в машине. Для полиции у меня была такая же история, что и для родителей Энни. Они обещали вернуться утром и опросить пострадавшую.
Войдя в больницу, увидел, что лечащий врач общается с родителями Энни. Они меня не видят, но услышанное из уст врача меня примораживает к полу.
— Ваша дочь была беременная, два дня назад она сделала аборт.
— Мы не знали, — всхлипывает Ненси.
— Не может быть. Она не могла. Энни была так счастлива, — поражается Пол.
— Вам нужно поговорить с её врачом.
Не могу поверить… Я пытался смириться с тем, что у меня будет ребёнок. А теперь его нет, бред.
— Энни показала мне анализы, — вмешался в их беседу.
— Сейчас к Вам выйдет гинеколог и всё расскажет.
Плюхаюсь в кресло и сжимаю виски. Голова сейчас лопнет. Энни мне соврала.
— Бедная девочка. Пол, почему она нам не рассказала?
— Ненси, это какой-то бред. Они что-то напутали.
* * *
Еду домой. Опустошён и выжат как лимон. Энни пришла в себя, но у неё случилась новая истерика, и её вновь накачали успокоительными.
Мне дали номер генетика. Необходимо созвониться и назначить встречу с ним. Сейчас хочется напиться в хлам, но нельзя. Я нужен Энни. Хотя Ненси и выгнала меня из палаты, сказала, что это я во всем виноват. Я не спорил, просто вышел. Но прежде чем уйти из больницы, нашёл медсестру, которая за умеренную плату разрешила сфотографировать анализы и заключения врача.
В квартире горит свет, пахнет кровью. Не разуваясь, направляюсь на кухню. Убираю стекла и мою пол. На часах полночь. Звонить Марине слишком поздно. Я так скучаю по её голосу. Спать ложусь в гостевой спальне, но прежде чем уснуть, пишу сообщение своей Зеленоглазке. Но оно не доставлено. Что ж, я терпеливый, подожду.
Утром делаю заказ цветов на следующую неделю для Марины, в кулинарии заказываю свежие булочки и пирожные для любимой. Нахожу телефонный номер цветочного салона выбираю букет для Энни в больницу. Звоню ей, но она не берёт. Меня все игнорируют. Что ж, пусть так.
А потом я погружаюсь в работу: отчёты. Переговоры. Таблицы. К вечеру мой телефон горит от количества переговоров. Энни так и не перезвонила. Набираю номер Пола. По голосу слышу, что разговаривать со мной он не горит желанием, но всё же сообщает, как чувствует себя Энни.
— Ей лучше, но ты пока не приезжай. Я передам, что ты звонил.
— Спасибо.
Прощаюсь с отцом Энни. Смотрю на смартфон и ничего не понимаю. Что я сделаю не так?
Знаю, что поздно, но набираю номер мамы. По голосу слышу, как рада меня слышать. Мамин голос бодрый и счастливый. Удостоверившись, что всё хорошо, иду в душ.
Проходит три дня. От Энни нет новостей. Она не звонит и не отвечает на мои сообщения. Домой тоже не возвращается. После встречи с клиентом заезжаю в клинику, но палата Энни пуста. Медсестра говорит, что её выписали. Еду домой к родителям Энни. Меня не пускают на порог. Держат на улице.
— Не звони ей. Исчезни из жизни Энни.
— Ненси, что происходит?
— Ничего хорошего. Ей нужна помощь психолога. Она проходит терапию. Врач сказал, что ты — причина её срыва. Просил прекратить ваше общение, здоровье дочери нам важнее.
Она уходит и закрывает дверь. Стою оплёванный и ни фига не понимающий. Разворачиваюсь на пятках и уезжаю. Чтобы восстановить равновесие, езжу по городу. Вновь приезжаю на набережную. Долго гуляю под дождём. Я промок и вымотан.
Захожу в кафе взбодриться и выпить кофе, пока жду свой заказ, набираю номер Марины, она сбрасывает. Пишу сообщение, жду ответ и листаю фотографии, натыкаюсь на медицинские выписки. И номер генетика. Я совсем забыл о нём.
Утром первым делом звоню и договариваюсь о встрече с врачом. У него есть окно завтра. Записываюсь. Вновь погружаюсь в работу. Отвлекаюсь только на звонки клиентов и перерыв на обед. Вечером еду в спортивный зал. Мне нужна тренировка, выкладываться на полную. Спорт помогает.
В клинике я провел два часа, общаясь с генетиком. Он внимательно изучил карту Энни. Попросил сдать анализы и через неделю вернуться с результатами.
Попытки дозвониться до Марины всё также безуспешны. Арсения было легко найти в соцсетях. Вот только о матери он не рассказывал. Просто общались на разные отвлеченные темы.
Через пять дней мне позвонили из генетической лаборатории и сообщили, что мои анализы готовы. Можно идти на приём к врачу.
Врач много говорил на непонятном мне языке. Но в заключение генетик объявляет, что я абсолютно здоров. Очень рад этому. Но я так и не получил ответ на свой вопрос.
— В карте Энни написано, что эмбрион замер в результате генной мутации. Но я здоров.
— Матвей всё просто, Вы не были его отцом.
Тридцать вторая глава
Слова генетика оседают у меня в голове. Энни мне врала. Не может быть…
— Док, это стопроцентно? Энни потеряла ребёнка. Может, нужны еще какие-то тесты, анализы? Я готов оплатить дополнительные расходы. Какой смысл ей врать. — Разговариваю сам с собой.
Просто я реально нахожусь в прострации. Поверит в то, что она меня обманула.
— Матвей, все прозрачно. Достаточно посмотреть на анализ крови. А так как ребёнок погиб в утробе, у нас принято делать расширенный анализ. Страховка Энни покрывает все расходы. И гинеколог, полагаю, сделал это намерено, чтобы в будущем избежать подобного и предостеречь свою пациентку. Вы не могли быть отцом.
— Спасибо, Николас.
— Я могу вам чем-то помочь?
— Да. — обрисовываю доку мою ситуацию.
Я хочу детей от Марины. И мне важно знать, есть ли у меня проблемы. Он записывает меня через три дня на приём. Просит воздержаться от алкоголя, секса, жирной и острой пищи.
Выхожу из клиники в подавленном настроении. Нам нужно серьёзно поговорить с Энни. Её поступок развязал мне руки. Меня больше ничего не держит в Англии. Но я не тиран и не монстр. Я должен помочь
Энни справится и пережить трагедию в её жизни. Если верить словам Пола, то она очень хотела родить этого ребёнка… и была счастлива. Теперь понятно её состояние, чрезмерное употребление алкоголя. Но это же не выход…
Еду в больницу. Мне нужно поговорить о её эмоциональном состоянии, возможно, врач посоветует хорошего психолога. Хочу сделать все, что от меня зависит. Энни долгое время была частью моей жизни. Врача приходится ждать час. Но я пользуюсь этим временем с пользой, изучаю психологов, рекомендации клиентов.
— Матвей, мне запретили распространяется о состоянии Энни Невилл.
