27 июня воздушной разведки в районе г. Тарнополь самолет военлета А.К. Петренко получил в результате зенитного обстрела 17 пробоин, а «Вуазен-IV» военлета поручика Мортирова, отвлекавший на себя огонь неприятельских зениток, в процессе фотографирования неприятельских позиций другими двумя самолетами-разведчиками – 90 пробоин[478].
Помимо завоевания господства в воздухе, авиация противника стремилась бомбовыми ударами парализовать работу крупных узловых железнодорожных станций ближнего русского тыла, являвшихся важными артериями пополнения действующей армии живой силой и военной техникой. В числе целей воздушного нападения был г. Луцк (крупный транспортный узел), ранее отбитый у неприятеля войсками 8-й армии. Только за один налет 30 июня вражеская авиация сбросила на город и станцию до 30 авиабомб[479].
В полосе самой армии немецкие истребители практически парализовали боевую работу нашей авиации. Почти все попытки русских летчиков достигнуть г. Ковель заканчивались сразу за линией фронта групповой атакой их со стороны неприятельских летательных аппаратов, численность которых колебалась, как правило, от пяти до восьми машин. В большинстве случаев нашим пилотам удавалось оторваться от преследования и на поврежденной в бою технике спускаться в расположении своих войск. При этом боевые потери нес и сам противник. 8 июня в ходе воздушного боя был сбит двухместный австро-венгерский самолет-разведчик типа «Ллойд Ц.II» (9-я авиационная рота). На свой счет его записал командир 7-го истребительного авиаотряда подпоручик И.А. Орлов, награжденный за этот подвиг золотым Георгиевским оружием. Следующей его жертвой стал самолет-разведчик типа «Авиа-тик В.III» (27-я авиационная рота), подбитый им (совместно со старшим унтер-офицером В.И. Янченко) 25 июня в районе д. Подгайцы[480]. При вынужденном приземлении австро-венгерский экипаж попал в плен[481]. За этот бой Янченко был удостоен солдатского Георгиевского креста I степени. К августу он стал полным георгиевским кавалером, что в русской авиации было довольно редким явлением.
В этот же день в расположении русских войск севернее г. Луцк два германских аэроплана атаковали ряд военных объектов. При попытке австрийской стороны совершить похожие действия в районе Несвича (юго-западнее Луцка) стоил ей своего самолета, сбитого огнем нашей артиллерии.
Раненые летчики взяты в плен. Ранее вблизи ст. Охотниково (восточнее Сарн) русскими передовыми подразделениями был захвачен приземлившийся германский аэроплан с пилотом и наблюдателем[482].
Групповые действия разведывательных и бомбардировочных авиаотрядов противника в ближнем и глубоком тылу наших войск потребовали принятия соответствующих ответных мер. Решением Авиадарма в полосе 8-й армии началось формирование истребительной авиации (ИА). В состав 8-го авиационного дивизиона (обслуживавшего армию) были включены прибывшие на Юго-Западный фронт четыре летчика-офицера (из состава французской авиационной миссии) со своими самолетами-истребителями, а также 8-му авиаотряду было придано истребительное звено (2 аппарата). Однако шесть истребителей в целом не могли решить проблему успешной борьбы в воздухе[483]. Для этого требовалось наращивать силы ИА не только в полосе ЮЗФ, но и всего русско-германского фронта.
4 июля великий князь Александр Михайлович представил в Ставку очередное обоснование о необходимости создания в действующей армии истребительной авиации и определил задачи, которые она должна решать. 20 июля был издан вышеупомянутый приказ начальника Штаба ВГК за № 918 об изменении штата корпусного отряда путем включения в него истребительного отделения двухсамолетного состава.
На Юго-Западном фронте в числе первых были сформированы 8-й и 10-й авиаотряды истребителей. Но этих мер было явно недостаточно, особенно против больших авиационных групп противника. Свое беспокойство создавшимся положением дел высказал 16 августа в обращении к Авиадарму главком армиями ЮЗФ генерал А.А. Брусилов: «Обладая по сравнению с немцами слабыми по количеству и качеству авиационными средствами, мы можем успешно бороться с неприятельской воздушной разведкой только при условии решительного сосредоточения воздушных сил на важнейшем операционном направлении, жертвуя направлениями второстепенными»[484].
Великий князь Александр Михайлович с идеей Брусилова о массировании авиации согласился, но осуществлять «сосредоточение воздушных сил» предложил не путем изменения уже сложившейся организационной структуры авиаотрядов, а составлением из них группы[485]. Первоначально было принято решение сформировать специальную особую авиационную группу (ОАГ), что позволяло сконцентрировать «воздушные силы на важнейшем операционном направлении»[486].
Для реализации этого решения в полосе ЮЗФ создается Особая боевая авиагруппа (БАГ) (штабс-капитан А.В. Залесский) с включением в ее состав 2, 4 и 19-го корпусных авиаотрядов, постепенно перевооружив их на самолеты истребительного типа. Авиагруппа за короткий срок сумела создать прочный воздушный заслон на одном из наиболее активных участков фронта и практически исключила налеты неприятельской авиации на крупный пункт (г. Луцк). Только в сентябре 1916 г. летчиками группы было выполнено 88 боевых вылетов, проведено 40 воздушных боев, уничтожено два вражеских самолета[487]. В результате противник на Луцком направлении лишился полного превосходства в воздухе и был вынужден ограничить свои полеты в указанном районе.
Деятельность Особой БАГ по завоеванию господства в воздухе регламентировалась специально разработанным документом – «Руководящими указаниями по организации и использованию авиационной группы Юго-Западного фронта», направленным 25 августа 1916 г. Авиадармом командиру группы[488].
Для прикрытия г. Луцк также была временно откомандирована часть Отдельной батареи воздушной охраны императорской резиденции в Царском Селе, поступившая в распоряжение инспектора артиллерии 8-й армии. Порядок боевого использования включенной в нее автомобильной полубатареи был определен в предписании начальника Управления полевого генерал-инспектора артиллерии при ВГК от 19 июня 1916 г. за № 865. В нем, в частности, указывалось: «На фронте в течение шести недель со дня выступления по день возвращения офицерский состав батареи [распределяется] на три группы, каковым участвовать посменно, по две недели, для производства боевых стрельб по вражеским воздухоплавательным аппаратам»[489].
Командиром 1-й группы был назначен поручик Г.В. Лясковский, 2-й и 3-й групп – соответственно поручик А.И. Коряков и штабс-капитан А.Ф. Лупанов. При этом автомобильной батарее придавался взвод пулеметной команды, вооруженный двумя пулеметами. Общее руководство действиями этого зенитного подразделения на фронте осуществлял командир Отдельной батареи воздушной охраны императорской резиденции в Царском Селе полковник В.Н. Мальцев[490].
В состав 6-го и 7-го ударных корпусов и отдельных частей 11-й армии были включены штатные зенитные подразделения[491].
Всего в период с июня по август 1916 г. летчиками Юго-Западного фронта было совершено 1805 боевых вылетов общей продолжительностью 3147 часов. За время наступательной операции в воздушных боях сбито 13 самолетов противника, наземными средствами огневого поражения – 3.
Полученный в ходе наступательной операции войск ЮЗФ боевой опыт использования авиации нашел свое отражение в проекте «Наставления по применению авиации в войне» (1916 г.). «Успех борьбы за господство в воздухе, – отмечалось в документе, – требует сосредоточения на важных участках фронта самолетов-истребителей в сильные боевые группы, способные на большое и длительное напряжение. Обеспечить господство в воздухе одновременно на всем нашем фронте невозможно, но можно достигнуть
