а потом время прошло, уехала с этим стрелочным. Как там звали его? Бывшего телохранителя. Серёга. А не, не! Игорёк. Подольский уважал мужика, а он паскуда на бабки повёлся.
— Сергей? — я окаменела. Не верю своим ушам. Мой отец на самом деле уехал с его женой? И это не предположение??? — Карина… а для чего ты мне это объясняешь?
— Да так, слово за слово и сказать я всё хотела, похожа ты на Игорька больно. Я его цепляла долгое время, красивый мужик, семью вроде имел, но говном, как ни крути, оказался, всё же с ней уехал, да разбился в их тачке. Бумеранг всегда кругом летает.
— Анита.
Тяжёлый голос со стороны вывел меня из оцепенения. Ренат подхватывает меня за талию, спускаясь по лестнице, — попрощайся с новыми подругами, пора обратно.
Я быстро закивала, помахав Карине. — До встречи, — пытаюсь контролировать свои эмоции, но они ещё капельку и вырвутся наружу. Кто бы мог знать, что какая-то там подружайка старикана знает информации больше, чем я или тигр о моём папе. С виду не подумаешь, а девушка она более толковая. Кстати о толковости. Где Богачёв? Вроде не заметила, что он был в вип-зоне, может, решил уехать первым?
Покинув с концами комнату, Амир провожает нас к запасному выходу через обратную часть здания к парковочной улице. Стояла ночь, и теплый вечерний воздух согревал прохладные щёки. Парочка с Кариной и коллегой Рената ушли в сторону своего авто, и Амир отключил сигнализацию, открывая передо мной дверь в салон, следом близко ко мне вжался тигр. Громила зажёг фары, повернувшись назад, осматривая наличие свободного выезда.
— Вы, я заметил, со спутницей Тагира наладили связь, — отчитывает он.
— Да, она очень хороший человек, ты имеешь что-то против нашего общения? — быстро протараторив, я не отлипаю от его губ, ожидая не услышать плохие новости.
— Нет. Я доволен.
Неожиданное сочетание слов я впервые слышу от этого человека. Это точно Ренат Подольский? Говорит об удовольствий и он… улыбается? Да что происходит? Сегодня везение продолжается?
— Ренат, — обращаюсь к нему по имени, за что получаю пристальное внимание на себя. Металлический взор, пересекающий моё волнение пополам, смотрел не в моё декольте, а на меня. Не думая отвернуться. — Сомневаюсь, что когда мы приедем, я смогу, как сейчас, смело сказать, что на самом деле должна, — подушечки моих пальцев достигали его горячей руки и от этого мне от неясности стало легче дышать. — Мне искреннее жаль, что мой папа предал вас… и предал вашу возможную дружбу. Я никогда не смогу узнать правду, зачем мама мне врала о его геройской смерти и почему он так поступил со мной и братом. Я не смогу заменить его, Ренат, и тем более не стану его оправдывать, как и вас. Хочу извиниться за него, извиниться по-человечески, чтобы вы простили свою жену и отпустили уже, я не смогу заменить их обоим вам. Без понятия сколько им удалось украсть ваших денег и как сильно они предали вас, вызвав огонь, но я точно знаю одно. Я не нужна вам, абсолютно… Я тот самый источник мести, о котором вы мечтали.
— Люди любят мёртвых больше, чем живых, Анита, — грозно отвечает, — я хочу, чтобы ты стала моей женой не из-за мести к Игорю.
— Ни одной другой причины я не вижу.
— Твоя мать знала, сколько твой отец задолжал. Никакой отчим тебя не продавал, Анита, — тигр заглушил тон, сжав мою ладонь, — тебя продала мне твоя мать, и я изначально вовсе не претендовал получить тебя. Это стало её целью по причине того, что ты совратила её мужа и тебя, малолетнею шлюху, надо проучить. А приписав к этому всему ещё, что ты дочь моего врага, я решился отомстить красиво. И ты прекрасно видишь, что твоя мать сама и есть конченая драная сука, которая предпочла отдать дочь любому, кто готов ещё подплатить за молчание.
Я не знала, что сказать… Всё в голове смешалось в огромный жирный клубок. Я ненавидела отчима, но веяла надежды на доброту матери. Вот она — моя изначальная ошибка, по которой я оказалась здесь. Моя собственная судьба, по её мнению, суждена продаться подобно скоту, получая за меня под видом того самого «ценного товара, важного груза» деньги. Деньги, которыми она так дорожила по жизни. Моё сердце обросло колючей проволокой, ещё капельку и я зареву белугой. Мне удаётся сдерживаться, кусая губу, пальцы опять ненавистно затряслись, а по коже побежали мурашки. С меня будто душу выдрали и отмыли в белизне.
— За что… просто… за… что?
— Не за что. А для чего? Ей плевать на ваше существование. Но это не причина думать, что на ваше существование наплевать другим. — Подольский укрывает меня в объятьях. Да, это не сон. Ужасный монстр обнимает меня, согревая тело, прижав к горячей груди. От него пахло чем-то нужным, наверняка мне срочно нужно успокоиться, и я начинаю искать любую причину, чтобы отвлечься от всего узнавшего. Он приподнимает мой подбородок, заставив посмотреть снова в эти блестящие серебристые глаза, — ты моя истинная необходимость, Анита…
Кто-то может осознать, что такие слова от собственного врага сделают вас счастливой? Я так не считала. До этих самых пор.
— Пригнитесь! — вскрикнул Амир, делая крутой разворот. Он достал из внутреннего кармана пистолет, открывая водительское стекло. В нас вцепились!
Подольский смотрит назад и сильно морщится. — Люди Богачёва! Что он вытворяет? У нас основан договор! — он следом за громилой достаёт оружие из чердака и больше не смотрит на меня, — Анита, не высовывайся! Спрячься вниз!
Послушно так и сделав, я слышу, как в машину начинают стрелять. Мы едем по безлюдной части, Амир сворачивает машину в лесную тропу. Я вспомнила, как всё начиналось, как меня везли в той вонючей тачке связанной, в похожей местности. Как мы спасались с Амиром из горящей машины. Почему… почему хорошее не может длиться долго?
Ренат и сам не церемонился и вызвал по телефону своё подкрепление, Следом за машинами Богачёва ехала ещё и охрана. Он отстреливался и, кажется, задел водителя. Первая тачка ушла в минус. Вторая стремительно догоняет и на полной мощи врезается в наш зад, затем наша машина врезается в дерево. Я укатываюсь на переднее. Из капота пошёл дым. Амир первым же делом обстреливается, как и Подольский. Появились ещё две тачки, стреляющие друг в друга. Я тяжело привстала, понимая, что из головы начинает вытекать кровь. Твою же мать.
Я не вылезала из машины, здесь намного безопасней, чем снаружи. К сожалению, мне
