– Я лучше постою, – неуверенно сказала Карина, охваченная противоречивыми чувствами: смущением по поводу собственной дерзости и страстным желанием как можно скорее бежать отсюда.
Сэр Перси подошел к камину и выдвинул вперед небольшое кресло.
– Прошу, мисс Уорнер, – сделал он приглашающий жест. – Обещаю не дотрагиваться до вас.
Двусмысленность его слов заставила Карину густо покраснеть. Она подумала, что ведет себя как глупая, истеричная девчонка, а не как сдержанная в проявлении своих чувств гувернантка, поэтому неохотно подошла к креслу и села на краешек. Полная тревоги и страха, наблюдала она за сэром Перси, который стоял, облокотившись на каминную полку.
– Знаете, вы очень милы, – неожиданно сказал он.
– Не люблю комплиментов. Я уже говорила вам, сэр Перси. Вы хотели мне что-то сказать? Прошу вас, сделайте это поскорее.
– Я начинаю подозревать, что вы суфражистка, – начал сэр Перси, но поскольку Карина не улыбнулась, продолжил: – На самом деле это был вовсе не комплимент. Я просто констатировал факт. Может, мне следует выразиться яснее? Вы слишком хороши, чтобы быть гувернанткой.
– Если это все, что вы хотели сказать… – порываясь встать, начала девушка.
– Нет, нет! – запротестовал сэр Перси. – Останьтесь. Я настаиваю, чтобы вы выслушали меня, ибо я хочу сделать вам одно предложение. Речь идет о новом месте для вас.
Он пригладил седеющие на висках волосы и улыбнулся, словно смакуя слова, которые готовился произнести.
Карина ничего не ответила. Она молча наблюдала за ним серьезными глазами, пытаясь определить, что именно делало этого человека таким отвратительным.
– Вы задумывались над тем, какая жизнь ожидает вас здесь? – задал вопрос сэр Перси.
– Конечно. Я не согласилась бы занять это место, если бы не знала, что от меня требуется.
Это было неправдой, но Карине вовсе не хотелось, чтобы сэр Перси получил хоть какое-то преимущество, узнав, что мысли о будущем тревожат ее.
– Послушайте меня, милая девушка, – улыбнулся он. – Вы прелестны, слишком прелестны, чтобы проводить свои дни в гувернантках. Любой мужчина, попавший в этот дом, сочтет просто своим долгом приволокнуться за вами. Вы совершенно лишитесь покоя, ибо если не мужчины, так женщины допекут вас. Женщины не любят, когда тот, кто у них в услужении, так молод, прекрасен и желанен.
Карина сделала какое-то движение, однако сэр Перси продолжал:
– Я же хочу предложить вам совершенно иную жизнь. Собственный дом в Сент-Джонской роще или в любом месте, где пожелаете, экипаж – и множество всевозможных развлечений. А единственное, чего я прошу в ответ – лишь немного вашей ласки.
Карина поднялась с кресла. Чувство собственной правоты вселило в нее уверенность, и ее замешательство исчезло.
– Если вы, сэр Перси, предлагаете мне стать вашей любовницей, – сказала она ледяным тоном, – то лучше я проведу остаток своих дней в хлеву вместе со свиньями, чем соглашусь на это.
Карина знала, что ее резкость уязвит сэра Перси, и была рада увидеть, как он сжал губы и прищурил глаза. Но момент гнева, если это был именно гнев, прошел, и сэр Перси коротко рассмеялся:
– Браво! Браво! Вот речь молодой девушки, бросающей вызов нечестивцу-лорду, который желает соблазнить ее.
– Надеюсь, я ясно выразилась?
Она хотела уйти, но, к ее ужасу, сэр Перси с неожиданной быстротой догнал ее и схватил за руку.
– Теперь, когда спектакль окончен, – сказал он, – давайте вернемся к сути дела. Вы в самом деле отказываете мне?
– Вы настолько заняты собой, что не в состоянии понять смысла моих слов? – спросила Карина, пытаясь освободить руку.
– Женщины всегда говорят массу вещей, которые они вовсе не имеют в виду, – самодовольно ответил сэр Перси. В этот момент она почувствовала, что другой рукой он обхватил ее плечи.
– Пустите меня! – сердито сказала она, стремясь к тому, чтобы в голосе ее не было испуга, и одновременно стараясь освободиться из объятий сэра Перси. Но с таким же успехом она могла бы попытаться остановить морской прилив. Сэр Перси обнял ее, и его лицо со следами беспутной жизни и полным чувственным ртом оказалось совсем рядом с ее лицом. Охваченная паникой, Карина боролась из последних сил.
– Отпустите! – кричала она. – Немедленно отпустите меня!
Только сейчас ей стало ясно, каким безумием было оставаться наедине с этим стареющим сатиром. Он был гораздо сильнее, охвачен желанием, и ее сопротивление только подогревало его страсть. Все крепче и крепче сжимались его объятия, и вот уже Карине стало трудно дышать.
– Как вы смеете? Пустите меня! – протестовала она, беспомощно стуча кулачками по груди сэра Перси.
Послышался звук рвущейся ткани – это порвалась ее батистовая блузка – и, прежде чем Карина успела вымолвить хоть слово, он с силой впился губами в ее губы, и она почувствовала неистовую, ненасытную жестокость его поцелуя, который взял в неволю, лишил дыхания и иссушил жизненные силы.
Карина пыталась бороться, но силы покинули ее, и стало нечем дышать. Поцелуй становился все более грубым, и ей казалось, что она проваливается в темную пучину волн и барахтается в ней без всякой надежды на спасение. Девушка чувствовала, как настойчивые руки рвут ее блузку и прикасаются к обнаженной груди. И опять она пыталась вырваться, но была беспомощна и бессильна в душивших ее объятьях. Когда же сэр Перси наконец оторвался от ее губ и торжествующе посмотрел на нее, она могла только ловить ртом воздух, и казалось, вот-вот потеряет сознание.
– Ты возбуждаешь во мне желание, маленький дьяволенок, произнес сэр Перси хриплым от страсти голосом.
Обессилевшая Карина пыталась оттолкнуть его. Сопротивляясь сэру Перси не только телом, но и всеми силами души, она чувствовала, как на нее наваливается мрачная темнота.
– Пустите!
Она едва слышала свой голос: слова застревали у нее в горле.
– Никогда. Я хочу вас и, прежде чем порву с вами, клянусь, заставлю хотеть меня. Послезавтра вы уедете вместе со мной. Объяснения не понадобятся. Вы просто оставите записку, что вас срочно вызвали в Лондон. Мой человек довезет вас до станции, а далее в поезде мы поедем вместе.
"Нет Нет!" – хотела произнести Карина, но, к своему ужасу, не могла вымолвить ни слова.
Почти нечеловеческим усилием воли девушка пыталась отогнать нахлынувший на нее мрак, но он, казалось, окутал ее всю. Еще немного, и она лишилась бы чувств.
Увидев ее бескровное лицо и почувствовав, как обмякает ее тело, сэр Перси насторожился:
– С вами все в порядке?
Карина поднесла дрожащую руку ко лбу.
– Мне плохо, – только и смогла прошептать она.
