пожал плечами. Несколько часов мы ехали в блаженной тишине. Наконец, она повернула голову и сердито посмотрела на меня.
— Что ты вообще должен делать?
— Не твое дело.
— Конечно. Наемник должен быть наемником, верно?
Ее верхняя губа скривилась, и она снова повернулась лицом вперед.
У меня руки чесались обхватить ее шею и сжать. Ее бледное горло искушало меня настолько, что мои руки сжали поводья.
Так вот, я был тем, кто раздражал свою лошадь.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Приска
Пролетели дни.
Это было странно — я, бесспорно, оказалась в худшей ситуации в своей жизни. Я могла умереть в любой момент, если бы нас обнаружили. И все же, впервые за двадцать две зимы я почувствовала себя… свободной.
Это было так, как если бы я была щенком, резвящимся по лесу. Мы направлялись в противоположном направлении от города, и этот факт привел меня в ужас. Но Март указал, что такой маршрут мог бы помочь. Вполне вероятно, что северные ворота охранялись более тщательно.
У меня было чувство, что Март говорил мне то, что мне нужно было услышать. Но я смирилась с тем, что прямо сейчас не могу контролировать эту ситуацию. По крайней мере, это было то, что я говорила себе.
Наемники все еще молчали о том, куда они направлялись и зачем. Но они, конечно же, были не с простым поручением, как я предполагала. Нет, судя по их приглушенным разговорам и напряжению, которое, казалось, исходило от всех них — особенно от Лориана, — куда бы они ни направлялись и что бы они ни делали, это было важно. Мне не терпелось узнать, что это было.
Я также отчаянно хотела узнать больше об их силе. Я знала, что у них больше магии, чем я когда-либо видела раньше, но они редко говорили об этом, даже когда поощряли меня использовать мою собственную. Хотя однажды ночью — после того, как выпил слишком много эля у камина — Март рассказал мне несколько подробностей о своей магии.
В то время как мамины видения могли обрушиться в любой момент, Март мог контролировать свои, специально заглядывая в прошлое цели.
Очень полезный навык для наемника.
Я спросила его, как далеко в прошлое он может заглянуть, и он пожал плечами. Очевидно, мне нельзя было доверять эту информацию.
Затем Лориан сел рядом с нами, и я не потрудилась спросить Марта еще о чем-нибудь.
Ритос обладал легким очарованием, которое могло бы раздражать, но он не был тем, кто постоянно вызывал у меня улыбку, когда я погружалась в туман страха. Его широкая ухмылка вызвала у меня желание улыбнуться в ответ, независимо от того, насколько я была погружена в беспокойство.
Кавис был тихим человеком, склонным мечтательно смотреть вдаль — вероятно, думая о своей семье. Единственный раз, когда он по-настоящему оживал, это когда он говорил о своей жене и их дочери.
А Галон? Он был самым старшим. Беззаветно преданный Лориану и постоянно оценивающий потенциальные угрозы, его пристальный взгляд постоянно сканировал лес. Прошлой ночью он объяснил свою силу — у него было сродство с водой. В тот день, когда он сушил мою одежду, он вытянул каждую каплю с ткани одной мыслью.
Вверить свою безопасность в их руки было трудно. Даже если бы я, скорее всего, была бы уже мертва, если бы была одна. Не имея другого выбора, я каждый день ездила верхом с ними, каждую ночь спала у костра и практиковалась в магии при каждой возможности.
До сих пор эта практика была напрасной.
Несмотря на бесполезность моей силы, я почти… наслаждалась собой. Конечно, я все еще хотела заколоть Лориана — настолько, что Галон стал обыскивать меня на предмет оружия каждую ночь, прежде чем мы ложились спать.
Эти люди могли быть ненадежными, но сейчас, по крайней мере, я могла быть собой. Мне не нужно было скрывать искру силы, которая хотела вырваться в мир. Это было так, как будто я все эти годы задерживала дыхание, и с одним долгим выдохом я снова смогла свободно дышать.
Это не продлится долго. Как только я доберусь до города, я снова буду прятаться. От этой мысли горячая волна подступила к моему горлу. Но сейчас, по крайней мере, я почувствовала вкус к тому, какой была бы жизнь, если бы я не хранила этот секрет.
И этот вкус был восхитительным.
— О чем ты думаешь? — голос Лориана был низким, почти интимным, и я едва подавила дрожь, когда его теплое дыхание коснулось раковины моего уха.
Я напряглась и бросила на него сердитый взгляд.
Упрямый мужчина просто крепче обнял меня за талию.
Мои мысли все еще принадлежали мне. И Лориан не имел права ни на одно из них.
— Я думаю о своей магии.
— Хорошо. Возможно, если ты хорошенько подумаешь, то поймешь, как ей пользоваться.
Я напряглась.
— Твои методы обучения оставляют желать лучшего.
— Мне так жаль, — в его голосе слышалось веселье.
— Ты сказал мне, что все, что я знала, было ложью, отказался сказать мне, почему, и бросал в меня камни!
Каждое практическое занятие было повторением того первого дня. И каждый раз, когда я спрашивала, что именно он имел в виду, называя меня невеждой, он пожимал плечами и предполагал, что, возможно, захочет рассказать мне, когда я буду полезна не только для декоративных целей.
Его тело переместилось позади меня, когда он пожал своими огромными плечами.
— Ты недостаточно стараешься.
Мне приходится учиться владеть своей силой. Потому что я знала Лориана достаточно хорошо, чтобы понимать, что если он не решит, что я готова, он разобьет лагерь в лесу у городских стен, пока не решит, что мне можно доверять у ворот. Чем скорее я смогу использовать свою силу, тем скорее мы сможем разойтись.
С севера дул прохладный ветерок, принося с собой запах дождя и свежесрубленной сосны. Солнце зашло, и я
