том, сколько может стоить такая палата, где посетителю разрешают ночевать. А еще есть свой собственный душ и туалет и еду приносят шесть раз на дню, так что мы вдвоём не осиливаем все порции.
На следующий день я смотрела вместе с доктором снимки с того дня, когда поезд сошёл с рельсов на моих глазах. И больше не было этих воспоминаний с кровью и людьми, которые просят помощи. Действительность вернулась, и я вспомнила все.
По забытым местам
Мы ехали в машине по уже знакомой дороге в деревню. После жары, летний, охлаждающий дождь был как никогда кстати.
На мне белые брюки и голубая рубашка, которую привёз ещё в больницу Даниил. Наконец-то я чувствовала себя хорошо.
Никаких больничных сорочек, медленного передвижения по коридорам и невзрачного спортивного костюма. Все эти вещи остались там, позади.
Сирень на улице почти отцвела. Совсем другой вид приобрела длинная, казавшаяся немного пустоватой дорога. Оголились дома, их разноцветные фасады. Я заметила что большинство из них, в таком же состоянии, как и дом бабушки Тони.
На фоне всех отличался дом Даниила, он один из немногих на всей улице, был новым и большим.
Первым делом мы зашли в дом Тоси. Там, со стороны бани появилась новая пристройка.
Александр и его команда уже провели в дом воду, пристроили комнату с душевой кабиной и туалетом. Они отлично справились с внешней и внутренней отделкой и уже преступили к установке мощного газового котла.
— Вы быстро справились, даже ни верится что ванной комнаты не было раньше. — мне хотелось поблагодарить работников и я попросила Александра озвучить сумму ремонта.
— Все уже оплачено. — ответил он кратко и вышел на улицу.
Мне не нравилось чувствовать себя неловко. Ну конечно, как можно оставить рабочих без предоплаты. Даниил оплатил все. Это стало понятно.
— Я все верну тебе. И оплату моего лечение. — мы уже были на пороге его дома.
— Ремонт дома оплатила твоя подруга. А лечение считай ты оплатила сама. Мама до сих пор переживает за то, что ты перевела такую крупную сумму на благотворительность из-за ее кучки вещей.
— Твоя мама слишком строга к своим вещам, они стоят намного больше.
Даниил ответил что мне не стоит беспокоиться о таких мелочах.
Мы остались наедине. В этом привычном доме с большой гостиной и камином. Я приняла душ, переоделась в одну из больших, домашних футболок, которые лежали в ванной и спустилась вниз.
Дом был пуст. Я присела за стол и задумалась о том, почему Даниил решил вытащить меня из такого состояния. Как он узнал все, как понял что происходит?
Столько вопросов в голове, и ни единой живой души рядом, чтобы ответить на них. Мне стало весело от того, что я вспомнила свою тревожность.
Насколько мозг готов перевернуть ситуацию с ног на голову. Теперь ясно почему людям после аварий и стрессов в жизни необходима психологическая помощь. Порой она нужна намного быстрее и качественнее, чем какая-либо другая.
Мои размышления прервал хозяин дома, который зашёл внутрь с огромным букетом розовых пионов.
Я встала из-за стола в растерянности.
— Ты тут не скучала? — спросил Даниил с улыбкой. Он протянул букет и поставил на пол пакеты.
— У нас ещё не было нормального свидания, с тех пор как ты поправилась. Я подумал что мы могли бы устроить одно прямо сейчас. Только мне нужно
