на полчаса раньше меня.
– Задержали, – Сенсей продолжает удерживать свои позиции и сестру.
Я поднимаю с земли рисунок, чтобы лучше рассмотреть (пока рассматривать не начали меня). Интересно, получится сделать вид, что я просто проходила мимо, чтобы ботинки-нунчаки не полетели в меня?
Олеся, на удивление, рисует хорошо для первого класса. Не уверена, что я смогла бы так изобразить… Эльзу. Приглядываюсь. Точно – моя любимая героиня из «Холодного сердца». Годы идут, а предпочтения у девочек не меняются.
Провожу пальцем по платью Эльзы – один в один как у куклы, которую я очень хотела в детстве. И тут рисунок резко вылетает из моей руки, оставляя на пальцах следы не успевшей застыть краски.
– Вообще-то нельзя смотреть без разрешения! – Если Сенсей – мистер Невозмутимость, то Олеся – мисс Негодование.
– Вообще-то нужно складывать рисунки в папку. Опять в классе забыла? – встаёт на мою защиту Сенсей. Даже загораживает собой. Видимо, чтобы ботинки-нунчаки всё-таки не прилетели в мою голову.
– Красиво. Мне в детстве тоже нравилась Эльза, – пытаюсь сгладить ситуацию.
– Я больше Анну люблю, – бурчит маленькая тучка, готовая обрушить на нас все молнии мира. – Но, когда я родилась, Сеня зачем-то подарил мне Эльзу. Так мама сказала.
– Именно поэтому ты её везде таскаешь с собой, – с ловкостью фокусника Сенсей достаёт куклу из рюкзака за спиной Олеси. И – я даже вскрикиваю – это и правда та самая кукла. Она ещё и поёт… Должна петь. Очень хочется взять её в руки, но на такое я точно не решусь – испепелят на месте.
– Да она… – Олеся не договаривает, просто выхватывает у Сенсея куклу и прижимает к себе.
– Всё, брейк. Раунд за тобой, – Сенсей поднимает руки, как бы сдаваясь. – Просто Злата тоже любит «Холодное сердце».
Олеся смотрит на меня таким взглядом, будто я прямо сейчас должна продемонстрировать ей платье Эльзы или хотя бы брелок с Олафом. Ни того ни другого у меня, естественно, нет, поэтому она только фыркает и, не говоря нам ни слова, начинает идти вперёд. Нам остаётся только следовать за ней.
Пару раз она оглядывается, убеждаясь, что мы никуда не делись, и продолжает идти одна.
– Удивлена, что ты помнишь про мою любовь к «Холодному сердцу», – шепчу я Сенсею, чтобы не привлекать внимания его маленькой тучки.
– Помню? Да мне до сих пор кошмары снятся, как ты заставляешь нас в него играть, – Сенсей хватается за сердце, будто вот-вот упадёт в обморок. Толкаю его кулаком в плечо. Будет и дальше издеваться – сделаю бросок через бедро, это я уже умею.
– Не так уж часто это и было.
Сенсей издаёт горловой смешок:
– Не часто? Да мы знали все реплики наизусть.
Врёт и не краснеет. Хуже, чем они, актёров ещё нужно было поискать!
– Неправда! Ярик постоянно пытался выйти из роли и нёс какую-то ерунду про трансформеров. Будто он олень-робот.
– Конечно, ты же запрещала ему дружить со мной, потому что он мог съесть мой нос.
– Но ты же был Олафом! Я защищала тебя!
– И как я не понял? Спасибо, моя королева, за вашу защиту.
– Пожалуйста, обращайтесь.
Его рука перехватывает мою, и я думаю, что «девушка Арсения», возможно, мне бы и подошло.
Глава 13
«ГДЕ ФОТО?»
Смеюсь и ставлю веселящийся смайлик под этим сообщением. Юля в своём репертуаре: требует прислать, в чём я иду с Сенсеем на свидание.
Только чтобы она отстала, кручусь перед зеркалом, подбирая лучший ракурс, и делаю фото. Нажимаю «Отправить» и тут же получаю:
«Что это?!!!!!»
Набираю в ответ:
«То, в чём я пойду».
По-моему, неплохо – тёплый спортивный костюм на флисе цвета весенней травы. Мне он нравится: и уютно, и глаза кажутся не голубыми, а бирюзовыми. Волосы уже привычно заплетаю в две косы. Не такие идеальные, как получаются у мамы, но есть в них что-то миленькое. Тем более Сенсей видел меня на тренировках растрёпанной, раскрасневшейся, в одежде не по размеру, но всё равно позвал на свидание. От этого моё сердце стучит так быстро, что, кажется, сейчас выскочит из груди и побежит в лес, к Сенсею, быстрее меня.
Я даже успеваю забыть про Юлю, когда мобильный тренькает.
«Ау, где платье».
«Оно не к месту».
«Девочка моя, платье к месту на любом свидании! Если оно не в лесу».
И три хохочущих смайлика.
Вздыхаю, прежде чем набрать:
«Но оно в лесу».
Не знаю, завис интернет или Юля, но я успеваю накраситься, прежде чем мне приходит:
«В смысле».
«В прямом».
Считаю до трёх, и – как же хорошо я её знаю – звонок.
Без всякого «привет» Юля орёт из моего динамика:
– Включи мозги! Я тебе минимум десяток классных кафешек могу назвать. Какой на фиг лес? Туда на свидания одни маньяки ходят!
– Он не маньяк. Просто не любит толпу.
– Конечно не любит – зачем ему свидетели.
– Успокойся, я его десять лет знаю. Он нормальный.
В динамике слышится только Юлино дыхание. Вдох-выдох-вдох.
– Это Демьян?
Я давлюсь слюной и ещё секунд десять трачу, чтобы откашляться.
– Нет, конечно! Ты можешь представить Демьяна в лесу? И с ним мы знакомы только семь. Это мой одноклассник. Ну тот, который безумный химик.
– Эй, так, может, он открыл секрет приворотного зелья? Что-то я за эти десять лет о нём ни разу не слышала…
– Потому что мы знакомы с тобой пять. Не беспокойся, он хороший.
Хотя, может, он и правда подлил мне приворотное зелье? Иначе почему, не замечая его много лет, я слежу за его передвижениями по классу и заставляю себя смотреть на доску, а не каждые пять минут оборачиваться на него.
– Пришли мне ссылку на твоего хорошего. Если ты вдруг пропадёшь, я сдам его полиции.
– Договорились. Всё, пропадаю! Пока.
Отключаюсь и захожу на страничку Сенсея. Он в Сети. Это хорошо.
Отправляю ему: «Где встречаемся?»
А потом копирую ссылку на его аккаунт и пересылаю Юле.
Нет, конечно, я не думаю, что он понадобится полиции, просто хочу… Похвастаться? Ну, назовём это «поделиться радостью».
«Ок, вот это сойдёт для фоторобота», – пишет мне Юля и пересылает фото Сенсея в распахнутой самбовке и с поднятой в победном жесте.
Думаю, она оценила мой выбор.
Отправляю ей смайлик с сердечками вместо глаз.
Она мне – с рвотой. И следом за ним другой, ставящий лайк.
«Но платье и кафе были бы лучше!»
«Оставлю на следующий раз».
Он же будет, да?
«Встречу у подъезда», – отвечает мне Сенсей и добавляет к сообщению розовое
