и что-то говорил про драконов. Наверное, с тех пор у моего отца возникла идея исследовать их звериную природу.
Ну, а пока отец вёл философские беседы, простые монахи не придумали ничего умнее, чем развлекать меня, ребёнка, обучая древнему тайному искусству управления энергетическими центрами. Показывали точки соединения магии с телом, учили чувствовать и управлять ими.
И сами развлекались, пробуя вылечить меня, но так и не преуспели. Зато я проникся и оказался хорошим учеником.
В моих руках тупая башка старшекурсника издаёт слабый стон.
Ещё пару нажимов, он широко распахивает глаза, в недоумении хлопает длинными ресницами, приподнимается на локтях. Хорош, зараза: тонкие аристократические черты, прямой нос, густые брови. Такие смазливые мальчики нравятся девчонкам, пудрят им мозги и разбивают хрупкие сердечки?
С размаха бью точным выверенным ударом в челюсть, в самый её кончик, посылая паренька обратно в бессознательное состояние.
Долго выдыхаю. Фуххх. Становится немного легче. Совсем чуть-чуть. Знаю, что таким ударом, я вызвал лёгкое сотрясение. Сопляк не вспомнит, что только что произошло. Зато, я выпустил напряжение.
На всякий случай, пережимаю пару точек на его запястьях, нащупываю пару блоков в районе солнечного сплетения. Вовремя останавливаю нажим.
Да, мне бы хотелось отрубить его потенцию на всю жизнь, чтобы ему больше нечем было лазить под юбки всяким ...рыжим драконицам с неокрепшей психикой и гормонами, требующими инициировать молодое тело… но, ограничиваюсь сроком в пару недель.
Пусть понервничает, сопляк малолетний. Когда между ног не откликнется. Ни на какую юбку.
Снова запускаю пальцы в кудри, привожу в чувства тюфяка.
Хлопаю по щекам.
Парень моргает. Фокусирует на мне взгляд.
Придерживаю голову за подбородок, поворачиваю так, чтобы он смотрел на моё лицо. Чётко проговариваю:
— Говорю один раз. Повторять не буду. Чтобы я тебя больше не видел рядом с дочкой архимага. Понял?
Глаза всматриваются в моё лицо, расширяются, зрачки вытягиваются в тонкие линии от удивления. Снова хлопает длинными ресницами.
Смазливый придурок.
В карих глазах внезапно отражается понимание. Их кончики дёргаются в злобной ухмылке.
Он выворачивает подбородок из моей хватки. Приподнимается на локтях.
— Амир!
Узнал меня, значит.
— Чего припёрся в академию? Испугался за престол? Почуял во мне достойного соперника?
Кривлюсь, как будто в рот прыснули лимонным соком. Где этот пронырливый малолетка и где слово: «достойный»? Рядом не стояли.
А он совсем страх потерял. Не чует, когда надо бы остановиться и рот захлопнуть.
— Поздно, Амир. Она меня уже укусила, — плечи подрагивают в истеричном смехе. — Первый укус драконицы многократно усиливает кровь. Плюс поддержка дяди. Теперь у меня все шансы стать новым королём.
Вот зачем ему понадобилось разводить Ландию на укус. Только этот сопляк не подозревает, что укус драконицы достался мне.
Снова зверею. Дракон требует откусить кудрявую башку.
Ограничиваюсь ударом кулака по смазливому личику, так, что идиот прикусывает поганый язык, которым метёт не хуже помела.
Противная победная ухмылка сползает с его лица. Он поправляет рукой челюсть, сверкает злобными щёлочками сузившихся глаз.
— Я сниму побои у лекаря и накатаю на тебя жалобу. Увидимся в суде.
Парень трогает припухшую щеку и наливающийся кровью фингал. Презрительно фыркает.
Качаю головой.
И это ничтожество претендует на престол?
Протягиваю к нему руки, заставляя вздрогнуть и сжаться. Трус.
Но я всего лишь пережимаю энергетические потоки, едва касаясь кожи, ускоряя циркуляцию крови и восстанавливая баланс в ауре.
Хмыкаю, наблюдая, как исчезает отёк, как сходит синяк с глаза. Пока не остаётся и следа.
Демонстративно отряхиваю руки, поднимаясь.
— Щенок. Угрожать вздумал?
Не могу удержаться. На прощанье ещё и пинка поддаю. Больно, но так, чтобы следов не осталось.
А когда открываю портал, чтобы уйти, слышу скрип входной двери. Меняю намерения в последний момент и на ходу смещаю вектор направления. Выхожу в тёмном углу, сзади божественных статуй.
Кого это ещё нелёгкая принесла?
Хм. К Каю подлетает злющий платиновый блондин. Асгар пожаловал?
Наблюдаю.
В отличие от меня, Асгар не настроен на беседу. Пока Кай таращится на молодого дракона и пытается отползти, блондинчик налетает, хватает брюнета за ворот, с лёгкостью вздёргивает одной рукой, другой отвешивает хук по голове.
Кай не успевает поставить блок, мычит, получив по многострадальной смазливой морде. Вырывается. Ворот рубашки трещит, швы не выдерживают и рвутся, а брюнетистый придурок выворачивается из хватки, отшатывается.
В руках Асгара остаётся клок шёлкового вышитого воротника.
Кай надсадно кричит:
— Совсем сдурел?
Он прикрывает руками голову, когда Асгар не отвечает, а отбрасывает кусок ткани, снова налетает, хватает за плечи, но теперь бьёт согнутым коленом в пах. Кай тоненько стонет, сгибаясь пополам. В его стоне тонет мой собственный громкий выдох.
— У-уух…
Передёргиваю плечами, представив, что сейчас чувствует брюнетик, зажимающий достоинство руками, не в силах распрямиться.
Асгар жесток на расправу…
Такой удар, да после моих манипуляций с потоками, отвечающими за потенцию… Кай так и вовсе без потомства может остаться. Хотя, не могу сказать, что мне жаль. Возможно таким, как он не стоит размножаться.
Кай пищит фальцетом:
— За что?
— За Ландию, придурок!
Асгар не останавливается на достигнутом. Хватает патлатую голову обоими руками и насаживает теперь уже её на своё колено, разбивая нос в кровь.
Кай продолжает держать одну руку между ног, ещё не придя в себя после удара в пах, другой рукой зажимает нос, гнусаво лебезит:
— Я ничего ей не сделал! Наоборот, пытался остановить твою сестру.
Асгар замахивается для нового удара, а Кай падает на колени, испуганно тараторит:
— Между нами ничего не было. Клянусь!
Асгару стоит больших трудов сдержаться. На пару мгновений он застывает над брюнетом с занесённым кулаком. Рука подрагивает, из ноздрей вырывается рваное дыхание вперемежку с клоками пара. Кожа натягивается на скулах.
Кай стонет:
— Ландия сама пришла ко мне в комнату, хотела укусить, но я её остановил! Уговорил подождать нашей помолвки. Я люблю твою сестру и хочу, чтобы всё было так, как положено…
Асгар всматривается в шею брюнета, которая торчит в разодранной рубашке.
— Брехло.
Всё-таки его рука опускается на голову Каю. Только он не бьёт, а вцепляется в чёрные пакли и вертит голову, изучая шею. Принюхивается.
Невольно тянусь к своему плечу, потираю место укуса. Он это ищет? М-дааа…
Кай не сопротивляется, а наоборот, вертит головой. Помогая Асгару лучше рассмотреть.
Не найдя следов, которые к слову, могли уже и безвозвратно исчезнуть, Асгар презрительно откидывает кудрявую башку, брезгливо стряхивает руками, как будто испачкался об дерьмо.
Я отдёргиваю руку от плеча. Кожа под
